Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Централизация власти и механизмы ликвидации последствий катастроф в современной России


Программу ведет Дмитрий Волчек. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Кристина Горелик, Мумин Шакиров, Дмитрий Налитов, Олег Кусов, Любовь Чижова и Михаил Саленков, и обозреватель РС Михаил Соколов.

Дмитрий Волчек: В результате взрыва жилого дома в Москве на улице Королева во вторник вечером погибли восемь человек. О том, как проводились работы по разбору завалов, рассказывает наш корреспондент Кристина Горелик, побывавшая на месте трагедии:

Кристина Горелик: Взрыв в пятиэтажном жилом доме № 32 по улице академика Королева прогремел 20 августа в 23.10 по московскому времени. Весь подъезд в центральной части дома оказался полностью разрушен. В нем располагались 20 квартир по четыре на каждой лестничной площадке. Продюсер Радио Свобода Дмитрий Налитов живет в соседнем доме. Он в числе первых оказался на месте трагедии:

Дмитрий Налитов: Это было страшно, конечно, человек 50, кто-то вышел уже из дома из этого, кто-то подошел из соседних домов. Плакали многие. Я увидел зиящую пустоту между домов вот этот подъезд обрушенный, подошел ближе, как раз там люди вызывали по мобильным милицию, службу спасения. Мы там что-то успели с ребятами сделать, успели вытащить женщину одну, она была еще живая, она была в более-менее нормальном состоянии, мы еще успели вытащить, она была в царапинах, в крови, но таких тяжелых увечий у нее не было. Взрыв очень мощный, взрыв в соседнем доме, нас тряхнуло очень сильно, люди, которые были в других домах, говорили - прямо на кровати аж подбросило некоторых, которые уже легли спать.

Кристина Горелик: Рассказывают жильцы дома № 32 по улице академика Королева.

Мужчина: Очень громкий... "Время" посмотрел по телевизору, пошел спасть, потом такой, что даже и непонятно.

Олег Кусов: А люди верят, что взрыв произошел от газа?

Мужчина: Это от газа не может быть.

Олег Кусов: Почему вы так считаете?

Мужчина: Ну почему... пожар сразу от газа. А потом от газа не такая мощность получается.

Мужчина: Сначала был резкий хлопок сильный, подумали сначала, что это гром, пошла гарь по всей квартире, мы стали задыхаться, дверь была заблокирована. Мы не могли выйти, пришлось своими силами выламывать дверь, а так бы мы там задохнулись. Выбежали на улицу, посмотрели, все раскурочено, запах вообще едкий был, но это не газ это точно.

Женщина: Посмотрела "Времечко"... Дом как бы качнуло в сторону, потом такое ощущение, что он приподнялся как бы вверх и грохнулся, и прямо сел на землю, и так сильно.

Кристина Горелик: Всего на разборе завалов работали около 350 человек и 49 единиц различной техники. Спасатели пожарные милиция врачи появились на улице академика Королева практически сразу после взрыва. Однако наладить совместную работу удалось не сразу, а только после того, как на место трагедии приехал министр по чрезвычайным ситуациям России Сергей Шойгу. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров:

Мумин Шакиров: Полномасштабные спасательные работы начались спустя два часа после взрыва. Хотя, к этому времени на месте трагедии были все специальные службы, готовые по приказу приступить к разбору завалов. Конечно же, кого могли спасти в первые минуты после взрыва, таких пострадавших спасатели и посторонние люди, соседи, случайные прохожие, вывели из под рухнувших плит и панелей сразу. Кое-кто выбрался сам. Те, кто жили в этом доме и кого напрямую не коснулись разрушения, самостоятельно покинули свои квартиры. Но потом произошла заминка, так как не было единого руководство по разбору завалов. Об этом в интервью Радио Свобода заявил командир группы оперативного реагирования московской службы спасения Денис Таежный, прибывший на место взрыва одним из первых среди спасателей. По его мнению, сотрудники МЧС, главного управления по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям, и руководители местной управы и мэрии никак не могли принять решение, кто возглавит спасательные работы. На тот момент более или менее успешно действовала милиция, которая оттесняла журналистов и любопытствующих за пределы территории жилого дома по улице Королева 32. Я видел просто стоящего и наблюдающего за ситуацией руководителя ГУВД Владимира Пронина, который казалось сам ждал каких-то указаний сверху. Ждали министра по чрезвычайным ситуациям Сергея Шойгу, который прибыл на место трагедии спустя полтора-два часа после взрыва, и уже лично дал конкретные команды своим подчиненным, и они начали разгребать завалы.

