Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ливия рождает раздоры – и в странах, которые участвуют в военных действиях против Каддафи, и в государствах, которые в той или иной степени остались в стороне от операции «Одиссея: Рассвет».

Неожиданное расхождение во взглядах на почтенную науку историографию продемонстрировали российские премьер Путин и президент Медведев. Напомню, первый осудил действия Запада против Каддафи, использовав то самое – с его точки зрения, ругательное выражение «крестоносцы», которое первым применил сам Каддафи. Медведев тут же одернул – не называя – слишком погруженного в историю средних веков подчиненного, заявив, что недопустимо выдавать происходящее за некую «битву цивилизаций». Российский лидер продемонстрировал таким образом знание не только медиевистики, но и трудов Шпенглера и Хантингтона. Западные медиа, занятые внутренним брожением по поводу непонятно как и почему ведущейся операции, не уделили должного внимания научной перепалке внутри российского тандема. Впрочем, есть статья московского корреспондента британской «Таймс» Тони Халпина:

«Весьма публичное расхождение между двумя лидерами породило новые толки о растущих трениях в преддверии президентских выборов следующего года. Господин Путин как-то сказал, что они с Медведевым совместно решат, кто из них выставит свою кандидатуру, но в последнее время господин Медведев намекает, что собирается скорее идти на второй срок, нежели дать возможность своему ментору вернуться в Кремль».

Это, так сказать, «кремлинология» в связи с Ливией, а вот, что происходит в политике и общественном мнении одной из двух европейских держав, которые наиболее активно участвуют в операции со странным антиковедческим названием «Одиссея: Рассвет». В той же «Таймс» - комментарий Рейчел Силвестр под заголовком «Мы действуем по правилам. Мы должны строго придерживаться их»:

«Война, как говорил Карл фон Клаузевиц, есть продолжение политики другими средствами. “Торнадо”, “Тайфуны” и “Томагавки” уже вовсю разрушают Триполи, но только минувшей ночью была усилена политическая база всей операции – когда Палата Общин подавляющим числом голосов проголосовала за военное вмешательство в Ливии. Эта дискуссия показала самые лучшие черты нашего парламента, а члены палаты по столь серьезному случаю отложили в сторону разногласия. Дэвид Кэмерон не имеет сомнений в том, что Британия имеет право вмешаться. Вооруженные силы его страны, заявил премьер, уже предотвратили “кровавую баню” в Бенгази. При этом он подчеркнул: «Мы должны действовать в соответствии с буквой и духом закона». Вновь и вновь он повторяет: «Это совсем иное, нежели Ирак”».

Силвестр согласна с тем, что Кэмерон ведет себя в отношении ливийской проблемы иначе, нежели некогда Тони Блэр в иракском вопросе. Более того, она уверена, что это сознательный выбор и сознательная позиция нынешнего главы правительства – уж слишком тяжелой и неприятной в общественном мнении выглядит вся история с Саддамом Хуссейном. Обозревательница «Таймс» отмечает: дело осложняется тем, что у власти в Соединеннолм Королевстве находится коалиционное правительство – оттого премьеру следует максимально формализовать все действия в связи с военным вмешательством в Ливии. Впрочем, отмечает Рейчел Силвестр, «Ник Клегг определил свою философию как “либеральный интервенционизм в рамках закона”».

Между тем, политический кризис в других – помимо Ливии – арабских странах углубляется. Йемен сейчас стал ареной ожесточенной политической борьбы – в этой стране к оппозиции примкнули некоторые высокопоставленные военные. Брайан Уитакер пишет в другой британской газете, «Гардиан», о судьбе местного правителя Али Абдаллы Салеха:

«32-летней правление Али Абдуллы Салеха, кажется, подходит к концу – после того, как столпы его режима выстроились в очередь, чтобы покинуть его и присоединиться к оппозиции… На этой неделе тонкая струйка отставок высокопоставленных деятелей превратилась в мощный поток, когда родственник президента генерал Али Мухсин аль-Ахмар объявил о том, что он переметнулся на другую сторону. Дезертирство Али Мухсина на самом деле стало ключевым пунктом. Он столь популярен среди военных, что теперь ясно: это конец режима Салеха».

Брайан Уитекер осторожно добавляет: «Стоит ли радоваться происходящему – это еще большой вопрос, ведь ни у кого не найдется добрых слов по поводу Али Мухсина. Бывали случаи, когда президент Салех пугал своих оппонентов заявлением, что, мол, если он сам им не нравится, то тогда они будут иметь дело не с ним, а с Мухсином».
XS
SM
MD
LG