Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Версии катастрофы "МИ-26"


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Муса Хасанов и ведущий программы РС "Кавказские хроники" Олег Кусов - он беседовал с журналисткой газеты "Коммерсантъ" Ольгой Аленовой.

Андрей Шарый: В течение всего дня во вторник поступали противоречивые сообщения о катастрофе вертолета "МИ-26" близ российской военной базы в Ханкале под Грозным. Уточнялось число погибших, число пассажиров и причины несчастья. Вечером министр обороны России Сергей Иванов сообщил такие данные: на борту вертолета находились 147 человек, 33 остались живы. Версий гибели "МИ-26" - две: террористический акт и техническая неисправность машины. Судя по тому, что отстранен от выполнения своих обязанностей командующий авиацией вооруженных сил генерал-полковник Виталий Павлов, в любом случае в организации воздушного движения в Чечне нашли нарушения служебных инструкций и приказов. Катастрофа "МИ-26" - крупнейшая в истории российской военной авиации, эти потери - самые крупные со времен окончания широкомасштабных боевых действий в Чечне. Поэтому 22 августа объявлено в России днем государственного траура. Подробности - в репортаже корреспондента Радио Свобода на Северном Кавказе Мусы Хасанова:

Муса Хасанов: Российская правительственная комиссия по расследованию причин катастрофы военного вертолета "МИ-26", разбившегося в минувший понедельник в зоне военного городка в поселке Ханкала, расположенного на восточной окраине чеченской столицы, все светлое время суток работала на месте аварии. Представитель штаба Объединенной группировки российских войск в Чечне полковник Подопригора, отвечающий за связь с общественностью, огласил некоторые результаты заключения экспертов госкомиссии. По его словам, всего на борту "МИ-26" находились 147 человек, из которых 114 погибли и 26 получили ранения. В числе погибших 71 военнослужащий гвардейской мотострелковой дивизии, расквартированной в Волгограде, 21 офицер, три женщины, грудной ребенок. По данным экспертов, рассматриваются все версии случившегося - техническая неисправность машины и обстрел правого двигателя вертолета с земли. В силу последней говорит информация военных о якобы обнаруженной во второй половине дня в шестом микрорайоне Грозного переносной зенитной установки типа "Стрела".

Андрей Шарый: Подробнее о версиях катастрофы "МИ-26" - обозреватель Радио Свобода Олег Кусов:

Олег Кусов: Следствие рассматривает две основные версии трагедии. В первую очередь официальные лица называют, как правило, возможный обстрел вертолета с земли точнее из разрушенного пятиэтажного здания. Военные говорят об обнаруженном ПЗРК "Стрела". Очевидцы сообщили, что видели шлейф дыма, характерный для выстрела из комплекса "Стрела". Но не исключена и версия технической неисправности вертолета "МИ-26". Министр обороны России Сергей Иванов по прилету в Ханкалу отверг версию катастрофы вертолета в результате перегрузки, назвав ее абсурдной и несостоятельной. "МИ-26", согласно тактико-техническим данным, довольно сильная машина и способен взять на свой борт и 200 человек. Об этом говорят специалисты. Следствие продолжается, но, по всей видимости, других версий в процессе работы комиссии не появится. Эксперты пока не могут расшифровать так называемые "черные ящики". Ответов на многие вопросы пока нет. Насколько сегодня дисциплинирована и подготовлена воинская группировка на Кавказе? Я попросил ответить на этот вопрос коллегу из газеты "Коммерсантъ" Ольгу Аленову, которая только неделю назад вернулась из своей очередной командировки на Северный Кавказ.

Оля, скажите, такое часто бывает, что военные вертолеты в Чечне сильно перегружены личным составом или какими-то вещами?

Ольга Аленова: На самом деле, перегружены бывают очень редко. Насколько я знаю, командиры экипажа всегда следят за количеством людей, которые помещаются в вертолет. Вот этот вот "МИ-26", "корова", так называемая он, в принципе, вмещает до 100 человек. Насколько я знаю, там иногда летало и 120, потому что большая очень проблема с вылетом из Моздока или из Ханкалы, особенно из Моздока в Чечню, люди ждут сутками, по двое-трое суток, прямо на поле сидят и ждут. И я думаю, что тут, видимо, была какая-то такая ситуация, что несколько суток не было никакого транспорта воздушного, и уговорили, наверное, просто командира корабля. Я думаю, что это ошибка только командира в этом, что он взял такое количество людей.

Олег Кусов: А вы сами летали по маршруту Моздок-Ханкала?

Ольга Аленова: С журналистами мы летали, и сама летала. Но мне эта ситуация знакома, то, что там произошло.

Олег Кусов: А как в Моздоке организована посадка в вертолет? Так ли там, на самом деле, строго?

Ольга Аленова: Все, на самом деле, очень строго. То есть, вот случайный человек на борт просто не попадет. Необходимо всегда иметь при себе полетный лист. У меня всегда был полетный лист, я брала его в комендатуре, просто как бы через знакомых каких-то, мне его еще заверял начальник штаба Моздокской комендатуры, чтобы мы могли улететь. Военным немножко попроще, просто дает полетный лист начальник штаба части, где он служит, соответственно, печать там, все, и в этом полетном листе все описывается, сколько человек летит, какой у них груз. Насчет груза, конечно, многие ленятся и зачастую не ставят количество вещей, которые везут, и так далее... С этим очень строго. Без полетного листа просто невозможно улететь.

Олег Кусов: А бывает, что журналисты просятся на вертолет "зайцами"?

Ольга Аленова: В моей практике такого не было ни разу. Я сама много раз просила командира, чтобы взяли нас, потому что мы тоже по трое суток в самый разгар боевых действий, когда таксистам не очень доверяли, сидели в Моздоке на летном поле, чтобы улететь. Летают-то в основном "МИ-8", малогабаритные вертолеты, в которые может поместиться человек 10-15, а если еще везут они что-то, то еще меньше. Поэтому подходили, просили и знали, что перегрузка будет. А что делать, если ты сидишь трое суток и не знаешь, когда вообще отсюда выберешься. Все понимают, что опасно, все равно подходишь к командиру, и говоришь: "Возьмите, необходимо, надо лететь". Но, насколько я помню, без полетного листа ни разу н кого не брали, все равно приходилось его искать, находить как-то, заверять.

Олег Кусов: Как вы считаете, версия о перегрузке вертолета имеет под собой основания?

Ольга Аленова: Я думаю, что только эта версия и имеет основания. Говорить о том, что вертолет сбили боевики на этом участке Чечни - не знаю, мне кажется это просто бредом каким-то. Это равнинная территория, там живут абсолютно лояльные люди к России, она давно была освобождена. Единственное там - Терский хребет перелетают, какие-то там горы небольшие. Летчик, когда летит, он же все равно просматривают всю равнину, очень хорошо видно сверху. Это такой налетанный путь, где из Моздока в Ханкалу летают по этому отрезку пути.

Олег Кусов: Как организована охрана военной базы Ханкала?

Ольга Аленова: Охрана организована очень хорошо. Я даже не представляю, чтобы туда кто-то мог проникнуть, особенно на взлетную площадку. Взлетная площадка в самом центре Ханкалы, и она еще дополнительно охраняется, помимо того, что лагерь весь охраняется. Колючей проволоки никакой нет, я знаю. Минные поля - слышала, что есть...

Олег Кусов: Не исключено, что следствие, публикуя результаты, будет исходить, как это уже было при расследовании катастрофы с лодкой "Курск", больше из политических соображений. Как ни странно, версия о теракте устраивает сегодня как военных, так и вооруженных сторонников Аслана Масхадова. Военным не впервой списывать свои просчеты на противника. Вооруженные чеченцы говорят, что еще раз продемонстрировали бесполезность борьбы с ними на территории республики. В проигрыше в этом случае остается руководство страны. Война слишком отчетливо и трагично стала иллюстрировать его ошибочную политику на Северном Кавказе. В конце концов, как мне кажется неважно, из-за чего упал вертолет в районе Ханкалы. Гораздо трагичнее то, что в вертолете были молодые военнослужащие, которых в этот рейс собрала военная необходимость.

XS
SM
MD
LG