Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кому принадлежит Фонд свободного русского современного искусства в Санкт-Петербурге?


Программу ведет Арслан Саидов. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Дмитрий Казнин и Ольга Писпанен, которая беседует с распорядителем Фонда современного русского искусства Георгием Михайловым и адвокатом Евгением Малыгиным.

Арслан Саидов: В Санкт-Петербурге не прекращаются споры вокруг галереи Фонда свободного русского современного искусства, расположенной в центре города на Литейном проспекте. Насколько непростым было его создание, настолько запутано его существование. Распорядитель фонда Георгий Михайлов уже в течение нескольких лет пытается добиться возмещения ущерба в 35 тысяч долларов и возвращения вывезенных из галереи картин при, как он утверждает, вооруженном захвате галереи в 99-м году. Адвокат бывшего бухгалтера фонда Татьяны Лукиной и ее мужа Нукзара Бурчаладзе, обвиняемых Михайловым в захвате Фонда, утверждает, что все обвинения, выдвинутые против его подзащитных, - это клевета. В петербуржской студии Радио Свобода Ольга Писпанен беседует с распорядителем Фонда современного русского искусства Георгием Михайловым и адвокатом Евгением Малыгиным.

Ольга Писпанен: Сегодня мы возвращаемся к теме, которая ране уже прозвучала на волнах Радио свобода. Наш корреспондент Дмитрий Казнин расскажет о главных действующих лицах этой истории.

Дмитрий Казнин: Фонд свободного русского современного искусства был зарегистрирован в Мюнхене диссидентом и коллекционером, спасшем от уничтожения в 70-80-е годы множество картин российских художников Георгием Михайловым. Затем Анатолий Собчак дал фонду помещение в Петербурге на Литейном 53. В 1998-м году в фонде появилась новый бухгалтер Татьяна Лукина, которую Михайлову порекомендовал его знакомый - муж Лукиной Нукзар Бурчаладзе. Далее, по словам Георгия Михайлова, во время перерегистрации фонда Татьяна Лукина переоформила документы на себя и мужа, а несколько позже распорядителем фонда они же сами избрали Нукзара Бурчаладзе. После этого, как утверждает Георгий Михайлов, они вместе с сотрудниками охранного предприятия, во главе которого стоял бывший офицер КГБ, захватили галерею, выгнали охрану и стали вывозить картины. По мнению Георгия Михайлова, пропало около трех тысяч картин. По словам адвоката Татьяны Лукиной Евгения Малыгина, ничего из галереи вывезено не было. Срочно вернувшийся из-за границы Георгий Михайлов прибыл в фонд с сотрудниками милицейского главка. Однако милиционеры из Центрального РУВД и 5 отдела милиции Петербурга отказались пускать их внутрь. Через три месяца действия этих людей были признаны захватом, а Татьяна Лукина с мужем после нескольких лет судебных заседаний признаны виновными в превышении должностных полномочий и амнистированы. На этом история не закончилась. Георгий Михайлов пытается получить компенсацию в размере почти 8 миллионов рублей и вернуть исчезнувшие картины. Адвокат Татьяны Лукиной и Нукзара Бурчаладзе Евгений Малыгин обвиняет Георгия Михайлова в клевете, заявляя о бездоказательности обвинения в адрес своих клиентов.

Ольга Писпанен: Евгений Николаевич, в чем же заключаются клеветнические измышления?

Евгений Малыгин: Наиболее существенное подчеркнуто в предъявленном мной тексте. Это касается обвинения Лукиной в том, что она является сотрудником КГБ и внедрена в организацию или фонд Михайлова. Это касается конкретно выражений "в фонд вломилась вооруженная банда, возглавляемая Бурчаладзе", "захвачен наш фонд вооруженной группой Бурчаладзе и Лукиной". И в отношении количества украденных картин, то есть конкретно говорится, что больше трех тысяч картин мы потеряли в общей сложности. Дело в том, что все эти вопросы рассматривались досконально в процессе по крайней мере четырех судебных дел. Поэтому я утверждаю, что все эти вопросы носят клеветнический характер. Насчет 15 миллионов нанесенного ущерба, насчет трех тысяч картин, украденных у него, насчет того, что Лукина была агентом КГБ и она внедрена была и насчет того, что фонд захватывался вооруженной бандой.

Георгий Михайлов: Все, что сейчас утверждает господин Малыгин - просто клевета. Во-первых, нигде не писал, что Лукина агент КГБ, а том, что организовано дело спецслужбами, я могу доказать. Это доказано всеми свидетелями, которые выступали как на следствии, так и в суде. Так, например, когда мы обращались о том, что наши документы подделаны, а господин Малыгин не может не знать, что Бурчаладзе и Лукина признаны все равно виновными, но амнистированы, они просили об амнистии, признавая себя виновными - это важнейший факт, они признали себя виновными. Более того, там написано: с точки зрения следствия, нам нанесен ущерб в 35 тысяч. Это, конечно, полная ерунда, и мы действительно это обжалуем. В настоящий момент наше дело находится в стадии обжалования. То, то была вооруженная банда - это точно, они все были с пистолетами, их видели все абсолютно с пистолетами, на нас наводились пистолеты. То есть были наняты сотрудники КГБ. Более того, когда 4 группы, назначенные Степашиным и ГУВД пришли освобождать помещение, они сказали, что мы сейчас открываем огонь. И все подтвердят свидетели о том, что все слышали это. Я представлю эти документы.

Ольга Писпанен: Георгий Николаевич, последний вопрос - это кража картин.

Георгий Михайлов: Здесь, во-первых, одна деталь - их же охранник Сохарев, от КГБ который, заявил, что: "Да, я был свидетелем, что в первый день было вывезено 20-25 картин. Бурчаладзе поручил мне брать расписки с тех людей, которым выдавались эти картины". Пусть пока не три тысячи, три тысячи мы докажем позже - это легко доказать.

Евгений Малыгин: Можно задать пару вопросов. Скажите, вам угрожали пистолетом?

Георгий Михайлов: Да. Мне лично угрожали пистолетом.

Евгений Малыгин: Тогда как понять вашу фразу о том, что "я в это время находился в Праге, мне звонят из Петербурга и говорят, что захвачен наш фонд вооруженной группой Бурчаладзе и Лукиной"?

Георгий Михайлов: Мне лично угрожали пистолетом, когда я вернулся. 18-го февраля я вернулся, когда был захвачен фонд, и попросил, чтобы меня пустили туда. Нам сказали, что мы сейчас открываем огонь.

Ольга Писпанен: Еще вопросы?

Евгений Малыгин: Нет, бесполезно.

Ольга Писпанен: У меня один вопрос: какова сейчас роль госпожи Лукиной и господина Бурчаладзе в Фонде свободного русского современного искусства?

Евгений Малыгин: Никакой.

Ольга Писпанен: В данный момент дело о нанесении ущерба галерее Георгия Михайлова и Фонду современного русского искусства в 35 тысяч долларов находится в президиуме городского суда на стадии обжалования надзорного и кассационного, и ответа по нему нет уже 4 месяца. По делу Нукзара Бурчаладзе и Татьяны Лукиной после нескольких лет судебных заседаний был вынесен обвинительный приговор в превышении должностных полномочий, после чего они были амнистированы. Сейчас ни Татьяна Лукина, ни Нукзар Бурчаладзе не имеют к Фонду свободного русского современного искусства никакого отношения.

XS
SM
MD
LG