Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политическая ситуация в Сербии после провала второго тура президентских выборов


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспондент Радио Свобода в Белграде Айя Куге, московский корреспондент белградского независимого информационного агентства "Бета" Зорана Боич и обозреватель московской газеты "Коммерсантъ" Геннадий Сысоев.

Андрей Шарый: В Сербии подведены итоги второго тура президентских выборов, итоги эти неутешительны: президент не избран, поскольку в голосовании приняли участие чуть больше 45 процентов граждан, а для успеха компании необходимо участие не менее половины имеющих право голоса. Противники – югославский президент Воислав Коштуница – и вице-премьер правительства Югославии, Миролюб Лабус – имеют шанс продолжить борьбу в новой избирательной компании. Коштуница этим шансом воспользуется, Лабус скорее всего – нет. Из Белграда сообщает наш корреспондент Айя Куге:

Айя Куге: Ни один из кандидатов не убедил избирателей, что именно он в состоянии выполнить свои предвыборные обещания. Это главная причина, почему не избран президент Сербии, считают белградские аналитики. Да, в воскресенье была плохая погода и многим людям не хотелось под дождем идти в избирательные участки. Однако уже в предвыборном периоде чувствовалось, что граждане Сербии не заинтересованы сделать свой выбор. Сербия два года фактически не имеет президента - на этом посту и после крушения режима Милошевича остался его соратник Милан Милутинович, но он публично почти не появляется и, как говорят, в свои государственные дела не вмешивается. Таким образом, президентский пост в глазах сербских избирателей потерял свою значимость.

Теперь со всех сторон звучат призывы политиков немедленно изменить закон о выборах, который избрание президента, даже во втором туре, обуславливает участием в голосовании более половины граждан республики. Такое условие отсутствует в избирательном законодательстве других европейских государств. Предполагается, что парламент в ближайшие дни согласится внести поправки в этот закон и новые президентские выборы будут организованы через полтора месяца. В противоположном случае выборы в президента Сербии могли бы длиться до бесконечности.

Воислав Коштуница, который во втором туре набрал два миллиона голосов, вдвое больше чем в первом туре, готов снова выставить свою кандидатуру. Его главному сопернику в борьбе за президентский пост Миролюбу Лабусу ближайшие сотрудники советуют больше не пытаться стать главой Сербии. Он, кажется, разочарован тем, что не победил Коштуницу, и недоволен слабой поддержкой, которую получил от влиятельного премьера Сербии Зорана Джинджича. Ведь многие избиратели были уверены, что Лабус является только теневой фигурой, а на самом деле беспощадная борьба ведется между Коштуницей и Джинджичем.

Существуют опасения, что из-за их постоянных конфликтов на новых президентских выборах шанс может получить ультранационалист Воислав Шешель. В первом туре Шешель набрал внушительное число голосов избирателей, а часть националистически ориентированных сербов откликнулись его призыву и во втором туре выборов не пошли голосовать. Однако специалисты уверенны, что за Воислава Коштуницу во воскресенье проголосовало значительное число сторонников Шешеля и Слободана Милошевича. Заметно на выборах было малое присутствие молодежи. Они разочарованны тем, что в течение двух лет правящий демократический блок не осуществил существенные перемены в стране и раскололся на две противоборствующие фракции - Коштуницы и Джинджича. Их взаимная борьба за власть порой имеет такую острую форму, что можно уже говорить о серьезном политическом кризисе в Сербии, который, вероятно, обострится с приближением новых выборов.

Андрей Шарый: Об итогах президентских выборов в Сербии я беседовал с югославской журналистской, московским корреспондентом белградского независимого информационного агентства "Бета" Зораной Боич.

Зорана Боич: Мне кажется, что просто народ не вышел на выборы, потому что очень недоволен постоянным противостоянием между Коштуницей и премьером Зораном Джинджичем, как известно, еще сразу после ухода Милошевича шла борьба, и постоянный "черный пиар", от которого еще во времена Милошевича народ очень устал. И вот этот "черный пиар", мне кажется, что эта постоянная борьба, как бумеранг, ударила по обоим кандидатам.

Андрей Шарый: Зорана, а как вы считаете, можно ли ставить вопрос в такой плоскости, что у Сербии сейчас нет такого типа политика, харизматической фигуры, которая могла бы объединить нацию во имя каких-то задач. Может, вопрос просто в личностях?

Зорана Боич: Хотя у Коштуницы популярность большая, но все-таки, видимо, недостаточная, чтобы он получил достаточное количество голосов. Как два кандидата выглядели, когда была между ними теледуэль в прямом эфире – казалось, что говорят два профессор, непонятных для большинства народа. Говорят о сотрудничестве с МВФ или выборах судей Конституционного суда, вместо того, чтобы постараться привлечь внимание избирателей, убедить в правильности реформ. Я, например, как журналист и как гражданин Сербии, не вижу кандидата, который имел бы именно такую харизму.

Андрей Шарый: Так или иначе, очевидно, что выборы раньше или позже в Сербии будут повторены, это уже не первый случай в новейшей истории Сербии. Зорана, как вы считаете, сейчас будут ли в блоке демократической оппозиции Сербии искать нового лидера? Вряд ли Миролюб Лабус согласится на то, чтобы второй раз участвовать в выборах. Вот кто из других продемократических лидеров, на ваш взгляд, мог бы выступить лучше, чем Лабус на этих выборах?

Зорана Боич: К сожалению, я не вижу такого кандидата. Мне тоже кажется, что между собой демократическая оппозиция Сербии должна разобраться, стоит ли опять Лабуса выдвигать в кандидаты, потому что в первом туре он получил чуть больше голосов, чем Шешель, и может получиться так, что Шешель выйдет во второй тур с Коштуницей, а Коштуница, как известно, сказал, что он будет бороться до конца. Но я не вижу такого кандидата.

Андрей Шарый: Можно ли назвать случившееся в Сербии поражением молодой демократии в этой стране?

Зорана Боич: Мне кажется, что да, но я не думаю что это конец демократии. Это хороший урок для всех демократов.

Андрей Шарый: И какие уроки из этого урока нужно извлекать? Какие выводы? Что можно сейчас сделать, на ваш взгляд?

Зорана Боич: Поскольку я думаю, что народ действительно устал от всего этого противостояния, что политики должны показать, что они хотят и способны сотрудничать между собой, именно как в 2000-м году, когда за них проголосовали. Если они и дальше будут так вести себя - не знаю, наверное, Шешель может пройти лучше.

Андрей Шарый: А сейчас на линии прямого эфира – обозреватель московской газеты "Коммерсантъ" Геннадий Сысоев, много лет проработавший в Белграде. Геннадий, какое влияние на ход политической жизни в Сербии окажет, по вашему мнению, эта выборная неудача?

Геннадий Сысоев: Все в комментариях говорят, что после этих выборов Сербии грозит политический кризис. Определенная политическая нестабильность, видимо, будет, но я думаю, до серьезного кризиса дело не дойдет. Я все-таки считаю, что состояние общества определяется продолжением каких-то конкретных реформ. А, как заверил сегодня господин Зоран Джинджич, премьер Сербии, реформы будут продолжены. Более того, для Сербии сейчас важнее быстрее договориться с Черногорией и принять новый конституционный акт союза Сербии и Черногории, поскольку все-таки уже ЕС заявил, что без этого акта новое образование не станет членом европейских организаций. Тем не менее, все-таки определенная политическая нестабильность в Сербии будет, потому что Воислав Коштуница уже заявил, что пойдет до конца и постарается все-таки стать президентом Сербии. Другая сторона, думаю, не настроена на такое спешное развитие ситуации и постарается, воспользовавшись своими какими-то возможностями, которые предоставлены сербскими законами, с тем, чтобы выборы прошли все-таки не в ближайшие месяц-два, а несколько позже, видимо, через полгода, или даже позже.

Андрей Шарый: Геннадий, вам кажется реальным приход к власти Сербии националистов, я имею в виду, Воислава Шешеля?

Геннадий Сысоев: Я думаю, что все-таки приход к власти Воислава Шешеля малореален. Хотя, все-таки состоявшиеся оба тура выборов показали, что сербское общественное мнение склонно к поддержке националистически настроенных кандидатов. В первом туре Воислава Коштуница был первым, а Шешель третьим. Первый сам себя называет умеренным националистом, а Шешеля все знают как ультранационалиста. Вместе они набрали много голосов. Более того, есть мнение, что значительная часть голосов, которые получил в первом туре Шешель, перешла во втором туре к Коштунице, хотя Шешель и призвал своих сторонников бойкотировать выборы. Тем не менее, в первом туре разница между Коштуницей и Лабусом была всего 100 тысяч голосов, а во втором - уже миллион. То есть за Лабуса голосовало примерно столько же, сколько в первом туре, а эти 900 тысяч, скорее всего, как считают многие в Белграде, и я склонен с этим согласиться, это все-таки значительная часть голосов, которые были отданы в первом туре за Шешеля, они перешли к Коштунице.

Андрей Шарый: Геннадий, по вашему мнению, хватит ли у демократических сил Сербии силы и переговорного потенциала, демократических сил разной направленности, я к ним отношу и Коштуницу, чтобы как-то договориться и попытаться выдвинуть единого кандидата на следующих выборах, или вы считаете невозможным такой демократический альянс в Сербии?

Геннадий Сысоев: Я думаю, что прямая договоренность между Коштуницей и Джинджичем, а если вещи называть своими именами - в последние год-полтора идет противоборство именно этих двух политиков, которые представляют собой два различных направления в стане сербских демократов, я думаю, вряд ли возможна договоренность, слишком много нелестных слов было сказано и из одного лагеря и из другого в адрес политических противников. Но я думаю, что со стороны, скажем так, сторонников Джинджича возможно выдвижение иного кандидата, что-то, как говорят сербы между Коштуницей и Лабусом, кандидата, который был бы достаточно демократически настроен, но имел бы определенный национальный призвук, который, как показали эти выборы в Сербии, нравится. Если сторонникам Джинджича удастся найти в своих рядах такого кандидата, я думаю, что он мог бы составить конкуренцию Коштунице. С учетом личных отношений между Коштуницей и Джинджичем, я не верю в возможность договоренности между ними, хотя, как говорят, политика - достаточно прагматичная, или даже циничная вещь.

XS
SM
MD
LG