Кристина Горелик: К утру следующего дня уже ничего не напоминало о вечерней несогласованности действий. Однако, работы по разборке завалов шли медленно, поскольку огромные бетонные глыбы потолочных перекрытий, нависшие над нижними этажами, угрожали в любой момент обрушиться и придавить может быть еще оставшихся в живых людей. Говорит сотрудник службы спасения Владимир Карамзин:

Владимир Карамзин: Тут получилось ... немножко осыпание пошло, первый этаж находится в подвале, и, соответственно, наслоение сверху идущих этажей... Немножко напоминает Гурьянова, но как бы и масштаба поменьше.

Кристина Горелик: Время от времени наступали так называемые минуты тишины, и спасатели пускали собак, чтобы отыскать оказавшихся под завалами людей. Число пострадавших в течение практически всей ночи оставалось неизменным - один погибший и трое раненых, доставленных в Институт Склифосовского. Новые данные о погибших появились уже утром, когда спасатели очистили верхние этажи и приступили к разбору завалов на первом и втором этажах. Снимая слой за слоем, через каждые 10-15 минут спасатели обнаруживали тела погибших. Всего 8 человек. Многие не выдерживали и обращались за помощью к врачам. Говорит главный врач центра Медицина и катастрофы Минздрава России Ирина Александрова:

Ирина Александрова: Поток не уменьшается, потому что родственники как-то пробиваются через эти кордоны, и, конечно, видите, какие есть состояния, невротические состояния, реактивные состояния, гипертонические кризы, и мы оказываем помощь. В данной ситуации выделяются три категории больных. Пострадавшие, которые непосредственно пострадали в завале, седукционные больные, это, например, родственники, соседи погибших, которые тяжело переживают, с ними могут быть гипертонические кризисы, инфаркты и все что угодно, и третья группа - участники аварийно-спасательных работ. Бывают и переломы бывают и вывихи, ссадины, посмотрите, ребята работают в пыли, бывают конъюнктивиты трахеиты, и, в общем-то, приходится тоже с ними заниматься.

Кристина Горелик: На завершающей стадии спасатели приступили к расчистке завалов вручную. Последняя, восьмая жертва трагедии была обнаружена примерно 14.30. Из под завалов первого этажа спасатели извлекли тело 19-летнего юноши по имени Владимир. Его опознала мама, которая, как оказалась, минут за 10 до взрыва вышла на прогулку. Около 15 часов спасатели сообщили об окончании работ. Было заметно, что участники ликвидации последствий взрыва старались в разговорах с журналистами уходить от темы возможного теракта. Эта тема рождала страшные ассоциации с прошлыми трагедиями на улице Гурьянова и Каширском шоссе.

Дмитрий Волчек: Основной версией взрыва жилого дома по улице Королева в Москве остается утечка бытового газа. Ее придерживаются представители московской прокуратуры и МЧС. Однако, сотрудники Мосгаза сообщают, что, по первым признакам, утечки газа на месте происшествия не было. Это же говорят жильцы пострадавшего дома. Они утверждают, что после взрыва на месте происшествия пахло не газом, а порохом, и считают, что случившееся могло быть организованным терактом. Подробности в материале Любови Чижовой:

Любовь Чижова: Версия о том, что подъезд дома № 32 по улице Королева в Москве взорвался из за утечки бытового газа, впервые прозвучала ночью. когда на место происшествия приехал глава МЧС Сергей Шойгу. Побывавшие на месте взрыва вице-мэр Москвы Валерий Шанцев и прокурор столицы Миахил Авдюков, как и глава МЧС, считают, что взрыв произошел из-за утечки газа. Однако, сотрудники Мосгаза заявляют, что прибыв к разрушенному подъезду, они не обнаружили там признаков, характерных для аварий такого рода. Говорит представитель Мосгаза Дмитрий Мелешин:

Дмитрий Мелешин: В доме № 32 произошел взрыв. Заявка поступила в 23.05. Бригада выехала в 23.10. Прибыла на место в 23.25. Причины взрыва, масштабы ущерба и количество жертв устанавливаются комиссией. Нами перекрыт кран... В 23.30. дом отключен от газоснабжения. В колодцах подвалов в радиусе 50 метров загазованности нет. Это навряд ли газ...

