Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В катастрофе вертолета МИ-8 погиб губернатор Сахалинской области


Андрей Шароградский: На Камчатке спасатели обнаружили обломки вертолета. Никому из пилотов и пассажиров МИ-8 выжить, по всей видимости, не удалось. Уже опознаны тела нескольких погибших, в том числе, губернатора Сахалинской области Игоря Фархутдинова.

Рассказывает Марина Лобода.

Марина Лобода: Вертолет обнаружили в 15 часов 15 минут по камчатскому времени. Обломки машины были замечены при облете одного из квадратов поиска в 45 минутах лета от Петропавловска-Камчатского в распадке горы Опала. Спасатели приземлились на месте катастрофы возле разбитой машины, ими были обнаружены тела трех пассажиров без видимых признаков жизни при визуальном осмотре следов взрыва или возгорания замечено не было. Из Петропавловска к месту катастрофы вылетела группа спасателей во главе с заместителем главы МЧС Геннадием Короткиным. Вторым бортом прибыла следственная группа транспортной прокуратуры и представители межгосударственного авиационного комитета. Место катастрофы было оцеплено, проведены необходимые следственные действия. Всего обнаружены тела 20 человек. Среди погибших опознаны тела губернатора Сахалинской области Игоря Фархутдинова, его помощника Юрия Шувалова, руководителя пресс-центра сахалинской администрации Дмитрия Донского. Многие тела сильно повреждены. На месте катастрофы обнаружен и "черный ящик". Специалисты рассчитывают, что расшифровка записей позволит прояснить картину происшедшей трагедии. Напомним: одна из версий причин катастрофы – нарушение правил безопасности полета, а именно - перегруз. Завтра из района поиска в Петропавловск-Камчатский будут эвакуированы тела погибших. В ближайшее время здесь ожидается и министр МЧС Сергей Шойгу. Решением президента он возглавил государственную комиссию по расследованиям причин катастрофы и оказания помощи семьям погибших.

Андрей Шароградский: О погибшем в катастрофе вертолета МИ-8 губернаторе Сахалинской области Игоре Фархутдинове вспоминает обозреватель Радио Свобода Владимир Бабурин.

Владимир Бабурин: Мы не были близко знакомы с сахалинским губернатором, и все наше общение ограничилось несколькими интервью, хотя и довольно большими. Руководитель его пресс-службы был моим однокурсником и поэтому, когда было срочно необходимо получить комментарии кого-нибудь из региональных лидеров на какое-либо событие, я довольно беззастенчиво пользовался возможностью проникнуть в кабинет Фархутдинова что называется через "черный вход" и без предварительной с ним договоренности. И, надо сказать, всегда успешно. Хотя особо покладистым его характер не был. Вот фрагмент программы "Лицом к лицу", самое начала, я заканчиваю знакомить слушателей с биографией гостя: "И наконец, я цитирую справочник "Региональная элита", по собственному признанию, вспыльчив и неуравновешен. "Игорь Павлович, я не ошибся?" "Да, наверное, бывает. Такая черта мне присуща". В старом Совет Федерации, состоящем из губернаторов и глав законодательных собраний, он выделялся. Вообще в отличии от шумной, иной раз даже непредсказуемой Думы в чинной и спокойной Верхней палате работать было в общем-то неинтересно, а ее обыватели в большинстве своем были похожи друг на друга, и все вместе на секретарей обкомов КПСС застойных времен, коими большинство из них, собственно говоря, в те времена и было. Фархутдинов тоже начал комсомольско-партийную карьеру в 24 года в середине 70-х, но на его внешности, как мне казалось, это не слишком отразилось. Многие мои коллеги ему симпатизировали. Уж очень открытым человеком он, конечно же, не был, но говорить с ним было интересно, потому что он не уходил от тем, на которые многие его коллеги говорить бы не стали. Не всегда, конечно, но все-таки. Весьма характерный диалог у нас получился вскоре после августовского дефолта пятилетней давности.Сейчас, после того, как разразилось 17-е августа, отношения между центром и регионами и до того непростые, еще более усложнились. Вы приехали в Москву, если честно, за деньгами?

Игорь Фархутдинов: Конечно, за деньгами. Мы же входим в число регионов, где жизнь наиболее трудна сегодня. Да, у нас есть какие-то показатели, допустим, объем инвестиций в области и так далее. Но у нас объективно цены на продукты питания, наверное, одни из самых высоких в России. Мы объективно один из самых дорогих регионов в России. И поэтому, конечно, я думаю, осложнились отношения, безусловно, потому что сегодня, я вижу, они заняты в основном проблемой федерального бюджета, то есть федеральных органов исполнительной власти. Наверное, тоже можно понять. Ну, а то, что с каждым годом объем трансфертов, средств, передаваемых в регионы, сокращается – это да, мы это видим, поэтому не обольщаемся. Поэтому говорю – деньги просить? Да, я каждый раз приезжаю, прошу деньги. Но я каждый раз делаю все для того, чтобы экономическая самостоятельность от Москвы у нас появлялась, чтобы мы наконец-то стали самодостаточным регионом. Таких регионов в России всего 14, которые сами свои потребности закрывают. Поэтому то, что мы сегодня делаем по развитию шельфа – это как раз самый серьезный шаг на пути самостоятельности региона. Не просить деньги здесь, в получить те законы, которые позволят рабочие места создать, привлечь инвестиции и создать ту экономику, которая сама сделает достойной жизнь сахалинцев и курильчан. Я думаю, что это вторая задача, которую я постоянно здесь решаю. Мы – российский регион, мы себя не мыслим вне России, хоть мы и на островах находимся в Тихом океане, но на попрошайные деньги счастлив никогда не будешь.

Владимир Бабурин: На своих первых больших выборах в Думу в декабре 93-го года Фархутдинов провалился, заняв в своем округе последнее шестое место. В губернаторское кресло попал в 95-м по указу Бориса Ельцина. Но когда пошел на второй срок, то не оставил своим соперникам на выборах ни единого шанса. Яркий был человек, их не так много сейчас в российской политике, а теперь еще меньше.

XS
SM
MD
LG