Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Письмо, которое вы сейчас услышите, Михаил Кашлев прислал второго мая. По не зависящим от автора причинам читаю его только сейчас. «К нам в Северную Америку, но я уверен, что и к вам в Евразию, пришла весна. Она выгнала меня из моей берлоги на задний двор. Заставила заняться его подготовкой к лету. Чисткой, так сказать, авгиевых конюшен осени и зимы. Начал я с вырубки кленового подроста на участке за домом.
За несколько лет клёны вымахали на два-четыре метра. Порубил стволов двадцать-тридцать. Оставил только ежевику, собачье дерево и шелкОвицу. Ежевику я ем сам, собачье дерево замечательно цветет весной, а ягоды шелковицы привлекают птиц, которых я очень люблю. Задний двор приобрел опрятный вид. У нас на подходе цветение маков, пионов, лилий и клематисов. Ландыш сейчас на самом пике, тюльпан на излёте, нарцисс закончил цвести на прошлой неделе. Сирень отцветает. У меня её много. По асфальту перед домом ветер стелет лепестки японской вишни. Они обрамляют края дорог в нашем районе маленькими розовыми сугробами. Стелются перед машинами. РододЕндроны уже начали свой ежегодный цветовой штурм. Скоро всё здесь станет от них белым, розовым и красным. И горы, и обочины дорог, и стены домов. Сегодня высадил на участке пиретрум, луковицы гладиолусов и клубни хризантем. Буду ждать их цветения в июне и июле. У меня вокруг много птицы. Сегодня в саду впервые появились мои любимые кошачьи пересмешники. Они мигрируют на север, следуя графику созревания ягод шелкОвицы. Благодаря шелковице, все лето я буду слушать их похожие на крик мартовских котов голоса из травы и деревьев. Дроздов тоже налетело видимо-невидимо. Уже насчитал четыре вида. Зябликов - пять видов. С гор спустились дятлы. Их громкая дробь по утрам будит мою собаку и заставляет её заступать на охрану дома ещё до восхода солнца, что ей, лентяйке, обычно не свойственно».
Спасибо за прекрасное письмо, Михаил! У меня тоже дом, есть передний двор и задний, есть и деревья, и цветы, и куры, и кое-что ещё, между усадьбой и рекой - целое поле, два гектара с лишним, где на моих зеленях витиминизируются цапли - целая колония. Мне тоже иногда хочется поделиться со слушателями «Свободы», что происходит в моём хозяйстве, а не могу, к сожалению, потому что передача, которую делаю, она для писем слушателей, а не для моих отчётов такого рода.


Владлен из Москвы пишет о ключевом, по его мнению, вопросе: почему средний класс – класс предпринимателей – в России не поддерживает демократию. Читаю: «В гайдаровский период была объявлена полная свобода предпринимательства. И класс стал нарождаться: частные лавочки появились на каждом углу. Государству, чиновнику укоротили руки. Казалось бы, голосуй, предприниматель, за Гайдара! Ан нет. Знаете, сколько в столичном городе было предпринимателей с членским билетом партии Демократический выбор России? Один на тысячу. Остальные голосовали, в основном, за Жириновского. Почему? Ну, во-первых, контингент был: тридцать процентов – бандиты. А остальные? Остальные хотели защиты от бандитов, а гайдаровцы не сумели её организовать. Появились ЧОПы – частные охранные предприятия сплошь из бывших милиционеров, офицеров и спортсменов-уголовников. Но не это самое важное. Когда предпринимателей стало много и многие обзавелись охраной, главной угрозой для них стал свой брат-конкурент. И встал выбор, кто страшнее: конкурент, тебя разоряющий, или государство, берущее взятки. Наши люди, в отличие от американцев в свое время, решили, что страшнее конкурент. И стали на сторону гебешного государства все: от магната (за исключением Ходорковского) до держателя киоска. А государство быстро прекратило настоящую конкуренцию. В том числе и по требованию самих предпринимателей. И хоть многие из них пострадали от этого государства, всё равно в мозгу у них сидит: конкурент опаснее! Пока это умонастроение остается, средний класс будет за Путина. А это значит, что и самого этого класса в строгом смысле слова не будет», - пишет Владлен и шлёт вдогонку ещё одно письмо. В нём он вспоминает, как подавляли конкуренцию в Санкт-Петербурге в середине девяностых годов. Было решено ликвидировать тысячи уличных киосков, якобы портивших вид города. Инициативу проявили, между прочим, не кто иной, как депутаты-яблочники и фракция крупных хозяйственников, поддержали их коммунисты. Несогласных запугивали и подкупали. «Хозяевам и директорам крупных магазинов киоски были как бельмо на глазу: конкуренты, у которых всё дешевле и приближено к покупателю. Тогда удалось найти компромисс — ликвидированы были только киоски на самых главных улицах. Позднее правительство Матвиенко ликвидировало уже все киоски и уличные центры торговли, практически уничтожив нормальную конкуренцию… Качество товаров и ассортимент снизились существенно по сравнению с концом девяностых. Так что конкуренция душилась усилиями самих же предпринимателей через власть», - пишет автор. В обычных письмах демократически настроенных слушателей радио «Свобода» российский предприниматель – лицо страдательное.
Его защищают, для него требуют больше свободы, я тут первый. Невольно упускаем из виду, что это существо двуликое. Что мы открыли, когда кончился совок? Чего мы не ожидали? Мы не ожидали, что в советском населении окажется столько хищников и пройдох. Именно они сразу стали и остаются важной силой в бизнесе. Ожидать от них любви к демократии не приходилось и не приходится. Не забудем также, что очень заметная часть предпринимателей – это родственники крупных и крупнейших чиновников или подставные лица. При нормальной конкуренции они разорятся, их заводы и пароходы быстро перейдут в другие руки. Вот как обернулось дело. Чтобы в России появилась демократическая буржуазия, для неё надо очистить место: согнать хищников. Как? Снизу доверху, от районной администрации до Кремля – это не просто госслужащие, плохие или хорошие. Это предприниматели-воры на жаловании. Они кровно заинтересованы в продолжении беспредела до Второго пришествия. Постоянные слушатели «Свободы» знают, что я говорю в таких случаях: положение безвыходное, поэтому выход может найти только жизнь.

Следующее письмо: «Моя подруга говорит к чему-то: "Да, за банку варенья, за пачку печенья ...!" И тут мне стукнуло в голову, что если бы с нами была моя дочка Сашенька, девяносто девятого года рождения - то она бы не поняла, что имеется в виду. А когда бы ей рассказали про писателя Аркадия Гайдара, про его Мальчиша Плохиша – как он за банку варенья, за пачку печенья провёл в город врагов-буржуинов, она бы удивилась, что такое гнусное предательство можно совершить ВСЕГО-то за банку варенья и пачку печенья. Ведь можно было запросить больше. Значительно больше. Буржуины бы не поскупились. А за кусочек хлеба, Сашенька? За ломтик? За корку? Нет, не поняла бы. Мы когда-то при Сашеньке, ей было лет пять, то есть, девяносто четвёртый год, вспоминали, как она родилась, а не было ни пеленок, ни мыла – ничего, и про детство Ниночки, она семьдесят девятого года рождения - что в магазинах не было детской одежды, ну и прочие советские гнусности. Сашка говорит: «Мама, а вы бы за границу поехали и всё бы купили». Очень удивилась, узнав, что за границу поехать было нельзя. «Ну, как это? Не может быть. Вы думаете, если я маленькая, то меня можно обманывать?», - и горько заплакала. Мы стали ее утешать и уверять, что мы действительно пошутили. Вот так целый пласт жизни ушел, сгинул. То, что с нами было, понятно только нам и трогает только нас», - пишет наша слушательница.

