Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Два теракта в Грозном, более двадцати погибших


Ведет программу Дмитрий Волчек. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Муса Хасанов, Амина Азимова, Андрей Бабицкий и Андрей Шарый беседует с генерал-полковником Эдуардом Воробьевым.

Дмитрий Волчек: В четверг вечером в Грозном взорвано здание РОВД Заводского района. В результате взрыва погибло более 20-ти человек, около 15-ти получили ранения. По одной из версий, теракт совершен сотрудниками республиканских органов внутренних дел. Рассказывают наши корреспонденты на Северном Кавказе Муса Хасанов и Амина Азимова.

Муса Хасанов: В Заводском районе чеченской столицы сотрудниками МЧС республики завершены работы по разборке завалов здания районного отдела внутренних дел, разрушенного вследствие диверсионного подрыва в минувший четверг. По версии секретаря Совета национальной безопасности Чечни Рудника Дудаева, на втором этаже отдела над кабинетом начальника милиции полковника Магомеда Сибаева сработало взрывное устройство направленного действия, которое в РОВД могли пронести только сотрудники данного отдела внутренних дел. По последним данным, поступившим из официальных источников, в результате взрыва погибли 22 чеченских милиционера и 16 получили ранение. Состояние четырех сотрудников Заводского РОВД, по оценке врачей 9-й грозненской больницы, крайне тяжелое. Рудник Дудаев также заявил, что диверсия, в результате которой погиб почти весь офицерский состав милиции Заводского отдела внутренних дел, произошел по вине руководства районной милиции. "Начальник Заводского РОВД Магомед Сибаев и его заместители потеряли бдительность, в результате в ряды милиционеров проникли пособники вооруженных формирований Аслана Масхадова", - сказал секретарь Совета безопасности Чечни Рудник Дудаев. Глава временной администрации Чеченской республики Ахмад Кадыров принес свои соболезнования родственникам и членам семей погибших сотрудников правоохранительных органов, подчеркнув при этом, что в блажащие дни сотрудники собственной безопасности УВД Чечни под руководством полковника Саида Пешкоева проведут тщательную аттестационную комиссию в рядах правоохранительных органов республики с целью выявить причастных к вооруженным формированиям Алана Масхадова чеченских милиционеров. На всей территории Чечни в связи с диверсией в Заводском РОВД армейские подразделения Объединенной группировки войск и сотрудники республиканского управления внутренних дел переведены на усиленный режим несения службы и задействованы в спецоперации "Стоп колеса". Однако диверсанты чеченских вооруженных формирований продолжают минную войну в столице республики. Во второй половине дня 11-го октября в Ленинском районе Грозного на радиоуправляемом фугасе подорван армейский грузовик, в результате, по официальным источникам, погиб водитель машины и ранен военнослужащий контрактной службы. Однако сотрудники Ленинского РОВД, побывавшие на месте инцидента, утверждают, что от взрыва погибли трое и ранены двое российских военнослужащих, которые доставлены в госпиталь МВД, расположенный на территории аэропорта Чеченской республики.

Амина Азимова: Среди погибших начальник Заводского РОВД подполковник Магомед Сибаев. В феврале 2000-го года Сибаев был одним из первы чеченских милиционеров, начавшем работать в опустошенном после зимних боев Грозном. Он же первым рассказал о том, что в нашумевшем бою под местечком Собачевка, в котором погибли бойцы Сергиево-Посадского ОМОНа, колонны российских войск обстреляли именно с российского блокпоста. В то время Магомед Сибаев руководил Старопромысловским РОВД. 3-го марта 2000-го года, на второй день после того боя Сибаев рассказал мне, что его сотрудники случайно отказались недалеко от места боевого столкновения и стали свидетелями того, как военнослужащие с блокпоста в течение нескольких часов расстреливали своих же. Коллеги погибшего из управления внутренних дел по Чечне предполагают, что мотивом для убийства руководства Заводского РОВД могло послужить то, что в республике было немало сил, которых не устраивала проводимая Сибаевым жесткая и принципиальная борьба с преступниками, независимо от того, какую форму одежды, гражданскую или военную, они носили.

Дмитрий Волчек: Со мной в студии мой коллега Андрей Бабицкий, который только что вернулся из Грозного. Здравствуйте, Андрей. Вы работали в Грозном и во время первой чеченской войны, и в начале второй. Как выглядит город сегодня?

Андрей Бабицкий: Много лет назад чеченские старики, обладавшие пророческим даром, предсказали, что Грозный будет стерт с лица земли, а место, на котором он стоял, зарастет бурьяном. Пока это пророчество все же не сбылось или, по крайней мере, сбылось не в полной мере. Однако все то время, пока я находился в городе, меня не покидало ощущение, что рано или поздно предсказанию суждено исполниться. Дело даже не в масштабах разрушений, хотя многие специалисты считают, что они фатальны. Мне говорили, что проложить заново все городские коммуникации, наладить водо- и газоснабжение, восстановить канализацию гораздо сложнее и дороже, нежели возвести все заново на новом месте. Кстати, то же пророчество о гибели Грозного гласит, что новая чеченская столица будет выстроена где-то неподалеку от Гудермеса. Тем не менее, на первый взгляд, город живет почти обычной и такой же как и сотни других городов жизнью. Почти повсеместно есть газ, который жители к своим микрорайонам и домам проводили собственными силами на собственные деньги. Латали изуродованные трубы, лепили заглушки там, где подлатать уже было невозможно, накидывали времянки в том случае, если система была разрушена полностью. В некоторых районах города уже постоянно подключена электроэнергия, а тянут ее во все, например, на окраину города в микрорайон обещают подать электричество к конце года. За два года из чеченской столицы вывезен десятки, сотни тысяч тонн строительного мусора, разобраны и также убраны многие строения, не подлежавшие восстановлению. Поэтому разрушения не так бросаются в глаза, как даже в 95-96-м годах во время первой войны, когда фактически никто не заботился о внешнем облике города. Тот процесс, который местные власти именуют восстановлением, действительно заметен, хотя иногда кажется, что восстанавливают что-то не то и не там. Так в конце Старопромысловского шоссе у въезда в центр на фоне общего разрушения дико выглядит исполненное в современном европейском стиле с огромным электронным табло на фасаде здание "Нурэнерго", местный филиал РАО ЕЭС. Напротив правительственный комплекс, те же легкомысленные формы, которые всем своим видом, кажется, отрицают реальность происходящего, войну, нищету, тихий ужас ежедневного существования. Как-то налаживающаяся жизнь, однако, скорее подчеркивает ощущение обреченности. Оказывается, газ, свет и прочее далеко не самое главное. Прежде всего людям необходимо ощущение перспективы, надежда на будущее, в котором что-то начнется меняться к лучшему. Но именно этой надежды в городе нет. Понятно, что грозненцы не любят и не могут любить военных, хотя в очень многих ситуациях между горожанами и федералами складываются почти нормальные отношения. Удивительно то, и это, пожалуй, новое, этого раньше не было, что очень многие жители города больше доверяют своим воюющим соотечественникам, считая, что их путь тоже тупик, но на дороге в противоположном направлении. Во дворе одного из домов стоит столик, на котором мужики вечерами играют в домино. На нем вырезана надпись по-русски: "Наш закон – шариат, наша конституция – Коран, наш дом – рай, и мы хотим домой". Заметив, что я пытаюсь никнуть в написанное, один из местных дает комментарий: домой им следовало бы отправиться гораздо раньше, всем было б легче. Впрочем, эта картина, я имею в виду отношения внутри чеченского общества, конечно, гораздо сложнее, об этом я расскажу в следующий раз.

Дмитрий Волчек: Прокомментировать ситуацию в Чечне мой коллега Андрей Шарый попросил генерал-полковника Эдуарда Воробьева, в прошлом первого заместителя командующего сухопутными войсками, ушедшего в отставку в знак несогласия с методами ведения боевых действий в Чечне. Сейчас генерал Воробьев заместитель председателя Комитета по обороне Государственной Думы, один из авторов проекта военной реформы, разработанной фракцией "СПС".

Андрей Шарый: Перспективы окончания операции, как вы считаете, изменилось ли что-то по сравнению с тем временем, когда вы подавали в отставку в связи с тем, что были не согласны с тем, как планируется война?

Эдуард Воробьев: Конечно, изменилась. Изменилось прежде всего, что сегодня активность так называемых боевых действий зависит не от желания или воли федеральных сил, федеральных войск, а зависит от активности так называемых боевик. Нет видимого противника, его надо искать. Этот противник, эти боевики, эти так называемые люди они находятся в массе населения. Они выискивают удобное время, удобное место для того, чтобы поставить фугас. Они наблюдают за теми людьми, кто сотрудничает с федеральной властью, и находят самое удобное для них время для того, чтобы этого человека где-то выследить, потом убить. Вот в чем все дело. И в связи с тем, что не удалось, по моему мнению, завершить эти действия уничтожением в предыдущие годы, они перешли в вялотекущую стадию так называемой партизанской войны, я хочу партизаном обидеть и называю их диверсионно-подрывными действиями, конечно, это не на один год. Наш опыт и в Средней Азии и в Западной Украине говорит о том, что это годы, это десяток лет, это два десятка.

Андрей Шарый: Все это время в Чечне будет оставаться армия и заниматься наведением конституционного порядка, выполнением свойственной ей по Конституции функции?

Эдуард Воробьев: Я считаю, вооруженные силы оттуда должны уходить. И после того, как 42-я дивизия будет обустроена на постоянной основе, бригада внутренних войск и пограничные войска, остальные должны уйти. Потому что нет там условий для боевой подготовки. Когда войска не занимаются делом, не занимаются боевой подготовкой, автоматически снижается дисциплина. Это не я придумал, это жизненный опыт, вы это понимаете. Поэтому войска должны оттуда уходить. И вот федеральная власть и стремится создать систему правоохранительных органов для того, чтобы сами чеченцы и те люди, кто в Чечне проживает, именно люди мирного, я бы так сказал, направления, чтобы они сами осуществляли контроль за правоохранительной деятельностью и так далее. Если мы с самого начала предполагали, по крайней мере, я так высказывался, после завершения фазы активных боевых действий нужно прилагать все усилия для того, чтобы привлекать мирное население для сотрудничества с федеральными властями, социально экономическими рычагами. Рабочие места, выплата пенсий, здравоохранение и так далее, эта задача остается, но, на мой взгляд, она не первостепенна. А первостепенной задачей стало сейчас обеспечение безопасности мирного населения. К сожалению, эту задачу не удается выполнить. Мы каждый день слышим по радио о том, что взорвали, подорвали, погиб один, погибло десять и так далее. И то мирное население, которое должно идти на открытое сотрудничество с федеральной властью, оно боится, занимает или нейтралитет, или каким-то образом из-за боязни закрывает глаза на действия боевиков. Вот это является питательной базой этих боевиков, и здесь существуют проблемы.

XS
SM
MD
LG