Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Матвей Ганапольский: "Я предлагаю Алексею Навальному немедленно покинуть Россию! Потому что он сядет в тюрьму на три года"


Матвей Ганапольский

Матвей Ганапольский

Елена Рыковцева: Владимир Путин решил сыграть на поле Дмитрия Медведева – он создает собственное агентство по инновациям, оно называется Агентство стратегических инициатив. «Инновационный проект Владимира Путина выглядит как премьерская альтернатива аналогичным инициативам президента Дмитрия Медведева. Таким, как Фонд «Сколково», например, - полагает «Коммерсант». А собеседник издания (впрочем, не названный) считает, что новый проект Владимира Путина отодвинет на второй план все президентские инновационные проекты, в частности, все то же «Сколково». «На АСИ (аббревиатура нового премьерского проекта) должны сойтись все финансовые потоки по новым проектам как раз к 2012 году, когда начнется перераспределение средств и функций ведомств в преддверии выборов».

Матвей Ганапольский, обозреватель радио «Эхо Москвы» и колумнист газеты «Московский комсомолец», считает, что Путину нужна модернизация для избрания его президентом. И Матвей Ганапольский сегодня у нас в гостях.

Матвей, вы свою статью в «МК» на эту тему заканчиваете однозначным заявлением: «А он хочет, очень хочет». Речь идет о том, что Владимир Путин будет президентом России, если захочет. И от себя говорите: «А он хочет, очень хочет». Вы его мысли читаете?

Матвей Ганапольский: Я не читаю мысли, я анализирую то, что происходит. Если бы он не хотел, то он бы не решился на то, на что решился, а он решился на несколько шагов, которые просто категорически «опускают» нынешнего президента Медведева. Конечно, можно сказать, что на слова «модернизация», «инновация» нет лицензии. Но я напомню, что Медведев создал такую структуру, которая называлась «ИНСОР» - это крупная структура, куда вошла «мозговая группа» людей, которые должны были предложить модели модернизации страны. И мы знаем, что они много чего предложили. В частности, в своих докладных записках, статьях они говорили о том, что экономическая модернизация, инновации в стране категорически невозможны без определенной политической либерализации. И не в том смысле, чтобы Ганапольский или Новодворская, или Шендерович, или кто-нибудь пришли к власти – вопрос не в этом. Просто должен быть запущен самоочищающий механизм, который делает постоянную санацию властных структур. Легко царю сказать, например, что «рейдерство прекращено с сегодняшнего дня, мы прекращаем рейдерство». Но дело в том, что рейдерство будет продолжаться. И у каждого рейдера, возле каждого предприятия не поставишь полицейского. Значит, должно быть много миллионов Навальных, условно говоря, которые будут сигнализировать об этом, писать, должен быть нормальный суд для того, чтобы не было рейдерства, чтобы о фактах любого рейдерства тут же становилось известно, и чтобы суд принимал адекватные решения. Мы видим, что этого нет.

Елена Рыковцева: Ну да, если уж у президента перехватили идею, так что уж про остальных говорить.

Матвей Ганапольский: Я с грустью говорю, перед нами абсолютно рейдерский поступок, когда человек... Что делает рейдер? Он присваивает себе предприятие удачное соседа.

Елена Рыковцева: При этом формально законность соблюдена. Очень трудно потом отсуживать.

Матвей Ганапольский: Ну, судить Владимира Владимировича никто не будет.

Елена Рыковцева: Тем более что «модернизация» - это не приватизированное слово, как вы только что сказали.

Матвей Ганапольский: Но самое главное, в чем он поступил как типичный рейдер – он перехватил денежные потоки. Мало кто, может быть, обратил внимание на ту фразу, которую вы сказали: отныне все, что связано с модернизацией, и об этом сказал не названный источник, будет идти через агентство по модернизации Владимира Путина. Помните, говорили, что Брежнев – это мелкая политическая фигура эпохи Пугачевой. Значит, у нас «Сколково» становится мелким проектом, крохотной частичкой пока непонятных... Нет ни идей, ни какой-то программы, ни что это будет, ни сколько будет денег. Просто сказано: вы все – моя часть.

Сейчас самое главное, чтобы все поняли, для чего это сделано, что премьер страны не ретроград, что и ему не чужда идея модернизации. И для меня было сенсацией, когда вдруг я читаю на «NEWSru.com» новости с заголовком: «Премьер страны Владимир Путин не доволен темпами модернизации». Ну, это как «горячий лед» или «ночное солнце».

Елена Рыковцева: Фактически он не доволен тем, как работает Дмитрий Медведев – тот ведь отвечает за модернизацию.

Матвей Ганапольский: Может быть. Короче говоря, не волнуйтесь, деньги «распилят», но по другому поводу.

Елена Рыковцева: Вопрос от слушателя, который подписался «Страна «Единая Россия»: «Агентство стратегических инициатив - это будет перелицовка Фонда эффективной политики? А если всерьез: кто войдет в состав экспертной комиссии АСИ по оценке стратегических инициатив?». Итак, первый вопрос: не туда ли Глеб Павловский будет перераспределен после своего увольнения из Кремля? И второй: кто же будет этой всей историей заниматься, на ваш взгляд, персонально?

Матвей Ганапольский: Я предполагаю, что никто. Вот это Агентство стратегических инициатив предполагает начать работать с 2012 года. Вы сначала выберете того, кого надо, а после этого оно будет работать, если так решат. Ну а что касается Глеба Олеговича Павловского, то я думаю, что в эту лабуду он встревать не будет, потому что при всех удивительных метаморфозах его личности человек он с мозгами.

Елена Рыковцева: Как вы считаете, «Народный фронт», который создает Владимир Путин, найдет ли он отклик в самом народе? Я хочу поделиться совершенно неожиданным наблюдением. На лавочке сидела группа старушек, а рядом с ними стояла еще одна бабушка, которая, видимо, читала им политинформацию. И она очень громко и четко на весь бульвар говорила: «Путин раздает распоряжения, а чиновники не выполняют!» Типа, Может быть, действительно он создаст при себе «Народный фронт», чтобы заставить чиновников выполнять свои распоряжения?

Матвей Ганапольский: Я рад за этих бабушек. И самое главное, что я Путину желаю успеха. Сейчас три вещи важные, я считаю, насущные. Вот это агентство по преобразованию в страну молока и меда – это на третьем месте. На втором месте «Народный фронт», потому что понятно, какие дела у «Единой России». И когда смотрят на эти лица, то уже даже те, кому все равно, кому по барабану, они как-то с трудом идут на выборы. Очень тяжело. Я не буду называть «Единую Россию»... Они злятся, очень обижаются, они говорят, что они все для страны, последнюю копейку. И вы знаете, какое - с подачи Навального - им прилепили название. Партия кого?

Елена Рыковцева: Нехороших людей.

Матвей Ганапольский: Ну да, пусть так, чтобы они в суд не подавали на Радио Свобода. Но все уже знают. Короче говоря, Владимир Владимирович и так от них отстранялся всю жизнь, а теперь они просто висят гирями на его ногах, поэтому должны появиться какие-то личики, которые будут на экране сиять, и там не будет Грызлова и опостылевших депутатов. Вот для чего делается «Народный фронт». Он-то знает, что его изберут, как он скажет. Но на экране должны быть другие лица. Вы поймите человека. Владимир Владимирович не участвует ни в каких публичных дискуссиях. Он выступит с очередным 4-часовым обращением к народу, поцелует собачку, потом какого-нибудь тигренка или моржа, потом покажут его полуголым. В общем, будет все по накатанной. И это для женщин, чтобы видели, что атлет и так далее. Потом дело дойдет до сути. А суть какая? Будут телепередачи, когда какая-то фигня, когда якобы они агитируют, обращаются к гражданам партии. И вот появится опять Грызлов. Ну, это уже не годится. Но почему фронт? Представьте себе, есть масса каких-то нормальных людей, к ним приходят и говорят: «Вы можете поддержать?». Те говорят: «Ну да. Но мы не будем в «Единую Россию» вступать», - «Нет, вам не надо вступать».

Елена Рыковцева: Они же понимают, что вступить в «Единую Россию» - это репутационный ущерб.

Матвей Ганапольский: Совершенно верно. Потом, история с Бабкиной, отказы... Это никому не надо. Короче говоря, Грызлов уже не появляется, а появляются разные люди – охотники, рыболовы, мамы с детьми, союз каких-то матерей и так далее. И они все говорят: «Давайте за Владимира Владимировича, за «Единую Россию». Бабушки с бульвара придут. И только за это. Это простой, холодный политологический расчет, который делается на кончике ручки: что мы можем сделать, кого мы можем подтянуть. Но тут нет никакой заботы ни о чем. Какая технологическая задача. Понятно, что Чуров посчитает так, как нужно. Значит, мы должны как-то, чтобы люди хотя бы пришли. Правы мои коллеги, когда говорят: если будет меньше 50% у «Единой России» - это позорище! Народ просто не поймет. Поэтому нужно, чтобы свежие лица появились, потом народец пришел, хотя бы 51-52%. Уверен, что будет 67 – никаких проблем. Потому что мы видим страшную, бешеную конкуренцию у Путина и у «Единой России». Это, конечно, орел Жириновский, это отважный коммунист Зюганов. Мы видим, как они сцепились в смертельной схватке за ваши голоса. Потому все делается так, как должно быть. И оно будет так, как должно быть. Но на вас сил вообще никто не тратит. Вам только говорят, что предлагается сделать, потом они же это делают, но не предполагается, что вы спросите.

Елена Рыковцева: Но я вижу тут большое противоречие. Лично на вас эти агентства не рассчитаны, потому что вы в них все равно не поверите. Обычным людям со скамеек они не нужны, они и так выберут Путина. Тогда для чего? Только «распил»? Мне кажется, это только чуть-чуть для имиджа, но главное - бюджет.

Матвей Ганапольский: И тут мы переходим к трагическому – к Навальному. Я делаю официальное заявление: Навального решили посадить. Я понимаю, что решение принято. И сейчас я могу кратко, а это будет мой эксклюзив, мне никто не говорил, рассказать.

Елена Рыковцева: И это будет наш эксклюзив!

Матвей Ганапольский: После третьей попытки открыто уголовное дело, наконец, открыто. Оно не открывалось в Кирове, оно открыто здесь. У нас скоро Навальный сядет. Как это будет? А будет очень просто. Все будут кричать: «Это невозможно! Его по политике». Будет сначала следствие, потом он будет вынужден прийти на суд, потом, точно в духе того, как было с Ходорковским, прокурор скажет, что он бандит, убийца, что ноги по щиколотку в крови. После чего будут надеты наручники в зале, потому что судья просто прочитает то, что говорил прокурор, и после этого он сядет где-то на 3 года. Почему я это говорю? Понятно, кто у нас собирается быть президентом, и он не собирается портить себе настроение и свои годы президентства вот этим зудящим комаром, который проводит всякие расследования. Я лично не знаком с Навальным, я только брал у него несколько раз интервью. Я считаю, что он делает очень важное дело для России. И именно поэтому я предлагаю ему, чтобы он немедленно Россию покинул – потому что он сядет в тюрьму. И это будет очень скоро. Машина запущена. Потом он станет народным героем, потом о нем будут слагать легенды, мы будем говорить, что это «второй Ходорковский», третий, четвертый... Суть не в этом. Суть в том, что этот человек должен сидеть, к нему должен ходить его адвокат. Даже если ему дадут 1,5 года, людям нужно объяснить, что безгрешен в этой стране только один человек, а все остальные замазаны.

И я акцентирую ваше внимание. Я сегодня читал сообщения на пейджере: «Мы не дадим его в обиду!». Я спрашиваю: кто вы? Кого вы не дадите в обиду? Будет заседание суда, потом будет кассация, потом суд более высокой инстанции подтвердит этот приговор. Не имеет значения, пусть он посидит даже неделю... А он сядет не на неделю, я говорю, он сядет на 3 года, дело будет инспирировано – опыт есть. Все визги и крики людей, которые считают (в том числе и я), что он борется против коррупции и нажал, как у женщин, на точку «G» у власти, и власть, наконец, обратила на это внимание, и решение принято. Нужно было взвесить, открывать ли уголовное дело против человека, который ассоциируется с борьбой с коррупцией. Я понимаю, что это решение власти далось нелегко, я понимаю, что они просчитывали реакцию Запада, крики правозащитников и так далее. Многие вещи просчитывались. Но кое-кто сказал: «Что, вы хотите, чтобы до 2024 года вот это все было?! Нет, ребята, такого не будет!». Дело запущено. Повторяю, Навальный будет сидеть очень скоро.

Елена Рыковцева: Владимира Путина мы упрекаем в том, что он руководит судом, а вы, Матвей, разобрались за суд, за следствие и за политическое решение.

Матвей Ганапольский: Одну минутку! Что, я упрекаю Владимира Путина хоть в чем-то? Упаси Боже!

Елена Рыковцева: Нет. Когда Владимир Путин рассказал на пресс-конференции о том, что есть преступники, у которых руки по локоть в крови, и что вор должен сидеть в тюрьме, все высказались в том смысле, что это юридически неграмотно. Вы сейчас решили за суд, за следствие и даже за тех, кто отдавал команду. Грамотно ли это? Вы его лично посадили.

Матвей Ганапольский: Еще раз, для того чтобы борьба с коррупцией в России на том уровне, с тем глубоким содержанием, которое делает Навальный, была продолжена, необходимо, чтобы он был на свободе. Сомневаюсь, что у него будет такой же безлимитный Интернет в тюрьме, как у него есть сейчас на свободе. Поэтому он должен подумать. Я понимаю, что завтра будет написано, что я – продажная тварь Кремля, у меня «слив» и так далее, что я советую ему уехать из России...

Елена Рыковцева: Что вы – провокатор.

Матвей Ганапольский: Да. К счастью, у меня есть моя репутация, которая хорошо известна, поэтому не боюсь этого. Я говорю, что я уважаю то, что он делает. Он не дурак, он понимает, что машина запущена, и у этой машины есть только одна дорога, потому что он – враг государства.

Елена Рыковцева: Но если он понимает все так же хорошо, как и вы, то что будет означать его решение остаться в России и пойти в суд? Что он такой же, как Ходорковский?

Матвей Ганапольский: Сядет.

Елена Рыковцева: То есть - самоубийца?

Матвей Ганапольский: Нет, он не самоубийца.

Елена Рыковцева: Но если человек понимает, что он сядет, но остается в России и идет в суд, что это значит, что это за человек в таком случае, как мы его охарактеризуем?

Матвей Ганапольский: Не знаю. Я не могу его характеризовать. Я как акын: то, что я вижу, я об этом и говорю.

Елена Рыковцева: Матвей, надеюсь, вы со мной согласитесь в том, что Дмитрия Медведева окружают не лучшие советчики, не лучшие имиджмейкеры. Сейчас ждут его большую пресс-конференцию. Что бы вы ему посоветовали к этой конференции? Возьмите на себя добровольно эти обязанности.

Матвей Ганапольский: Легко! Я бы посоветовал ему, поскольку он президент Российской Федерации, хоть к концу его срока взять власть в свои руки, стать президентом.

Елена Рыковцева: А как он должен об этом сказать на пресс-конференции?

Матвей Ганапольский: Не знаю, это не мой вопрос.

Елена Рыковцева: Но он должен дать это понять каким-то образом?

Матвей Ганапольский: Не спрашивайте меня.

Елена Рыковцева: Но вы же советуете...

Матвей Ганапольский: Да не журналистское это дело. Павловского спрашивайте, политологов умных, которые все знают.

Елена Рыковцева: Да вы давно уже политолог.

Матвей Ганапольский: Но я же не знаю, какие у них договоренности. Ну, просто нельзя так «опускать».

Елена Рыковцева: Себя?

Матвей Ганапольский: Вот! Вы сейчас сказали самую главную фразу. Человека нельзя унизить, человек может унизить только себя сам. Он может позволить, он может согнуться, он может стерпеть... Я понимаю, что у них там очень все не по-детски. Но, в конце концов, так оказалось, что даже у слабого президента, так его назовем, Дмитрия Медведева за плечами стоит огромная страна.

Елена Рыковцева: И пусть он об этом помнит. Это был «Час прессы» на волнах Радио Свобода с Матвеем Ганапольским.

Программу целиком вы можете прослушать здесь же.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG