Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Ирина Лагунина: Одной из самых влиятельных природоохранных организаций – Всемирному Фонду Дикой природы (WWF) исполнилось 50 лет. За эти годы фонд поддержал создание охраняемых территорий площадью более миллиарда гектаров. Отделения WWF сегодня есть более чем в ста странах мира, в том числе и России. Фонд поддерживают более 5 миллионов человек. Рассказывает Любовь Чижова.

Любовь Чижова: 29 апреля WWF исполнилось 50 лет, торжественный прием по случаю юбилея прошел в швейцарском Цюрихе, где находится штаб-квартира природоохранной организации. О достижениях фонда и его деятельности в России РС рассказала пресс-секретарь российского отделения WWF Маша Винокурова.

Маша Винокурова: Когда в 61 году группа ученых решила создать WWF, то тогда на это событие никто не обратил внимания. Это была маленькая группа ученых-энтузиастов, среди них, например, британский биолог Джулия Хаксли, британский эколог и орнитолог Питер Скотт, швейцарский меценат Хофман. Их очень волновало быстрое исчезновение дикой природы, и они решили подписать манифест. В этом манифесте они говорили, что необходимо принять срочные меры, чтобы спасти дикую природу. И тогда, конечно, никто не думал, что эта маленькая инициатива ученых-экологов энтузиастов выльется в крупнейшую в мире природоохранную организацию.
Тогда же выбрали символ – панду. Это произошло так: тогда в лондонский зоопарк привезли панду и это событие вызвало массовый ажиотаж, потому что многие ни разу не видели это животное. И орнитолог Питер Скотт, он же был художником-анималистом, он увидел панду и подумал, что такое беззащитное животное, оно станет хорошим символом необходимости охраны природы. Он нарисовал ее, она тогда выглядела немножко не так, как сегодня, немножко кривая была, смешная. Но тогда уже зародился символ. Кстати, именно спасение панд стало масштабным проектом WWF в последующие годы. В 80-м году WWF стал первой международной организацией, которую Китай пригласил для поддержки сохранения панды.

Любовь Чижова: Я знаю, что отделения Всемирного фонда дикой природы есть более чем в ста странах. Сколько лет Фонд дикой природы существует в России и какими проектами российскими вы особенно гордитесь?

Маша Винокурова: В России мы появились официально в 94 году. Но на самом деле одним из первых проектов был проект по созданию большого арктического заповедника – это было в 93 году. И кстати, с тех пор создание заповедников и национальных парков – это одно из основных направлений нашей работы. Общая площадь заповедников и нацпарков, которых создание поддержали, превышает площадь Германии. Помимо этого это, конечно, стабилизация популяции амурского тигра, это восстановление популяции зубра в европейской части России. Есть еще такие крупные экологические инициативы, в которых не только мы участвовали, а все экологическое сообщество, мы тоже гордимся. Например, нам с десятками других экологических организаций удалось поменять маршрут трубопровода Восточная Сибирь - Тихий океан в сторону от Байкала. Сейчас мы занимаемся сохранением дальневосточного леопарда, хотим вернуть кавказского леопарда на российский Кавказ. Мы занимаемся изменением климата. Например, самая массовая экологическая акция в мире – это "Час Земли". Мы его проводим в России и таким образом благодаря этой акции миллионы людей знали об этой проблеме, о том, что нужно сохранять энергию, экономить свет. Мы тоже гордимся этой акцией, потому что многие благодаря этому узнали о "Часе Земли".

Любовь Чижова: Маша, а кто ваши партнеры, кто перечисляет деньги во Всемирный фонд дикой природы, как вам удается убеждать людей и организации перечислять деньги в Фонд защиты природы?

Маша Винокурова: Большая часть бюджета WWF – это пожертвования частных лиц. Это очень важно, потому что мы должны сохранять независимость от государственных структур, от бизнеса. Сейчас нас поддерживают во всем мире 5 миллионов человек, из них 15 тысяч в России. Это люди, которые делают регулярные пожертвования в Всемирный фонд дикой природы. Как мы убеждаем? Мы говорим, что мы уже сделали и что мы хотим сделать. Людям нравится участвовать в достижении реальных результатов в охране природы. У нас очень четкая отчетность, нас каждый год проверяют независимые аудиторы, мы присылаем своим сторонникам письма регулярно о том, что нам удалось сделать за каждый квартал. Поэтому число сторонников растет.

Любовь Чижова: Рассказывала пресс-секретарь российского отделения WWF Маша Винокурова. О деятельности WWF, о совместных проектах с этой организацией и о принципиальных отличиях в методах работы говорит директор российского отделения другой известной международной экологической организации "Гринпис" Иван Блоков…

Иван Блоков: Он делает очень важное и хорошее дело. Всемирный фонд дикой природы – одна из немногих организаций, которая действует глобально. И пожелать ему в первую очередь сохранения нетронутых участков природы, что они делают достаточно активно. Мы сотрудничаем по большинству опасных действий, которые могут нанести ущерб природе. Мы сотрудничаем в области непосредственной деятельности по организации таких отрядов, как, например, отряд "Тигр", которых они пытаются сохранить, больше стараемся приостановить опасные проекты. В качестве примера можно привести попытки бурения по проекту "Сахалин-2" в тех местах, где нагуливают серые киты или, например, попытки изъять те территории из охраняемых территорий как в Сочи или национальном парке "Югра".

Любовь Чижова: А есть что-то, в чем вы расходитесь с WWF?

Иван Блоков: Вы знаете, наверное, нет ничего, в чем мы расходимся принципиально. Просто это в какой-то степени чуть-чуть отличающийся спектр организаций. WWF достаточно большое количество сил тратит на то, чтобы именно инвестировать деньги непосредственно на сохранение охраняемых территорий. Поэтому у них не вызывает проблемы – это вполне логично и естественно искать ресурсы у государственных органов, у коммерческих структур. У нас же позиция несколько отличается, Гринпис никогда не принимает деньги ни от коммерческих структур, ни от государственных органов, ни от политических партий, что оставляет нас независимыми, но одновременно с этим не дает возможности делать какие-то, многие из прямых действий по охране территории.

Любовь Чижова: И Гринпис, и Всемирный фонд дикой природы – это международные организации с отделениями в России. Возможно ли в России сегодня создать независимую неправительственную природоохранную организацию?

Иван Блоков: В России, безусловно, можно создать, и в России есть независимые неправительственные природоохранные организации. Отличие национальных организаций от международных в том, что международные организации стараются решить глобальные проблемы, а национальные организации стараются решить национальные или региональные проблемы. В России, например, существует Союз химической безопасности, Социально-экологический союз, то есть организации, которые сетевые или централизованные, но которые решают российские проблемы. Они действительно независимы и от властей, и от бизнеса. Другое дело, что их не так много, как хотелось бы, как нужно для того, чтобы сохранить природу, но это возможно. И я им тоже хочу пожелать всего самого лучшего.

Любовь Чижова: Какова сегодня роль неправительственных экологических организаций в России? Справляются ли они с теми задачами, которые перед ними стоят?

Иван Блоков: Я вынужден с огорчением сказать, что экологические неправительственные организации в России не в силах справиться с теми задачами, которые есть в стране. В первую очередь это вызвано не слабостью экологических организаций, а тем, что политика нашего государства, несмотря на громкие заявления, в основном антиэкологична. И то, что происходило с 2002 года, методичное снижение экологических требований, а также уничтожение инициативных структур и природоохранных служб. Как результат, мы видели пожары в прошлом году, которые начались сейчас, в первую очередь это вызвано уничтожением лесной службы. Мы видим увеличение загрязнения, несмотря на кризис, то, что не должно было происходить. К сожалению, есть единичные элементы в отношении окружающей среды, которые улучшились. В основном, к сожалению, этого не происходит и поэтому роль общественных организаций должна быть очень важна, но мы еле-еле справляемся с какими-то отдельными элементами, типа попытки изъять кусок национального парка или заповедника.

Любовь Чижова: Говорил директор российского отделения "Гринпис" Иван Блоков. Лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова поздравляет WWF с юбилеем и рассуждает о том, чем экологи-профессионалы отличаются от непрофессионалов…

Евгений Чирикова: Я с большим уважением отношусь к этой организации. Мы работаем совместно, потому что наша коалиция "За леса в Подмосковье" как раз включает в себя и Всемирный фонд дикой природы, и Гринпис, и Фонд защиты дикой природы – это российская организация, которая занимается этими вопросами. Естественно, в юбилей – это серьезная дата – мне хотелось бы пожелать WWF больше и пристальнее обращать внимания на локальные проблемы. Потому что мы все, конечно, очень сочувствуем проблемам уссурийских тигров и всевозможным неприятностям, которые происходят в дикой природе, но все-таки понятие малой родины, мне кажется, очень важно для каждого из нас. И когда мы сталкиваемся с какими-то нарушениями, которые связаны с нашей родной природой, пусть она не так уникальна как Ниагарские водопады, но для нас она родная. И хотелось бы это начало, которое сейчас положила наша коалиция "За леса Подмосковья", чтобы оно развивалось и дальше и чтобы WWF активнее участвовало именно таких локальных проектах.

Любовь Чижова: Евгения, вы стали защитником природы поневоле, у вас рядом с домом стали вырубать Химкинский лес. По вашим наблюдениям, чем непрофессиональные защитники природы отличаются от профессиональных, и как приходит профессионализм?

Евгений Чирикова: Прежде всего это, конечно, отличие в методах. Потому что если непрофессиональный защитник природы от отчаяния может кинуться к любимому дереву, обняться с ним, его не остановят рабочие с включенной безнозпилой, то профессионалы действуют не так, более хладнокровно. Можно спорить о том, что более эффективно, разные случаи по-разному работают. Но чем отличаются профессионалы? Во-первых, они, конечно, работают лучше с уровнем чиновников, они знают, как надавить на чиновника, они знают, как правильно написать то или иное обращение, они знают, как надавить на какой-то банк, который финансирует какую-то нехорошую затею. Обычно профессионалы не очень-то и знают, как правильно быть в такой ситуации. Я, кстати говоря, очень благодарна Фонду дикой природы, который в данный момент организовал сбор подписей в защиту Химкинского леса. Я думаю, что это важно, потому что сбор подписей очень многих людей просто ставит в известность, что есть такая проблема, чем больше людей этим занимается, тем больше шансов на успех. И конечно же, непрофессионал, если чем-то занимается долго и упорно, то, конечно, по ходу этой работы он становится постепенно более профессиональным человеком, даже если у него нет профессионального образования, тем не менее, со временем всему учишься. Поэтому мне хотелось бы подбодрить тех людей, которые не являются профессионалами, но защищают какие-то свои кровные интересы, свой любимый сквер, свой парк, неважно, любую речку от застройки, от замусоривания. В принципе, мне кажется, что через 3-4 года упорной борьбы, когда мы активно работаем практически в ежедневном режиме, пишем какие-то петиции, общаемся с профессионалами, перенимаем их опыт, мы тоже становимся профессиональнее. Но нам, наверное, в чем-то непрофессионалам проще, потому что нам не надо сдерживать свои эмоции и порывы, мы более свободны и вольны, мы можем взять палатку, поселиться в Химкинском лесу и ничего нас здесь не остановит, как было летом в прошлом году. То есть здесь у нас может даже больше маневра, больше свободы.

vРассказывала лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова. Отметив 50-летие WWF, его сотрудники вновь вернутся работой, которые они обеспечены на годы вперед: ведь, по данным фонда, уровень биоразнообразия в мире за последние десятилетия упал на 30 процентов, а экологических угроз становится все больше.
XS
SM
MD
LG