Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Идиоты


Кинорежиссер Ларс фон Триер на пресс-конференции в Канне

Кинорежиссер Ларс фон Триер на пресс-конференции в Канне

Российские блогеры традиционно недолюбливают телевидение, и стараются его не смотреть. Иногда, впрочем, выбора нет – например, в случае спортивных состязаний. Но даже в этом формате телевидение блогеров не устраивает. Рассуждает онлайн-комментатор спортивных событий портала Лента.ру Александр Поливанов:

В России уже стало традицией, что крупнейшим российским федеральным каналам полностью наплевать на фанатов, болельщиков. На недавнем чемпионате мира по хоккею, например, Первый канал умудрился показывать игры сборной России в записи (с опозданием на 10-15 минут). А ведь сборная России по хоккею - это команда, которая способна привлечь к экранам телевизоров десятки миллионов человек. И все эти люди хотели посмотреть матч в прямом эфире. Или, допустим, вам надо посмотреть обычный матч чемпионата России. Вы платите деньги, подключаете тарелку, включаете телевизор, садитесь в нетерпении... И дальше начинается ужас. Потому что одно дело смотреть "Реал - Барселона" и совсем другое - матчи российских команд. Я в данном случае имею в виду не качество футбола, а качество картинки: не то что камеру на линии вне игры не всегда найдешь, так порой не видно, как забивались голы. Тусклая картинка с одной-двух камер и комментатор, который находится не на трибуне, а следит за игрой вместе с вами по ящику, отбивают желание смотреть футбол больше, чем реклама виагры в перерыве - заниматься любовью. В России много говорится о том, что детей надо отвлекать от улицы, компьютера и вредных привычек с помощью спорта. Но такие вот спортивные трансляции, наоборот, вредны: пять минут матча "Томь" - "Амкар" без современной инфографики, оперативной статистики, необычных видов с разных камер, многочисленных повторов с любой точки стадиона, да и еще и нередко не в прямом эфире - и детей ни за что не заставишь смотреть ни футбол, ни российское телевидение в целом.

Однако проблемы качественного телевидения часто находится по ту сторону телекамеры. Разочарование блогеров другим недавним громкими телесобытием – пресс-конференцией президента Медведева – поясняет обозреватель портала Полит.ру Андрей Левкин:

Все это не было пресс-конференцией. Очень просто: что такое пресс-конференция? Есть тема, по ней и задают вопросы. Допустим, про Магницкого. Президент отвечает, что ответил, но следующий вопрос, например, состоит в предложении уточнить фразу "в этом тоже нужно разобраться и установить круг причастных лиц как российских, так и заграничных". Вы кого имели в виду из заграничных, Браудера? Ну, раз уж теперь все открыто, так бы и выяснили, что у президента на уме по данной теме. Но тут следующий вопрос выбирается из зала, так что после этой темы встает некая парочка, вопрошающая: "Дмитрий Анатольевич: а что из того, что Вы делаете сейчас для нашей страны, Вы считаете, останется потом в истории России уже на долгие годы?" Какая же это пресс-конференция? Тут форматная загадка: к какому жанру можно отнести встречи первых лиц РФ с прессой, собранной в промышленных масштабах (в том числе - прямые мосты и другие формы общественно-политической организации населения у телевизоров)? А из проблемы формата следует, что вообще непонятно, за что именно отвечают премьер и президент по должности - в данный момент, а не вообще.

***
Западная блогосфера недоумевает в связи с последними высококультурными скандалами: жесткой реакцией дирекции Каннского кинофестиваля на глупую и неудачную шутку Ларса фон Триера и истерикой, которую устроила одна из членов жюри международной букеровской премии по поводу провозглашения лауреатом американского романиста Филипа Рота.
Комментировать заявления Ларса фон Триера, который сказал в среду, что понимает Гитлера, затем извинился, а чуть позже был объявлен персона нон грата на фестивале, возможным не представляется – слишком уж они были неуклюжими. Поэтому блогер портала pajiba.com Стивен Ллойд Уилсон пытается оправдать решение дирекции фестиваля:

В своем заявлении дирекция умудрилась сначала сказать, что защищает свободу слова, а потом назвать комментарии фон Триера «неприемлемыми, недопустимыми и противоречащими идеалам гуманности». Но при этом они же не возражали, что на фестиваль приехал Мел Гибсон, известный своими антисемитскими высказываниями, да и не сняли с показа фон-триеровскую «Меланхолию». Дирекцию легко обвинить в ханжестве, но на самом деле в ее решении есть смысл. Фон Триер никакой, конечно, не нацист – он просто идиот. Не думаю, что фестиваль объявил бы фон Триера персона нон грата, если бы он серьезно заявил о своих нацистских убеждениях. Его болтовня на пресс-конференции вообще не имела никакого содержания, это была позорная в своей бессвязности неудачная шутка. Фон Триера изгнали с фестиваля не потому, что дирекции пришлись не по душе его идеи, а как раз за бестолковую болтовню вместо идей. Поддержка свободы слова не обязывает давать слово невнятно бормочущему пустобреху. Стандарты осмысленности – еще не цензура.

О скандале вокруг международного Букера пишет в блоге "Нью-Йоркера" Мейси Хэлфорд:

Известие о том, что международный Букер – эту премию вручают каждые два года пишущему по-английски небританскому автору – получил Филип Рот, было несколько омрачено другой странной новостью: после объявления решения входившая в жюри Кармен Кэллил вышла из его состава и поступок свой объяснила так: "Во всех своих книгах Рот талдычит одно и то же. Когда его читаешь, создается ощущение, что он сидит у тебя на лице и не дает дышать". Кэллил – основательница издательства "Вираго пресс", публикующего произведения, вышедшие из-под пера женщин. В 1996 году в этом издательстве вышли мемуары бывшей жены Филипа Рота, Клэр Блум, а через два года Рот обыграл произошедшее в романе "Мой муж – коммунист!" - там жена предает мужа, публикуя откровенную книгу. Если принять все это во внимание, драматизм заявлений Кэллил становится понятнее. Но не покидает ощущение идиотизма: если ты согласилась быть членом жюри вместе с двумя другими людьми, надо уметь уважать решение большинства – тем более что о вероятности такого решения было известно за много месяцев. Больше сказать о поступке Кэллил нечего. Но последнее слово все равно за Ротом: говорят, у него неплохо получается превращать реальные ситуации в романные.
XS
SM
MD
LG