Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Ирина Лагунина: На проходящих в Брюсселе сербско-албанских переговорах по практическим проблемам жизни в Косове наметился прогресс. Сербская сторона заявляет о том, что удалось сблизить позиции в вопросах кадастральных записей и регистрации, а также свободы передвижения. Косовская сторона отмечает позитивные сдвиги в проблемах телекоммуникаций и электроснабжения. Политические проблемы в ходе этих переговоров не обсуждаются. Но, как выясняется, без них все-таки невозможно. Рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.

Айя Куге: Сербско-албанские переговоры (официально названные “диалогом”) начались 8 марта и с тех пор две делегации, под эгидой Европейского союза, встречаются в Брюсселе два раза в месяц. Однако на минувшей неделе произошло неожиданное для многих событие – глава сербской команды по переговорам Борко Стефанович вдруг отправился в Приштину, чтобы там на прямую разговаривать с представителями косовских албанцев. Более десяти лет никто из официальных лиц Сербии в столице Косова не бывал. Сразу встал вопрос: а почему политический директор Министерства иностранных дел Сербии Стефанович отправился в Приштину за несколько дней до четвёртого раунда переговоров в Брюсселе, с какими инициативами? Местные аналитики гадали, что он там, вероятно, пытался протолкнуть идею о разделе Косова – так, чтобы граничащий с Сербией северный район, где подавляющее большинство населения сербы, остался в составе Сербии. Идея о разделе Косова на сербскую и албанскую части не нова. Ей в Белграде начали заниматься в начале девяностых годов, но она никогда так и не получила поддержку ведущих западных стран. Однако время от времени тема раздела снова всплывает. Борко Стефанович пару недель назад как-то стеснительно подтвердил, что сербская сторона не против обсудить с албанцами и этот вопрос. Вскоре за ним в интервью приштинской газете на албанском “Зери” вице-премьер правительства Сербии, глава МВД Ивица Дачич заявил, что единственное реальное решение – это разделить территорию Косова – оставить косовских сербов в Сербии, а ту часть, где проживают албанцы – отделить. Журналистам в Белграде Дачич сообщил, что это его личное мнение, на которое он имеет право и как гражданин, и как лидер Социалистической партии Сербии.

Ивица Дачич: Я считаю, что идея о разделении могла бы быть компромиссом, но граждане Сербии должны высказать свое отношение к этому вопросу. Ну вот, я вас спрошу: вы думаете, что я выступил с плохой идеей? Разве большинство из вас не разделяет мое мнение? Может быть лучше нам всем заклеить рот клейкой лентой? Моё дело не сказки сербскому народу рассказывать – нужно решать, как Сербия будет жить дальше.

Айя Куге: А какова официальная позиция правительства Сербии? С этим вопросом я обратилась к руководителю канцелярии кабинета министров по связям со средствами информации Миливою Михайловичу.

Миливой Михайлович: Официальная позиция правительства Сербии: нужно вести диалог с Приштиной и с помощью этого диалога найти решение проблем, которые обременяют повседневную жизнь граждан Косова и Метохии. Тема раздела Косово никогда не ставилась в повестку дня заседаний правительства. Мы ведём политику по отношению к Косово в согласии с Конституцией Сербии, и это означает, что правительство не занимается разделом Косова.

Айя Куге: Не все верят, что тема раздела Косова появилась случайно, причем именно во время переговоров с косовскими албанцами. Один из не верящих – эксперт по вопросам косовских проблем, белградский аналитик Душан Янич.

Душан Янич: Ещё до заявления лидера Социалистической партии Ивицы Дачича – а именно, в ходе подготовки Белграда к перемене характера переговоров - просочилась информация о том, что этот вопрос будет открыт для обсуждения. Цель ясна – поменять характер диалога с албанцами. Правда, когда Сербия, вместе с Евросоюзом, внесла в ООН резолюцию о необходимости диалога с Приштиной, она согласилась вести переговоры лишь по техническим вопросам, не затрагивая проблемы статуса Косова. Но очевидно, что теперь Белград пытается также поставить вопрос о статусе и делает это через идею о разделе.
Переговоры по Косове будут длиться ещё месяц – полтора, потом начнутся летние отпуска, а потом – предвыборная кампания в Сербии. Поэтому возможно, что официальный Белград хочет создать атмосферу, которая заставит Европейскую комиссию выступить со своими предложениями. Кстати, есть и другое толкование того, почему именно сейчас появилась инициатива о разделе Косово - её можно услышать в кругах правящих сербских политиков. Они, дескать, ставя довольно радикально вопрос о разделе территории, на самом деле хотят поднять проблему положения сербской общины в Косове и добиться для сербов в северной части области так называемой “функциональной автономии”.

Айя Куге: Надо отметить: сербы, проживающие на севере области, с идеей раздела Косова согласны. Однако большинство сербского населения в Косово, около 70 тысяч человек, живут в небольших анклавах на юг от реки Ибар, в албанском окружении, и они против: ведь эти анклавы физически никак не могут быть присоединены к Сербии.
С другой стороны, против раздела выступают многие специалисты, в том числе в Сербии. Профессор факультета политических наук Белградского университета Предраг Симич считает, что о разделе Косова размышляют лишь новые поколения политиков, недостаточно знакомые со всеми плюсами и минусами такого решения.

