Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Фестиваль "Кинотавр"


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют обозреватель Радио Свобода Марина Тимашева и кинокритик Марина Мурзина.

Андрей Шарый: В этот день в Сочи начался просмотр официальной программы фестиваля "Кинотавр". С обозревателем Радио Свобода по вопросам культуры Мариной Тимашевой, аккредитованной на этом важном киносмотре, и с кинокритиком еженедельника "Аргументы и факты" Мариной Мурзиной беседовал Владимир Бабурин:

Владимир Бабурин: "Кинотавр". Существует такое мнение, может быть, не слишком распространенное, что это некий фестиваль-фантом, фестиваль-призрак. Фильмы, которые в прежние годы были представлены на этом фестивале в Сочи, всегда становились предметом довольно жарких дискуссий именно на самом фестивале, неоднократно ставились жюри перед очень непростым выбором, какому режиссеру, какому фильму отдать предпочтение. Но по большей части ни один из них не дошел до широкого экрана, и один из критиков достаточно скрупулезно подсчитал, что награды "Кинотавра" не превышают кассовые сборы. Потому славы режиссерам это не добавляет, раз фильмы до широких экранов не доходят. Согласны ли вы с таким мнением? И если согласны, то почему режиссеры в Сочи все-таки едут и едут весьма охотно?

Марина Тимашева: Фестивали, конечно же, и нужны для того, чтобы привлечь внимание к российским фильмам. Я так полагаю. Фестиваль что означает? Это очень много журналистов и много прессы. Заинтересованный человек может вычитать из нее, что ему смотреть, и искать нужную картину в прокате. С другой стороны, по вечерам, где-то в 12 часов ночи, на Театральной площади перед кинотеатром проходят массовые публичные сеансы абсолютно бесплатно, и очень большое число людей, которые отдыхают в Сочи и самих сочинцев, приходят смотреть фильмы, несмотря даже на отвратительную погоду, когда бывает кромешный ливень, а люди тем не менее сидят. Параллельно с "Кинотавром" проходит еще и кинорынок. Просмотры кинорынка ориентированы на тех людей, от которых зависит, появятся ли фильмы в прокате. И, наконец, на "Кинотавр" приезжают люди из-за рубежа. Например, постоянный гость здесь - Ганс Шлегель. Он нынче отборщик Венецианского фестиваля. И в прошлом году он заинтересовался дебютной картиной Алексея Мурадова "Змей" и показал фильм в Венеции. И картина уже была на нескольких международных фестивалях, на одном из них она получила приз. Так что, благодаря "Кинотавру", у некоторых фильмов появляется шанс выйти на европейский рынок. Или, например, председатель жюри Валерий Тодоровский в этом году. А он очень влиятельная фигура на российском телеканале. Возможно, полюбившийся ему как председателю жюри фильм появится на телеэкране, что означает миллионную аудиторию. Конечно, проблема проката российского кино очень болезненна. Но все же существуют кинотеатры. Тот же "Мир Кинотавра", между прочим. Очень последователен Марк Рудинштейн. Он предлагает круглый год афишу, составленную только из российских фильмов, на этот центральный кинотеатр. Но я еще попрошу Марину Мурзину подключиться к этому разговору и высказать свои соображения на эту тему.

Марина Мурзина: Проблема, безусловно, в том, что за последние 10-12 лет нашего зрителя последовательно отучали смотреть российское кино. Люди старших поколений, средних поколений, которые буквально выросли на родном (тогда советском) кино, которое, как я считаю, вполне можно назвать великим явлением в истории кинематографа. Сейчас этого, к сожалению, нет. Проблема проката острейшая, самая, наверно, дискуссионная и самая проблемная. Самое больное место в нашем кино. Как заинтересовать зрителя, как его привлечь смотреть то, что (в одной из газет я прочла недавно рейтинг) 18% всего хочет смотреть? Как это сделать? Как приучить зрителя? В Москве эта проблема менее остра: к "Миру Кинотавра" хочу добавить "Дом Ханжонкова" и Киноцентр Музея кино, где можно увидеть наши фильмы, если ты хочешь их смотреть. Для того, чтобы человек хотел смотреть, он должен иметь выбор. Отчасти эту проблему решает телевидение, даже если показывают наши картины ночью. Но кто хочет, тот посмотрит. Кто хочет, тот следит, читает прессу и может сделать для себя какой-то выбор.

Владимир Бабурин: Я хочу спросить об одном фильме, который уже есть в программе фестиваля, он будет показан в конкурсе. Это новая работа Вадима Абдрашитова - "Магнитная буря". Об этом фильме тоже достаточно много написано. То, что это социальное кино, показывает настоящий русский бунт, с железными прутьями и с пробитыми головами. Я читал несколько рецензий. То, что о нем пишут, уже производит сильное впечатление. Ну и сам этот тандем режиссера Абдрашитова и сценариста Миндадзе - очень заметное явление в российском кино еще с тех времен, когда вышли такие фильмы, как "Парад планет" и "Плюмбум" или "Опасная игра". Вероятно (я видел такие публикации) Абдрашитова прочат в главные претенденты на приз "Золотая роза"?

Марина Мурзина: Я видела этот фильм, видела его дважды. Он прошел в Москве всего три раза при полных залах, Я возлагаю большие надежды на то, что эта картина, одиннадцатая по счету совместная картина Миндадзе и Абдрашитова, может рассчитывать здесь на награду. Как известно, одно из свойств таланта - способность удивлять. Я знаю Вадима Юсуповича и Александра Анатольевича немало лет, и эта картина (я бы употребила такой эпитет) меня очень удивила приятным образом. По отношению к этой жесткой картине так нельзя сказать, но она меня удивила тем, насколько это разнообразно одаренные люди. Да, картина социальная. Картина в чем-то страшная, в чем-то жесткая. Но это редкий случай, когда сцены насилия, которые занимают половину экранного времени (фильм идет 93 минуты) для меня были оправданными и осмысленными, потому что за этим стоит боль за нашу страну, боль за наших людей. Все-таки для меня были важней не сцены этого русского бунта простых мужиков в провинциальном городе, загнанных нищетой в такое чудовищное положение, а история любви, на которой держится картина. Мне кажется, ради этого она и была создана. Это очень целомудренно, деликатно, очень чувственно при этом. Не пошло. Очень нежно снятая история любви. Любовные сцены там, достаточно откровенные, сняты на крупных планах. Ты видишь лица героев, их глаза, ты слышишь их слова - и не видишь больше ничего. И в этом столько чувственности! И я была очень рада за Вадима, человека обладающего жестковатым характером (репутация у него режиссера довольно жесткого), что она способен так снимать чувства. И вообще для меня очень важна тенденция, которую я сегодня вижу в кино, - возвращение к очень простым историям о чувствах.

Владимир Бабурин: Я несколько раз бывал в Сочи во время "Кинотавра" по другим журналистским делам и смотрел со стороны, что происходило вокруг фестиваля. У меня создалось такое впечатление, что интрига "Кинотавра" состоит не столько из кино, сколько из жизни, из некоего противостояния различных кланов и амбиций и из заочного противостояния с Московским фестивалем. Обманчиво мое впечатление, или я прав?

Марина Тимашева: Мне кажется, в этом году обманчиво. Невозможно сказать, что было бы обманчивым впечатление о кинематографистах, как о людях с исключительной привязанностью к какому-то дележу собственности, бесконечным конфликтам и ссорам, но в последние годы оно переместилось скорее в область конфликта между конфедерацией и союзом кинематографистов, а также конфедерацией и музеем кино. Для них все еще главным из искусств является, простите, собственность. Что же касается "Кинотавра", то у меня нет ощущения, что есть какой-то конфликт. Иное дело, что очень часто Россия совершенно наследует все западные стандарты, и вот, скажем, если фильм будет показан в программе российского внутреннего конкурса "Кинотавра", то он почему-то не может быть показан в конкурсной программе Московского международного кинофестиваля. Вот, например, из-за этого "Кинотавр" лишился последнего фильма Алексея Учителя, который называется "Прогулки". Им будет открываться Московский международный кинофестиваль. Он стоит в конкурсе этого же самого Московского международного кинофестиваля, и Алексей Учитель не только не может показать его на российском кинофестивале "Кинотавр", но даже не может показать его прокатчикам на кинорынке. Это вот "право первой ночи", здесь барство дикое.

XS
SM
MD
LG