Любовь Чижова: По факту взрыва возбуждено уголовное дело по статье "уничтожение или повреждение имущества по неосторожности, повлекшее тяжкие последствия". Окончательного мнения, что послужило причиной взрыва, утечка газа или теракт, у московских правоохранительных органов пока нет. Говорит помощник прокурора Москвы Светлана Петренко:

Светлана Петренко: Особо никаких версий я вам сейчас рассказывать не могу. Короткую совершенно информацию: по факту произошедшего 20 августа поздно вечером взрыва в доме № 32 на улице академика Королева в Москве прокуратурой Северо-восточного административного округа возбуждено уголовное дело по части второй 168-й статьи Уголовного кодекса. Это - уничтожение или повреждение имущества. Имеются жертвы, создана оперативно следственная группа по расследованию этого преступления, или этого происшествия, скажем так. Естественно, рассматриваются и версии, как взрыв бытового газа, не исключаются иные версии, на все это будут, так сказать, даны ответы на вопросы о причинах произошедшего в ходе следствия. Я думаю, что следствие сейчас будет прикладывать все усилия, чтобы оперативно сработать, но будет назначена, наверное, масса экспертиз, они все достаточно сложные, поэтом, я не могу вам сказать, когда будут результаты.

Любовь Чижова: Некоторые жильцы пострадавшего дома уверены, что взрыв в подъезде - это террористический акт. Они предполагают, что в происшествии замешаны армяне, живущие в квартире, где произошел взрыв. Жильцы утверждают, что после взрыва в воздухе был запах пороха, а не газа. Однако по предварительным данным газохимической лаборатории МЧС следов взрывчатых веществ на месте разрушений не обнаружено. В разрушенных квартирах проживали 48 человек. Они размещены в ближайших гостиницах. Некоторые из них сейчас находятся в гостинице "Останкино". С ее главным администратором Еленой Демидовой побеседовал мой коллега Михаил Саленков:

Михаил Саленков: Сколько людей к вам прибыло уже?

Елена Демидова: Уже 28 человек.

Михаил Саленков: Они приехали сами, или их доставили к вам?

Елена Демидова: На "Скорой помощи" и на милицейских машинах.

Михаил Саленков: Можете сказать, в каком состоянии прибыли люди?

Елена Демидова: В шоковом, конечно.

Михаил Саленков: В каких условиях они размещены сейчас?

Елена Демидова: Они живут в номерах, которые предоставлялись им, эти номера оставлялись по брони на сегодняшний день, но все предоставили людям, которые как бы пострадали, и в полулюксах, и в одноместных номерах, и в двухместных изолированных.

Михаил Саленков: А сколько человек может еще принять гостиница?

Елена Демидова: Еще сколько может человек принять гостиница? 11.

Михаил Саленков: Какая работа ведется с этими людьми - вам известно?

Елена Демидова: У нас медицинские работники прямо в гостинице специально выделили комнату, и психологи, те, кому нужна помощь - предоставляются услуги медицинские.

Михаил Саленков: Как долго пострадавшие с улицы Королева пробудут в гостинице?

Елена Демидова: Сколько надо будет, столько и будут. Мы же не можем их выгнать, вы же понимаете...

Любовь Чижова: Решение о том, что будет дальше с домом № 32 по улице Королева, московские власти примут в начале следующей недели. По словам вице-мэра Москвы Валерия Шанцйева, здесь всего два варианта: либо дом будет восстановлен, либо его снесут, а жильцы получат новые квартиры. Последнее слово будет за жильцами.

Дмитрий Волчек: Проведенная Владимиром Путиным централизация власти привела к тому, что ликвидация последствий практически любого ЧП теперь требует привлечения ресурсов федерального центра, а это делает Кремль в глазах населения ответственным за неспособность местной власти быстро восстанавливать нормальную жизнь. Пороки этой системы анализирует Михаил Соколов:

Михаил Соколов: Сергей Шойгу - глава МЧС - который год снует по России. К этому давно привыкли, такая у него работа, от катастрофы к катастрофе. Но в 2002-м году в России появилась новая мода. Все начальники решили стать спасателями. Высшие руководители все чаще и чаще берут штурвал управления на себя. Вот и полпред в Южном федеральном округе Виктор Казанцев в бешенстве по матери склоняет беспомощного по части ликвидаций последствий потопа мэра Новороссийска, а вот генеральному прокурору России Владимиру Устинову пришлось самолично мчаться к месту катастрофы вертолета в Чечне. Полетел в Чечню и сам министр обороны Сергей Иванов. А в Ростове он лично проинспектировал, готовы ли госпитали к приему раненых, а власти - к встрече родственников жертв катастрофы. Что министр, в Ставропольском крае в зоне наводнения побывал самолично президент Владимир Путин, дал указания, как и что восстанавливать. Дело идет, правда, не шатко не валко. Пришлось туда ехать полпреду Казанцеву.

Система предупреждения чрезвычайных ситуаций с каждым годом совершенствуется, - утверждает премьер-министр Михаил Касьянов. В чем же состоит совершенствование? В том, что изо дня в день министры спешат на помощь? Прошло два года с тех пор, как у власти Владимир Путин. Проведена централизация руководства, появились полпреды президента, которые подмяли под себя главные дела регионов. Губернаторам и мэрам оставлено куда меньше прежнего реальных полномочий, а тем более - денег. Череда катастроф и летающие туда сюда прокуроры и министры показывают: путинская реформа состоялась, Россия окончательно перешла на ручное управление, автопилот не работает, в стране то потоп, то золотуха, а системы управления, в которой местные власти методично чинили бы плотины и проверяли бы опасные объекты - нет. В том числе и потому, что муниципалитетам, которые лучше видят местные дыры, денег для таких трат не выделяют. Механизмы низового самоуправления, которое только начало с перерывом почти в век возрождаться, теперь, не без убытков и человеческих жертв, разоряются птенцами питерского гнезда. В России методично создается государственная машина как механизм без обратной связи верхов с низами. Реакция на раздражители отсутствует. К примеру, жители Подмосковья сообщали о пожарах торфяников, когда очаги занимали десятки метров - никто ничего не тушил. Тревогу власти забили, собирая со всего Центрального округа пожарных и технику, только, когда счет пошел на гектары.

Внутри системы нет саморегулирования и координации, так, на сигналы синоптиков власти Кубани и Новороссийска могли спокойно не обращать внимания. Отсюда и многочисленные жертвы наводнений и смерчей. Даже в катастрофических случаях чиновные колесики и шестеренки, в жизни не способные работать без подмазки, начинают вяло крутиться только после того, как полпред или министр лично даст команду. Средний уровень не хочет брать на себя ответственность за принятие решений. Зачем рисковать? Точно не наградят, возможно, сделают виноватым, уж точно заставят прикрывать грехи начальства. В общем, каждая мало-мальски заметная чрезвычайная ситуация требует полпредских матюков, создания высочайшей комиссии, генеральского рывка, ну а лучше всего - по представлению наместника личного президентского вмешательства, да и это не гарантирует успех. При виде порхающих по России от пожара к потопу высочайших начальников все чаще вспоминается бессмертный механизм российского ускорения -петровская дубина, которой реформатор охаживал непослушных, бестолковых и вороватых.

Батогами Петр заставил разоренную и обессиленную Россию высунуть лицо в прорубленное им окно в Европу, оставив свою страну с поротой задницей и буквально без портков. Но в XXI веке бессистемное ручное управление оборачивается неизбежной и сиюминутной жизнью страны от одной катастрофы через преодоление ее последствий до следующей трагедии, что и переживает нынешняя Россия.

XS
SM
MD
LG