Предраг Симич: Первое последствие воплощения такой идеи, и об этом уже говорят, - часть албанской общественности и политической элиты придерживается позиции, что раздел Косово одновременно должен означать обмен территориями – так что албанская сторона поставит в ответ этот вопрос. Иными словами: Приштина бы, может быть, была готова отказаться от северного Косова, но только для того, чтобы получить взамен то, что они называют восточным Косовом – это юг Сербии – Прешевская долина с тремя городами Прешево, Буяновац и Медведжа. На днях такую идею подтвердил один из местных албанских лидеров из Прешева. Однако, если делить Косово, то что произойдет, например, с Боснией, с Македонией, с Санджаком?

Айя Куге: Поясню: Санджак – область, разделённая между Сербией и Черногорией, большинство населения которой составляют мусульмане. Есть тенденции её объединить. Еще Предраг Симич говорит об угрозе раздела Македонии на албанскую и македонскую части и разъединения Боснии.
Косовские албанцы отрицают возможность раздела Косова. Вот мнение министра Внутренних дел Косова Байрама Реджепи.

Байрам Реджепи: Это идея из прошлого. До тех пор, пока мы пытаемся быть частью объединённой Европы, такие идеи неприемлемы – как для нашего правительства, так и для международного сообщества. Мы сербской стороне ясно представили свою позицию о том, что никогда не согласимся вести переговоры по политическим вопросам, к которым относится и вопрос раздела Косова. Наша сторона это не принимает, и поэтому подобная идея не может быть предметом обсуждения.

Айя Куге: Албанский аналитик из Приштины Шкельзен Маличи считает, что разделом Косова Сербия хотела бы компенсировать признание независимости новой страны.

Шкельзен Маличи: Это не просто осуществить на практике. Серьезной помехой была бы позиция Брюсселя и Вашингтона – там считают, что в результате подобного решения не только в Косове, но и на всех Балканах начнется ревизия достигнутых и действующих соглашений. Это нарушило бы, например, Дейтонские соглашения в Боснии и открыло другие вопросы – в том числе судьбу Прешевской долины. Это очень рискованное дело.

Айя Куге: Вернёмся к разговору с официальным представителем правительства Сербии Миливоем Михайловичем. Вы сопровождали главу сербской делегации по переговорам Борко Стефановича в его поездке в Приштину. Этот визит вызвал огромный интерес общественности, но и жёсткую реакцию как албанских, так и сербских националистов. Косовские албанцы, сторонники экстремистского движения “Самоопределение” устроили протест в Приштине, в результате которого были ранены 6 демонстрантов и 15 полицейских. Разбиты были окна в здании правительства Косова, и сообщалось о том, что на вашу автомашину из грузовика была брошена коробка с каким-то строительным материалом. С какими впечатлениями вы вернулись из Приштины?

Миливой Михайлович: У меня два абсолютно разных впечатления – одно с улицы, а другое из кабинетов, в которых велись переговоры. Встречи с вице-премьер министром Косова Хайредином Кучи и главой их команды по переговорам Эдитой Тахири прошли в нормальном и очень рациональном тоне. Было поднято много вопросов. С вице-премьером Кучи мы разговаривали на сербском языке, с Эдитой Тахири – по-английски. По моему мнению, цель Борко Стефановича была показать собеседникам в Приштине, что запретных тем не существует и всегда есть возможность договориться. Однако, Стефанович не является официальным лицом, которое может признать Косово. И с другой стороны стола переговоров не сидят люди, у которых есть мандат решать крупные вопросы. Обе команды отдают себе отчёт в том, какая у них роль: разрешить отдельные проблемы. И в этом они проявляют добрую волю. Вот, такое у меня впечатление от приштинских кабинетов. Другое, неприятное, впечатление - с улиц Приштины. Там собрались сотни людей, которые нападали на колонну автомашин, в которой мы находились. Правда, я могу понять, что есть люди, которые сопротивляются диалогу, есть люди, которым близок экстремизм, а не разумные решения. Я уверен, что после этой поездкой лёд тронулся, и, несмотря на инциденты на улице, она была очень полезной.

Айя Куге: Есть ли основания для оптимизма, что диалог решит хотя бы основные практические проблемы людей в Косове?

Миливой Михайлович:
Я считаю, что диалог – единственный путь для разрешения проблем в Косове и Метохии. Тот, кто выступает против диалога, тот, кто не проявляет оптимизма, ошибается. Мы не можем допустить, чтобы правительство Сербии отвернулось от сербов, оставшихся в Косове, не можем ждать какого-то более удобного момента – оттягивание всегда в ущерб граждан Косова. У них конкретные проблемы – начиная от телефонной связи до снабжения электричеством, от забот о свободе передвижения, до социальных проблем, которые, кстати, разделяют и сербы, и албанцы. Нельзя эти проблемы положить под ковёр и ждать, когда наступит лучшее время. Лучшее время решать проблемы – время сегодняшнее.

Айя Куге: Мы разговаривали с официальным представителем правительства Сербии Миливоем Михайловичем.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG