Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Радикальные" фильмы Венецианского кинофестиваля


Андрей Плахов, Венеция: В программе "Новые территории" показан фильм "Последний поезд" Алексея Германа-младшего – бескомпромиссно жестокий взгляд на войну, по сравнению с которым картины Германа-отца, за исключением, может, "Хрусталева", кажутся добрыми и лиричными. Великолепные черно-белые кадры бесстрастно фиксируют агонию подстреленной женщины, судороги повешенного мужчина, физиологические мучения отступающих немцев. Сухой неизлечимый кашель - вот основное музыкальное сопровождение фильма. Абсурдная жестокость людей с оружием, к какой бы армии они ни принадлежали... Это очень радикальное кино, как и по форме, так и по существу, снятое 26-летним режиссером. Будет интересно увидеть его следующий фильм, ибо кажется, что дальше по избранному пути идти просто некуда.

Это одна из главных проблем кинематографа: не повторясь, вовремя вернуться назад, когда из-под ног уходит почва. Проблема оказалась особенно актуальна для последнего императора европейской кино-империи Бернардо Бертолуччи. Уже давно он, человек еще не старый, делает усталое кино. Красивое, культурное, но безжизненное. В новом фильме "Мечтатели" режиссер попытался вернуться в знакомую ему воду молодежной революции. Юный американец Мэтью приезжает в Париж изучать киноискусство и оказывается втянут в борьбу за сохранение синематеки Андри Лонглуа, с которой начался 1968-й год. Принять активное участие в революции Мэтью мешает встреча с очаровательной парой, которая оказывается братом и сестрой, и одновременно любовниками. В отсутствие родителей, уехавших в отпуск, они селят парня в своей роскошной квартире и приобщают его к рискованным сексуальным экспериментам. Бертолуччи делает фильм со знаками времени, типа бюстов Мао Цзедуна, и знаками кинематографа, заставляя героев разыгрывать сцены из знаменитых фильмов. Это качественное кино, более естественное, чем последние работы итальянского режиссера, но полностью оживать мамонта ему все равно не удалось.

Только неофитов могут смутить пикантные отношения "мечтателей" после фильма Брюно Дюмона "29 пальм". Вот это действительно радикальное кино, и, что удивительно, оно показано в конкурсе. 4 года назад Дюмон взорвал Каннский фестиваль своей картиной "Человечность". Новую работу режиссера можно было бы назвать "Бесчеловечность" в том числе и по отношению к зрителю. Оказавшись в Венеции, фильм вызвал возмущение и свист зала, но в то же время придал остроту казавшейся довольно пресной конкурсной программе. В картине есть не меньше получаса натурального секса, сцена насильственной содомии, а ужас, как в хитчококовских триллерах, разлит в воздухе великолепно снятой калифорнийской пустыни, по которой едут фотограф-американец и его девушка, русская, владеющая только французским. Диалоги глухого с немым звучат абсурдно, а в какой-то момент героиня по имени Катя кричит по-русски: "Ах ты дрянь такая!" Катю играет Катя Голубева, уже имеющая известность во Франции и принявшая участие в нескольких радикальных фильмах. Со своей ролью она справилась прекрасно. Остается только пожалеть председателя жюри 90-летнего Марио Моничелли. После таких фильмов, находящихся по ту сторону добра и зла, удар может хватить и более молодого человека.

XS
SM
MD
LG