Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Лики любви нашего времени


Программу ведет Петр Вайль. С киноведами Сергеем Лаврентьевым, Виктором Матизеном и Витой Рамм беседовала Марина Тимашева.

Петр Вайль: С 13 по 23 января в московских кинотеатрах "Ролан", "Мир Кинотавра" и в Доме кино пройдет 8-й Международный фестиваль "Лики любви". Он откроется картиной Даниэля Томпсона "Разница во времени" с Жюльет Бинош в главной роли, а закроется лентой Томаса Винтерберга "Все о любви". Рассказывает Марина Тимашева:

Марина Тимашева: Принцип отбора в конкурсную программу - первый публичный показ фильма на территории России. Это означает, что могут быть представлены лауреаты и номинанты крупнейших международных фестивалей. А посему зрители увидят самые нашумевшие картины, сенсации фестивалей Венеции и Торонто. Всего в конкурсе 19 фильмов, среди них - американский " Вдали от рая" и южнокорейский "Оазис". Жюри фестиваля возглавит знаменитый польский режиссер, автор фильмов "Ночи и дни" и "Графиня Коссель"Ежи Антчак.

Вне конкурса, в ранге специального события - фильм "Куклы" Такеши Китано и "Паук" Дэвида Кроненберга. А также программа немецких "Эротических историй" и две ретроспективы. Грета Гарбо, Марлен Дитрих, Бриджит Бардо, Софи Лорен, Роми Шнайдер в программе " Ах, какая женщина", Хэмфри Богарт, Олег Стриженов, Жерар Филипп, Ален Делон, Марлон Брандо и Роберт Редфорд - в программе " Ах, какой был мужчина". Это для тех людей, которые хотят вспомнить, как прежде выглядели идеальные мужчины и женщины на экране.

Я попросила киноведов поделиться самыми сильными впечатлениями от "кинолюбви". В основном, они остались в прошлом. Говорит обозреватель газеты "Новые Известия" Виктор Матизен:

Виктор Матизен: Много банальностей типа - "Мужчина и женщина"... Вспоминается фильм "Короткие встречи", только не Киры Муратовой а Дэвида Линна, вспоминается, конечно же, "Унесенные ветром", где, по-моему, роман в любовно-литературном смысле показан совершенно замечательно, это в 1936-м году, когда у нас умели снимать только идеологические фильмы. Вспоминается, разумеется. Чаплин с его "Цветами, преподнесенными слепой девушке".

Марина Тимашева: Слово - Сергею Лаврентьеву:

Сергей Лаврентьев: Был 1967-й год, я смотрел "Брак по-итальянски" и там есть эпизод, когда Софи Лорен просто идет по улице. Но это было что-то совершенно фантастическое. Никакие эротические эпизоды, которые я потом смотрел, я их видел миллионы, ничто меня так не взволновало, как это. Что касается такой любви большой, может быть, в "Балладе о солдате" этот эпизод с инвалидом Урбанским и с его женой, такое трепетное чувство какое-то есть.

Марина Тимашева: Мнение обозревателя "Эха Москвы" Виты Рамм:

Вита Рамм: "Королева Кристина", прежде всего, "Анатомия любви" тоже, "Мужчина и женщина"... Клод Лелюш оставил всему миру очень простую и яркую формулу женского счастья: если мужчина по-настоящему любит и хочется добиться этой женщины, он всегда ее догонит. Но самый любимый фильм – "Мосты округа Мэдисон", очень легко показывает, как любят молодые люди, все, как из глянцевого журнала. А когда взрослые люди любят, они понимают, что необязательно каждый день телесно прикасаться. Любовь - не только то, что для постели.

Марина Тимашева: Об относительно новых фильмах, посвященных любви, говорил только Виктор Матизен, и первое его впечатление - это "Любовное настроение" Вонга Карвая:

Виктор Матизен: Как бы самым трудным является - изобразить любовь, не изображая любви в ее, так сказать, непосредственно плоском и физическом виде, показать ее на расстоянии. Впервые это было сделано в фильме Жана Виго "Аталанта", а во второй раз это было сделано фильмом Карвая "Любовное настроение". Если уж говорить о телесных контактах, то в фильме "Интим" Патриса Шеро телесный контакт показан в таких ракурсах и таких виртуальных измерениях, каких тоже до сих пор в кинематографе не было.

Марина Тимашева: Изменилось ли, с точки зрения профессионалов, за последнее время амплуа героя-любовника и любовницы?

Вита Рамм: В мир совершенно беспардонно входят гламурные все журналы, которые не только о моде говорят, но и вообще пытаются формировать весь облик жизни, и человек, который не вписывается в этот журнал – стандартов - ему вроде уже и нечего делать в жизни. И поэтому фильмы, которые уже показывают нестандартных людей, их уже труднее продавать. Но дело в том, что этот стандарт вынимает такую очень важную часть мира, как собственная мысль. Те герои - они уже тоже мыслят стандартно, шаблонно, как это нужно для продавцов товаров.

Марина Тимашева: Сергей Лаврентьев тоже считает, что изменения произошли, но ровно в противоположную сторону:

Сергей Лаврентьев: Чисто внешне это часто бывает. Причем видно, что это делается специально, что какой-то абсолютный такой какой-нибудь, шипздик такой маленький, некрасивенький - вот он оказывается героем-любовником, а какой-то статный красавец оказывается негодяем, которого, значит, посрамляют, и девушка отдает свое сердце шипздику, но сама - при том тоже странный тип появился, как бы проститутка, как бы, либо абсолютная дурнушка. Раньше тоже было, что и дурнушки ничего, а тут как бы дурнушки даже и лучше. Вот, будем снимать фильм про урода и уродину, а эти красавцы нам уже не нужны. Это вот то, до чего дошла политкорректность, которая убивает героев и героев-любовников. Под этим под всем очень такая, демократическая в своей основе, подоплека - что все люди разные, каждый достойный. Но кино – там, если люди приходят в кино, они должны видеть Мужчину, с большой буквы, и Женщину, с большой буквы, не надо им тех, которых они видят в метро и троллейбусе каждый день.

Марина Тимашева: В разных фильмах конкурсной программы совпадает сюжет: датчанка любит турка, тайская девушка - бирманского юношу, женщина из Австрии уезжает с возлюбленным в Китай, а арабка влюбляется в еврея. Связывает ли такое сходство сюжетов Сергей Лаврентьев с очередной попыткой кино изменить мир к лучшему?

Сергей Лаврентьев: Именно это и это как бы попытка через это найти новые грани любви, потому что все-таки, когда встречаются люди, либо разных культур, очень отдаленных друг от друга, либо близких, но конфликтующих друг с другом, чего не было раньше, и в этом все-таки есть какой-то нерв, какой-то драматизм.

XS
SM
MD
LG