Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Без бин Ладена


Торговец газетами в Лахоре

Торговец газетами в Лахоре

В российской блогосфере новость об убийстве Бин Ладена американскими спецслужбами восприняли с недоверием либо недовольством. Ликование на американских улицах кажется из России неуместным. Пишет журналистка Юлия Юзик:

Америка наступила на те же грабли, на которые наступала Россия - убивая так жестоко, с кровью, безоружного человека, даже если он Усама, - она сделала его мучеником, и все сочувствие нормальных людей отдала ему. Только Россия наступала на свои маленькие, местечковые такие, из старой сарайки, грабельки, а США наступили на грабли вселенского масштаба, о которые не только свой лоб расшибить можно.

О неуместности такой позиции заявляет пользователь Tarakanov:

Видимо, прогрессивная и человеколюбивая часть населения планеты ожидала, что спецназовцы перед тем, как уничтожить врага номер один, должны были вручить его бабе цветы, а детям воздушные шарики? Видимо, трагедия 11 сентября, в которой погибли 3000 человек, является "красивой" акцией. Это что от зависти к США за успешную операцию такое единение с тревогами и недоверием мусульманского мира?

Обозреватель Lenta.ru Ярослав Загорец пытается разобраться, почему россиянам не близка радость американцев и почему мы не праздновали смерть Шамиля Басаева:

Любая военная операция США за рубежом отдает разящим чувством собственного превосходства. "Несокрушимая свобода", начатая после 11 сентября - отнюдь не исключение. Одно название чего стоит. Именно поэтому в своем стихийном ликовании, устроенном по всей Америке в первые дни мая, американцы - увы! - мало чем отличались от афганцев, регулярно жгущих флаги США у себя на родине. Но это не главное. В конце концов, не мне критиковать то, как какие-то люди радуются по поводу исполнения своей национальной мечты. Возьмите Шамиля Басаева - много ли народу в Москве и Санкт-Петербурге вышли на улицы праздновать его смерть в 2006 году? Возможно, мы слишком устали от терактов и всего, что с ними связано. Для США 11 сентября 2001 года стало вехой в истории, сравнимой с войной Севера и Юга. Для нас захват детей в школе - лишь эпизод в бесконечной веренице зверских преступлений, устроенных террористами на территории России. Для американцев бин Ладен был единоличным и безоговорочным олицетворением Сатаны на Земле, для россиян Басаев - очередным террористом эпохи двух чеченских войн.

***
В обсуждение обстоятельств смерти Усамы бин Ладена и последствий этого события для будущего погрузилась и британская блогосфера. Сомнения в правомерности действий спецназа США высказал в четверг глава англиканской церкви архиепископ Кентерберийский Роуэн Уильямс. Он заявил, что убийство безоружного человека нельзя называть отправлением правосудия. В блоге газеты Telegraph архиепископу возражает писательница и журналистка Кристина Одоне:

Сомневаясь в этичности нападения американских коммандос на дом Усамы, архиепископ приравнивает главаря террористов к невооруженному гражданскому лицу. Какой бы популярностью ни пользовалось такое уравнение в кругах левых интеллектуалов (а архиепископ в этих кругах явно чувствует себя своим), обращаться к нации ему следовало бы не с позиции читателя Guardian, а с позиции религиозного лидера. А как религиозный лидер он не может не видеть, что параллель между Усамой и невооруженным человеком ошибочна. Я ужаснулась, обнаружив, как с каким торжеством американцы восприняли новость о смерти бин Ладена. Радоваться чужой смерти не по-христиански и к тому же неконструктивно. Но убийство Усамы – будь он гол и беззащитен как ребенок – было актом избавления. И сомнениям тут места нет.

Впрочем, авторов Guardian (которых, по мнению Одоне, надо поменьше читать архиепископу Кентерберийскому) занимает не столько моральная необоснованность убийства бин Ладена, сколько недоверие к официальной версии событий, которое испытывают в наше время все без исключения потребители информации. В этом смысле смерть бин Ладена напомнила Зуи Уильямс гибель принцессы Дианы:

Допустим, мы все верим, что Усама бин Ладен мертв (я, например, верю). Тогда откуда это нежелание публиковать фотографию с пулевым ранением над левым глазом? Зачем было хоронить тело в море – единственном месте, откуда его нельзя потом извлечь? Зачем надо было соблюдать мусульманские обряды, если убийство мусульман все равно противоречит Корану? В отношении исторических событий поводов для недоверия масса: беспринципные политики; огромный потенциал для технологических манипуляций (вы помните времена, когда фотография была неопровержимым свидетельством истинности? Я тоже не помню, хотя это, наверное, было удобно); и, конечно же, «неясности боевой обстановки», в которой никто ничего разобрать не способен. Смерть принцессы Дианы в данном случае удачная параллель: недоверие было возведено тогда в такую степень, что принять прозаическую версию о пьяном водителе было практически невозможно. В отношении политики ощущение обмана неизбежно: законы жизни подсказывают, что нам вечно что-то недоговаривают.

И все же сколько бы сомнений не вызывало произошедшее, пишет Алекс Масси в блогах Sectator, оно символично:

Символы имеют огромное значение, и смерть бин Ладена – самый мощный из символов, рожденный с момента падения Башен-близнецов. Его важность нельзя переоценить, даже при том, что стратегически эта смерть ничего не меняет. Теперь появилась возможность объявить победу над терроризмом – хотя бы потому, что, по мнению большинства американцев, справедливость восторжествовала. Теперь всем ясно, что терроризм не способен одержать победу над "западом" и что необходимость его сдерживания не может служить оправданием для поддержки репрессивных режимов. Если так называемая арабская весна что-то значит, то только одно: будущее – за реформами и современностью, а не за праведной отсталостью, к которой зовут фундаменталисты.
XS
SM
MD
LG