Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему загорелся московский Манеж и что именно в нем сгорело


Программу ведет Андрей Шарый. Над темой работали Марина Тимашева и Максим Ярошевский.

Андрей Шарый: Московские власти заявляют, что здание Манежа, сгоревшее в ночь с воскресенья на понедельник, будет восстановлено с исторической точностью. Причина пожара пока не установлена. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Максим Ярошевский:

Максим Ярошевский: Запах от пепелища чувствуется уже на выходе из метро "Охотный ряд". От самого здания, построенного в 1817-м году по проекту архитектора Августина Бетанкура, остался каркас из закопченных стен, внутри которого видны лишь искореженные металлические конструкции, арматура, тлеющие деревянные балки, куски штукатурки и битые оконные стекла. Одним из первых среди спасательных служб в воскресенье к месту катастрофы прибыл московский отряд диггеров. Рассказывает руководитель группы "Диггер-Спас" Вадим Михайлов:

Вадим Михайлов: "Диггер-Спас" прибыл через 10 минут после начала пожара. Пламя было 25-30 метров. За территорией Кремля было такое впечатление, что в Москву вошел Наполеон. Через 20 минут прямо у нас на глазах погибли двое пожарных, спасти их не успели, только сейчас нашли останки. Произошло обрушение кровли, когда группа газодымозащитников продвигалась на разведку внутрь помещения для закрепления на боевом участке.

Максим Ярошевский: К часу дня в трех местах на развалинах Манежа все еще тлели деревянные конструкции. Их тушением занимались несколько пожарных расчетов. Говорит оперативный дежурный по центральному округу Алексей Вовк:

Алексей Вовк: Сейчас никаких сложностей нет. Происходит ликвидация тления в завалах и разборка завалов. Работают службы города по расчистке завалов, спецтехника стоит, грузят, вывозят.

Максим Ярошевский: Для разбора завалов к манежу стянули крупную строительную технику - около 40 самосвалов. Непрерывно работали экскаваторы и краны. Здание закрыли строительными лесами и специальной сеткой. Часть Моховой улицы, по которой уже с утра восстановили движение транспорта, заняли аварийные машины Мосгортранса. К вечеру обещали полностью восстановить перебитые во время пожара троллейбусные линии. Пока точно не установлено, что стало причиной крупнейшего за последние годы пожара в Москве. Рассматриваются несколько версий: короткое замыкание электропроводки в одном из офисов, расположенных в здании, замыкание в системе вентиляции, сварочные работы, которые проводились в воскресенье. По последнему предположению, Манеж загорелся от попадания петарды в слуховое окно, которое располагалось на чердаке. Создана специальная следственная группа из представителей ФСБ, ГУВД и прокуратуры города. Свое мнение о причинах возгорания сложилось и у московских диггеров.

Вадим Михайлов: Сложно сказать, но очень похоже на поджог. Очень сомнительно, что по современным системам вентиляции огонь может распространиться с такой ураганной силой. На этом входе мы нашли 4 полупустые канистры с бензином. Странно - при эксплуатации Манежа держать там канистры. Более того, в Манеже не были учтены пути эвакуации. Если бы это случилось во время какой-то выставки, и здесь был бы народ, то был бы костер с людьми.

Максим Ярошевский: С самого утра на заборе факультета журналистики МГУ, расположенного прямо против Манежа, на листе бумаги в черной рамке неизвестные вывесили плакат с надписью: "Посмотрим, будут ли они восстанавливать Манеж, или построят торговый центр с казино и подъемной автостоянкой". Позже приклеили еще один плакат-предупреждение: "Манеж должен быть восстановлен заново. Если мы позволим занять эту землю чем-то другим, сгорит вся историческая Москва". Глядя на остатки выставочного зала, непрофессионалу представить себе его восстановленным сложно. Другого мнения придерживается руководитель группы "Диггер-Спас"

Вадим Михайлов:

Вадим Михайлов: Эти стены - наружные нормальные, внутренние - прокалились, сам кирпич укрепился. Теперь, если его раствором связующим обдать, хорошо верх срезать, который обвалился, и снова его восстановить, то восстановительных работ уже много не нужно делать. Рамы восстанавливаются снова. Подвальные части мы проверили – целые, фундаменты целые, то есть, конечно, он подлежит восстановлению, если, конечно, чья-нибудь политическая воля его не снесет.

Максим Ярошевский: Мэр Москвы Юрий Лужков также полон решимости восстановить Манеж. Уже рассматриваются два варианта. Первый - воспроизведение перекрытий и стропил из клееных деревянных конструкций, второй - использование металла. Если Манеж действительно возродят, он продолжит функционировать как выставочный зал.

Настоящего Манежа Москве и москвичам уже не увидеть - такого мнения придерживается корреспондент газеты "Коммерсантъ" Григорий Ревзин, который занимается в издании темами, связанными с московской недвижимостью.

Григорий Ревзин: Проекты реконструкции были 2 года назад. Относительно парковки - внизу два этажа, а также развлекательного центра под Манежем - заранее было готово. Там была проблема только в том, что делать с верхним зданием. Если начать реконструкцию - дорого это, если его не сносить. Он очень удачно сгорел. Это такая обычная у нас практика московской реставрации через кремацию.

Максим Ярошевский: Пока же у москвичей и гостей столицы есть возможность сделать пару фотографий на фоне еще не разобранной гостиницы "Москва" и уже сгоревшего выставочного зала "Манеж".

Андрей Шарый: В сгоревшем здании находились эскизы и макеты последних театральных работ крупных российских художников-сценографов. Здесь проходила традиционная 40-я выставка "Итоги сезона", которую должны были в воскресенье вечером демонтировать, а в понедельник увезти экспонаты. Рассказывает Марина Тимашева:

Марина Тимашева: Уникальная выставка "Итоги сезона" собрала более 200 произведений. Здесь были представлены работы всех московских сценографов, от седобородых академиков и членов корреспондентов Академии художеств до решительных авангардистов. Говорит куратор выставки и ее идеолог Анаит Оганесян:

Анаит Оганесян: Там были работы Юры Харика, там прекрасный был макет Олега Шейнциса, "Плач у палача", у Воровского это "Демон", с Додиным, у Мессерера это "Светлый ручей", то есть, это все премьерные спектакли прошлого сезона, поскольку выставка юбилейная, конечно, все художники постарались дать самое интересное.

Марина Тимашева: Заведующая кабинетом сценографии куратор выставки Инна Мирзоян была в Манеже воскресным вечером:

Инна Мирзоян: С шести мы начали снимать работы, потому что там должны были быть некие косметические ремонтные работы, должны были красить потолок "Бетанкура", где была наша выставка. Наш демонтаж довольно долго проходил, поскольку выяснилось, что красить должны были весь потолок, а не какой то один его фрагмент, таким образом мы смогли спустить макеты на второй этаж, а эскизы мы все складировали в одном месте и закрыли полиэтиленом. В итоге мы вышли из здания в 21:20. Как впоследствии выяснилось, именно это время фиксируется как начало пожара. Когда мы вышли, мы увидели над Манежем черный дым. Это было очень странно, потому что внутри Манежа был абсолютный покой, рабочая обстановка, маляры красили, расстилали ковролин, готовя зал к выставке Андриянко. Мы спустились в торговый центр "Охотный ряд", буквально на 20 минут, а когда мы из него вышли, то увидели, что Манеж уже полыхал. Тут начались бесчисленные мобильные звонки художников. Они знали, что должны на следующее утро прийти забирать свои работы. Некоторые даже шутили - "ничего не поменялось? мы завтра утром приходим, забираем". Очень обидно, и мне, как организатору, и нашей организации – "Союзу театральных деятелей" - что мы, давая информацию об этом, смотря на фоне баннера, где написано "Итоги сезона", сказали, что имущество никакое не пострадало, и, в общем, это очень обидно. Потому что на этом баннере стоят имена 92 художников.

Марина Тимашева: Инна, известна ли вам судьба экспонатов выставки?

Инна Мирзоян: Попытки созвониться с директором выставки ничем не закончились. Единственное, я дозвонилась до главного инженера, спросила, что с нашей экспозицией - он сказал - "считай, что ее нет". Естественно, я поинтересовалась первым делом, есть ли жертвы среди рабочих. Мне сказали, что нет, все в порядке.

Марина Тимашева: А было ли застраховано имущество?

Инна Мирзоян: Ну что со страховкой? Понимаете, это юбилейная выставка, сороковая. За все 40 лет никому не приходило в голову ее страховать. Считайте это моей нерадивостью, или чем хотите, таким стечением обстоятельств, никому не пришло в голову. И вообще, мне кажется, застрахована она или нет, надо озаботиться этим вопросом и какую-то компенсацию художникам предусмотреть, потому что они принесли самые дорогие экспонаты, которые у них были.

Марина Тимашева: Личным горем и для Инны Мирзоян и для Анаит Оганесян стала гибель Манежа.

Анаит Оганесян: Страдаю из-за того, что погиб Манеж, я понимаю, что художникам всем больно, но каждый из них потерял как бы свою работу, а мы вместе потеряли уникальный памятник, лицо Москвы. Вот то, что рядом, что сделано благодаря мэру Москвы и большим академикам - это мусор по сравнению с Бове и Бетанкуром.

Марина Тимашева: Известный театральный и кино-художник Юрий Хариков делится своими впечатлениями.

Юрий Хариков: Мне кажется, основное, что плохо - это такой огонь интересный, он не случаен. Явно. Потому что Манеж, как бельмо на глазу долгое время был. К нему уже не раз подступались с разных сторон. То, что на этом месте возродится Манеж в том виде и с той функцией, с которой он до сих пор существовал - чудес не будет. В этом государстве на сегодняшний день этого ждать не приходится.

XS
SM
MD
LG