В прошлой или позапрошлой передаче мы говорили о социалистическом соревновании советских колхозов и совхозов по заготовке веточного корма – о том, как труженики этих самых колхозов и совхозов, воодушевлённые очередным историческим съездом коммунистической партии Советского Союза, рубили в окрестных лесах ветки, делали из них веники, свозили эти веники – горы веников – к местам предполагаемого скармливания крупному рогатому скоту, от есть, коровам. Мы говорили о том, что делалось это по указаниям Кремля, который и контролировал это дело по всей вертикали власти. Веточным кормом должна была, по замыслу кремлёвских зоотехников, восполняться нехватка обычных грубых, сочных и концентрированных кормов, то есть, сена, корнеплодов и зерна. Я сказал о холмах лапника возле коровников, от которых молока почему-то не прибавлялось, несмотря на всеобщий патриотический подъём тружеников села и жгучее их желание завоевать первенство в социалистическом соревновании – кто не верит, пусть поднимет старые газеты, там это всё так и написано, этими самыми словами, и писалось каждый день на протяжении десятилетий. Теперь читаю письмо, прислал его Георгий Сичкарь, во всяком случае, таков обратный адрес электронной почты, а под самим письмом подписи нет: «Анатолий Иванович, ветки для коров с деревьев хвойных пород не заготавливали, коровы хвою не кушают, поэтому не обманывайте народ, заготавливали ветки широколиственных деревьев и кустов, их скотина кушать может». Уважаемый господин Сичкарь, с вами нельзя не согласиться - хвою коровы действительно не кушают, но ведь мы с вами прекрасно знаем, что и хвою, и ветки широколистных деревьев заготовляли не для того, чтобы их поедал крупный и мелкий скот, а для того, чтобы выполнять планы по заготовке веточного корма, каковые планы, как тогда говорилось, спускались или доводились из Кремля по вертикали вниз, до каждого колхоза-совхоза. Вот… Для выполнения планов и, как сказано выше, для победы в социалистическом соревновании. Но оставлю насмешливый тон и познакомлю слушателей радио «Свобода» с одним документом. Москва, 1986 год, второй год горбачёвского правления. Госагропром – так называлось сельскохозяйственное сверхминистерство. Ведомственные нормы технологического проектирования кормоцехов. Согласовано с Государственным комитетом по науке и технике, работали над документом больше десятка научно-исследовательских институтов, да, в документе имеется таблица два-один под названием: «Классификация и назначение кормов (по группам животных)». Сделана она так. Указывается вид корма, а далее следуют названия животных, и против тех, которые едят данный корм, ставится плюс, которые не едят – минус. Читаю: «Хвойно-веточный корм. Крупный рогатый скот – плюс». А вы говорите, господин Сичкарь, что коровы его не кушают, и я это говорю, и сельские жители говорили, но мало ли что говорили сельские жители, да и городские, но тут я опять собьюсь на юмор и сатиру, а это то же самое, что задеть религиозные чувства некоторых верующих.

К слову о религиозных чувствах. Чтобы нынешнее поколение не слишком заносилось – не думало, что удельный вес идиотов в нём заметно меньше, чем в поколениях строителей коммунизма, чтобы лишний раз подтвердить гипотезу, согласно которой удельный вес этого материала во всех поколениях – величина примерно постоянная, возьму письмо, автор которого приводит имеющий довольно широкое хождение текст под названием: «Целебный колокольный звон». Продолжать или не надо? Из этого текста следует, что православные испокон веков лечились колокольным звоном от всех основных болезней, но «самым впечатляющим» (это дословно) было «облегчение болевого синдрома у онкологических больных». Ещё дословно: «Сегодня уже доказано: акустическая волна при звоне колоколов распространяется в форме креста… Звук, спускаясь с небес на землю, словно крестит округу. Может, поэтому столь велико воздействие колоколов на душу человека… Ученые установили: волна, распространяемая колоколом, убивает болезнетворные бактерии в радиусе нескольких километров!», - восклицательный знак. Не буду называть фамилии известных шарлатанов, на которых ссылается автор.

Письмо из-за океана: «Эх, Анатолий! Тяжело себя отрывать от России. Там остались друзья. Моя молодость. "Трудно маму забывать", - как говорил один писатель. Как отрывать себя от своих первых девушек, друзей по подъезду, по парте, по университету? Помню, как ожидал моих любимых морозной зимой на платформе метро "Измайловский парк". Они выбегали из вагона и говорили, что любят другого. Ранили меня в самоё сердце. От всего этого остался один пшик. Никому не интересные мелочи. Именно поэтому меня тянет в Россию. Еще раз все это пережить. Как говорил еще один поэт: "Тянет к бабушке, а не к родине". А другой говорил, что "нельзя возвращаться на круги". Марина Цветаева - мой любимый писатель. Она возвратилась со всей своей семьей из Европы в Россию. Муж был гэбист. Дети неухожены. Вернулась, чтоб там сгинуть. Мужа расстреляли. Дочку ухайдокали. Сына пустили на фарш. А сама она повесилась. Но идея возвращения, блин, на удивление, жива. Дудочка коммунизма. Уехав на Запад, я как ученый добился какого-то уважения. Печатаюсь в приличных журналах. Влияю, худо-бедно, на умы. Возвращаться не собираюсь. Кладу на гэбофашистскую модернизацию с прибором. С очень большим. Желаю сталинопутиноидам всего самого наихудшего. Вплоть до усечения голов. Вернусь, когда Родина очистится от этой скверны. Готов в этом всячески содействовать», - так пишет бывший москвич. Не юноша, учёный с именем в своей области, давно живёт на Западе, а тамошняя жизнь его так и не обкатала. Смотрите, какая свежесть политического, гражданского чувства, какой накал негодования, никакого удержу, человек будто только что вернулся с антипутинского митинга где-нибудь в Лужниках или собирается туда и накручивает себя: «гэбофашизм», «сталинопутиноиды», «вплоть до усечения голов». Эта горячность, эта горячка бросала когда-то молодёжь в революцию, в народовольцы, в эсеры и большевики. «Более, чем когда-нибудь, я вижу, что ничего из жизни современной я до смерти не приму и ничему не покорюсь. Её позорный строй внушает мне только отвращение». Эти слова принадлежат Блоку. Позади осталась революция пятого года, вешали последних бунтовщиков, в оба смотрели, чтобы не разгулялись новые, это называлось реакцией. «Я яростно ненавижу русское правительство», - он же, Блок. Почему, за что? Потому и за то, объясняет он из письма в письмо, что «теперь окончательно и несомненно в России водворился «прочный порядок», заключающийся в том, что руки и ноги жителей России связаны крепко – у каждого в отдельности и у всех вместе». В то время, когда он это писал, Россия шагала по пути капитализма быстрее всех в мире. Со связанными руками и ногами…

Следующее письмо: «Отгремело очередное 9 мая. Мой дед по линии отца, 1909 года рождения, прошел ту проклятую войну от начала до конца. Сначала он на Малой земле был личным водителем у полковника Брежнева Л.И. Возил будущего генерального секретаря из штаба в штаб (в подтверждение этого даже фотография осталась). Но Малая земля вообще-то было весьма узким и горячим местом. Как только спецслужбы фронта узнали, что мой дед в известное время был раскулачен и сослан в Сибирь, его тотчас отправили на линию фронта, теперь уже водить танк. Мой дед, по его рассказам, шесть раз горел в танке, окончил войну сержантом в Праге. 9 мая он, разумеется, выпивал, после чего я слышал о таких вещах, о которых в то время даже боялся думать! Главное, что я тогда все же понял, это то, что он воевал не за Родину, не за социализм и уж тем более не за Сталина. Он воевал за то, чтобы выжить! Помню, что после своих рассказов он начинал плакать. Умер он в нищете и обиде. Да, на юго-востоке моей страны отметили этот праздник не только под красным советским флагом, но и с портретами Сталина. Но я хочу сказать о навороченных донецких миллиардерах, вообще – о наших капиталистах и их чиновничьей обслуге в западных костюмах с георгиевскими ленточками. Они пользуются НАТОвскими автомобилями, одеждой, медициной и т.п., то есть, выручают то самое НАТО своими деньгами. И одновременно лепят георгиевские ленточки на немецкие Мерседесы и японские Тоёты как на фронтовые трофеи! А вступать в Европу им очень не хочется, ибо тогда пришлось бы меньше красть. В этом раздвоении выражена вся сущность их «советского патриотизма». Из-за этого плакал мой дед. Из-за этого же, дописывая это письмо, плачу и я», - говорится в письме. На Украине есть оголтелые националисты – как украинские, так и русские. Власть особенно благоволит украинским, охотно предоставляет им, например, экран, который теперь, по существу, всецело в её руках. Выпущенные на простор «бандеровцы» из самых бешеных служат страшилкой для обычных жителей страны. Обывателям как бы говорят: смотрите, кто будет вами править, если не будете вечно поддерживать нас.

