Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Подходит к концу Московский международный кинофестиваль


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие театральный обозреватель Радио Свобода Марина Тимашева.

Андрей Шарый: Подходит к концу Московский международный кинофестиваль, 26 по счету. В конкурсной программе фестиваля представлен последний российский фильм - это работа Владимира Машкова, известного актера и начинающего режиссера, под названием "Папа". В студии Радио Свобода Марина Тимашева, наш обозреватель, которая внимательно следит за ходом московского фестиваля.

Марина, видели ли вы фильм Машкова, как он смотрится?

Марина Тимашева: Фильм этот сделан Владимиром Машковым по пьесе "Матросская тишина" Александра Галича. 17 лет назад Владимир Машков впервые вышел на сцену тетра Олега Табакова "Табакерки" в роли Абрама Шварца, и теперь он эту роль вспомнил. То есть он сам снял фильм и является продюсером этой картины, одним из продюсеров, и плюс он исполнитель одной из двух главных ролей. Фильм этот, как вы сами понимаете, называется иначе, чем пьеса. Видимо, потому что для Галича помимо сюжета важна была тема мечты, которой не суждено сбыться. Абрам Шварц не увидел своего сына на сцене консерватории, тот увидел Матросскую тишину совершенно не такой, какое рисовало его воображение, и он не стал великим скрипачом из-за воны. Владимир Машков эту тему нивелирует, фильм называет "Папа". Интересуют его взаимоотношения Абрама Шварца и его сына Давида Шварца. Фильм этот посвящен, там написано в титрах "Памяти наших отцов". Таким образом Владимир Машков оставляет сентиментальный сюжет в память о войне при этом отношение его очень бережное. Но надо сказать, что все очень линейно. И к тому же Владимир Машков, на мой взгляд, совершил принципиальную ошибку как режиссер, назначив на главную роль себя Владимира Машкова-актера. Он очень шаржирует, играет чрезвычайно театрально. В реалистической пьесе Галича на фоне других артистов, которые играют в реалистической тональности, это выглядит довольно карикатурно и странно.

Андрей Шарый: Скажите, Марина, а мне и другим слушателям вашим вы посоветовали бы все-таки фильм посмотреть?

Марина Тимашева: Такой вопрос не простой. В этом фильме нет признаков современного киноязыка, в нем нет образности. Но, мне кажется, что, сидя дома перед телевизором, этот фильм многие люди посмотрят, нельзя сказать с удовольствием, потому что сюжет очень трогательный, но, во всяком случае, со слезами на глазах - это правда. Он человеческий, абсолютно нормальный, порядочный.

Андрей Шарый: Теперь, пожалуйста, чуть подробнее о других российских фильмах.

Марина Тимашева: Другие российские фильмы таковы: это, в первую очередь, "Время жатвы", дебют в игровом кино Марины Разбежкиной, которую многие знают как режиссера-документалиста. Довольно странная стилистика, потому что сам фильм снят как будто бы документальный. Сама по себе история - это довольно жесткий гротеск, она отчасти напоминает один из рассказов Виктора Пелевина, в котором символ советской власти вытягивал соки из своих обладателей. Во "Времени жатвы" героине как лучшему комбайнеру вручают переходящее красное знамя. Спасая его от мышей, она фактически сходит с ума и заодно губит свою семью. А в финале картины молодая девушка, нашедшая остаток знамени, просто выбрасывает его на помойку. Фильм этот, мне кажется, будет претендовать на награду фестиваля. Полагаю, что, возможно, даже и на гран-при, хотя, с моей точки зрения, он немножечко монотонен по интонации, ему не хватает юмора и тепла. Такая все-таки умозрительная конструкция, хорошо снятая и хорошо сыгранная.

И еще один фильм о войне, фильм Дмитрия Месхиева, называется он "Свои". Действие происходит на Псковщине. Беглые пленные, их трое, они все советские, они прячутся в деревне в доме старосты фашистского, один из беглецов при этом его сын. Таким образом, "своими", по замыслу автора сценария Валентина Черныха, оказываются чекист, политрук, снайпер и староста. В ролях заняты Сергей Гармаш, Константин Хабенский и Богдан Ступка. Это, а также операторская работа обеспечивают этому фильму, я думаю, очень устойчивое место и для зрителей, и для кинокритиков. Тут тоже надо сказать, есть свои проблемы, потому что очень неопределенен по жанру. Он путается между военным боевиком и психологической драмой.

Андрей Шарый: Марина, если бы вы были председатель жюри, который оценивает конкурсные картины, кому бы вы дали первое место на фестивале?

Марина Тимашева: Вы знаете, я бы отдала первую премию израильской ленте, которая называется "Биография Бена". Очень ироничная, очень жесткая картина. Главный герой рассказывает свою жизнь почти незнакомой женщине. Его родители приходят к выводу, что всех великих художников объединяло тяжелое детство и устроили таковое своему мальчику, а он вместо того, чтобы стать великим художником, стал душевнобольным. В этом фильме действуют ученые, которые продают самые завиральные идеи и израильская армия, которая платит за эти завиральные идеи огромные деньги. В нем врач-психоаналитик умирает во время приема, и ни один исповедовавшийся перед ним в течение целого дня пациентов не замечает, что он мертв. В фильме осмеян лозунг "Назад к природе", показано. Как возвращение к природе выглядит в реальности. Это очень остроумный, очень деликатный и в то же время чрезвычайно жесткий фильм, который разрушает, по сути дела, огромное количество сложившихся к сегодняшнему дню идеологических клише.

Андрей Шарый: Марина, я хотел бы вернуться к той линии сравнений, которую мы с вами начали еще во время кинофестиваля "Кинотавр". Могли бы вы сравнить художественный уровень этих двух смотров кино?

Марина Тимашева: Это довольно сложно сделать, потому что на "Кинотавре" показывается почти все, что снимается в России за год. На Московском международном показывают отнюдь не все фильмы, снятые в мире, а те, что сумели раздобыть и к тому же те, что не участвовали в других кинофестивалях. Тут есть такие общие вещи. Например, вместо кровавых боевиков, что в российском "Кинотавре", что в программах Московского международного кинофестиваля, в прежние годы они именно главенствовали, самые кровавые боевики, теперь это место занимают слезливые мелодрамы. Вторая тенденция, которая и там, и здесь кажется довольно очевидной - это то, что режиссеры будто снимают не про жизнь, а переснимают какое-то кино, которое когда-то им понравилось. И поэтому любой фильм кажется стилизацией другого, старого фильма. Что тоже очень существенно. Я сосчитала, получилось, что чуть ли не 11 из 17 фильмов конкурса Московского международного кинофестиваля, а этот процент будет еще больше, если сосчитать на "Кинотавре", фильмов имеют дело не с современностью, а с какой-то другой историей, с какой-то другой эпохой. Вот это довольно странно и возникает какое-то сомнение в том, что это происходит, неужели современная жизнь вообще не дает никаких оснований для размышлений и волнений?

Андрей Шарый: Марина, если бы у вас была возможность посетить либо фестиваль в Москве, либо фестиваль в Сочи, куда бы вы отправились?

Марина Тимашева: Я бы отправилась в Сочи, потому что фильмы европейские и мировые, которые заслуживают внимания, можно посмотреть, они все выйдут в прокате в Москве. В то время как в российские фильмы посмотреть где-то в одно время и в одном месте будет практически невозможно, и прокат российских фильмов на территории России, не говоря уже обо все мире, он фактически отсутствует.

XS
SM
MD
LG