Каждое выступление социолога Ольги Крыштановской на волнах «Свободы» вызывает отклики наших слушателей. Она долго была довольно въедливым критиком путинизма. Я говорю: въедливым, потому что специально изучала личный состав режима и лучше всех в России знала, сколько там чекистов и чем они заняты, то есть, как и сколько воруют. Два года назад она переменила цвет своего флага, стала в их ряды. С месяц назад в очередной раз объясняла эту перемену в своей жизни. Она теперь сожалеет, что – дословно - «в России многие люди больны неверием и негативизмом. Ничего не делая, они сразу отрицают». Теперь она считает, что в стране – тоже дословно – « живой, активный парламент». С удовлетворением госпожа Крыштановская наблюдает, как – дословно «государство своими действиями ускоряет процесс развития гражданского общества, так же как оно ускоряет процесс развития партий». Свою деятельность в путинской партии охарактеризовала так: «Я использую партию, а партия использует меня. Таким образом, мы и дружим». И, пожалуй, главная ёё мысль: «Установка на противостояние интеллигенции и власти устарела». Вот кое-что из откликов на это выступление. Один слушатель, которого особенно задели её слова, что в России настоящий парламент, пишет: «А Марков объявил Чечню чемпионом Европы по правам человека. И ничего. Гром не грянул. Так и выступление г-жи Крыштановской... Ей кто-нибудь верит? Её это волнует? Партия воров - название надо оправдывать, вот она и вешает лапшу. Не первая, не последняя». Другой слушатель: «Что ни слово - то вранье… Как будто совсем в другой стране живет. Год за годом слова людей из власти отделялись от действительности, и вот мы получили зияющую пропасть, видную любому, кто в состоянии различать буквы».
По-моему, в самую суть смотрят те слушатели, которые подчёркивают, что Крыштановская, как и другие давние и недавние перебежчики из лагеря демократии в путинизм, делает вид, что перед нею – обычные государственные деятели, обычная, пусть пока не очень демократическая, власть. Что-то наподобие поздней советской. Выносится за скобки главное: что эти люди – воры, страшные воры, каких свет не видывал, что эта власть не в переносном смысле, а в прямом – воровская. И второе важное обстоятельство госпожа Крыштановская выносит за скобки. Она открыто признаёт, что власть создаёт липовые партии, другие общественные организации, тоже липовые, но не осуждает её за это, а одобряет: это мол ничего, что они липовые – со временем они выйдут из-под опеки. Всё это очень мило, госпожа Крыштановская, только всё это, по существу, противозаконная деятельность, не так ли? Не с этого ли утверждения следовало бы начинать и не этим ли утверждением следовало бы заканчивать честный и дельный разговор о происходящем? Это был бы совсем-совсем другой разговор! Не о том, какое добро может выйти из кремлёвского зла, а о том, как пресечь это зло! Слушатели «Свободы» считают, что Крыштановская лукавит намеренно. Я же не хочу так думать. Брехун и шкурник, он и есть брехун и шкурник – что о нём говорить? Проблема возникает там, где человек искренен. Если эта женщина не лукавит, тогда её случай по-настоящему интересен. Высшее образование, учёная степень, всё вроде бы знает про демократию, про её подделки и противоположности. А когда доходит до дела, рассуждает в духе верноподданности царю-батюшке, который сам себе закон. Беззаконие она принимает как данность и даже рассуждает, какая может произойти отсюда польза. Она говорит нам: как и вы, я вижу всех безобразников насквозь, но вы не верите, что на этой почве может вырасти что-то здоровое, а я верю. Поэтому вы шарахаетесь от путинизма, а я в нём работаю, улучшаю или, если хотите, подрываю его изнутри самим присутствием своей положительной особы. Романтика и цинизм в одном флаконе.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG