Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Предвыборная ситуация в Санкт-Петербурге после заявления Владимира Путина в поддержку Валентины Матвиенко


Программу ведет Андрей Шароградский. Участвуют: петербургский политолог Борис Вишневский, юрист по вопросам законодательства о средствах массовой информации компании "Интерньюс" Федор Кравченко, корреспонденты и обозреватели Радио Свобода Никита Ваулин, Дмитрий Казнин, Виктор Резунков и Михаил Соколов.

Андрей Шароградский: В фокусе нашего внимания скандал, связанный с открытой поддержкой Владимиром Путиным кандидата в губернаторы Петербурга Валентины Матвиенко. Напомню, что центральные российские телеканалы передали заявление Путина в поддержку Матвиенко 2 сентября. Рассказывает наш петербургский корреспондент Дмитрий Казнин:

Дмитрий Казнин: Петербург сотрясают один за другим предвыборные скандалы. Главный, на который обратили внимание и местные, и федеральные средства информации – показ 2 сентября по центральным телеканалам сюжетов о встрече в Кремля президента Владимира Путина и кандидата в губернаторы Петербурга Валентины Матвиенко, где президент желает своему полпреду удачи на предстоящих выборах. По мнению других кандидатов в губернаторы, в сюжетах содержалась незаконная агитация в пользу Матвиенко. Кандидат в губернаторы Анна Маркова призвала Валентину Матвиенко отказаться от участия в выборах и подала в горсуд заявление с требованием снять "кандидата номер один", как называют Валентину Матвиенко:

Анна Маркова: Губернатор, который нарушает закон, не нужен городу.

Дмитрий Казнин: Другой кандидат – Алексей Тимофеев – призвал уйти в отставку Владимира Путина:

Алексей Тимофеев: В свое время, если я не ошибаюсь, Франклин лишился поста президента Америки именно благодаря тому, что проагитировал за какое-то должностное лицо в каком-то штате. Я думаю, что было бы справедливо. если бы Путин поступил также.

Дмитрий Казнин: В городскую избирательную комиссию поступили жалобы по нарушению избирательного законодательства и от Алексея Тимофеева, и от Анны Марковой. Председатель горизбиркома Александр Гнетов пообещал вынести решение в начале следующей недели. Как сообщила газета "Коммерсантъ", в администрации президента не ожидали таких последствий от, как они выразились, обычного сюжета о рабочей встрече.

Еще один скандал, получивший широкую огласку - обнаружение сотрудниками милиции типографии, в которой печатались подпольные агитационные материалы против Валентины Матвиенко. Правоохранительным органам понадобилось меньше суток, чтобы задержать распространителей, найти типографию, склад и даже выяснить личность организатора распространения "черных" агиток. По признанию руководителя штаба ГУВД по выборам Николая Федорова, предвыборная кампания в городе проходит достаточно грязно в плане предвыборных технологий. Ежедневно за незаконное распространение листовок задерживаются 6-8 человек. Кроме того, возбуждено уже 8 уголовных дел по фактам нарушения предвыборного законодательства. Основная масса их расследуется прокуратуро й Петербурга. Если одни кандидаты используют административный ресурс, то другие придумывают более изощренные методы: заклеивают рекламные стенды организации "Народный контроль" надписями: "ГУВД за Матвиенко" и "Горизбирком за Матвиенко", а также устанавливают на въезде в год указатели: "На Шепетовку", намекая на место рождения полпреда президента на Северо-Западе. Аналитики предполагают, что в оставшееся до выборов время произойдет лишь усиления давления, как с одной, так и с другой стороны.

Андрей Шароградский: Сейчас в студии Радио Свобода в Петербурге находятся обозреватель Радио Свобода Виктор Резунков и политолог Борис Вишневский. Прежде, чем дать вам слово, я бы хотел предложить вашему вниманию точку зрения нашего политического обозревателя Михаила Соколова. Вот что он мне сказал по этому поводу:

Михаил Соколов: Я бы сначала отметил, что являюсь сторонником той позиции, которая отражена в Конституции американской, то есть, свобода прессы не должна быть ограничена никаким законом. Но в российском законодательстве это не так, к сожалению. Хотя, напомню, что в Конституционном суде находится запрос, который подвергает очень серьезному сомнению ряд принципиальных положений весьма юридически уязвимого закона об основных гарантиях избирательных прав граждан. Это как раз ограничения на информационную деятельность прессы в период выборов, что, в общем, противоречит принципам свободы слова. Второй принцип, который также подвергается сомнению – тот, что этот закон фактически запрещает гражданам, от президента до любого человека с улицы, агитировать "за" или "против" определенного кандидата по собственному желанию, не заключив какого-то соглашения с кандидатом, чтобы вести такую деятельность. Это также, на мой взгляд, противоречит гражданским правам жителей России.

Что касается вот юридической коллизии, которая возникла сейчас, то очень трудно сказать, действительно агитировал Владимир Путин за Валентину Матвиенко, или против. Потому что для сторонника Зюганова это агитация скорее против того, чтобы голосовать за полпреда в Северо-западном округе, а для человека, который верит президенту, естественно, наоборот. Поэтому, насколько я понимаю, сам состав такого нарушения - использование служебного положения. Если бы президент России, например, встретился с Валентиной Матвиенко в обеденный перерыв, и не в своем кремлевском кабинете, а где-нибудь в коридоре, или на улице, и не поднимал бы телефонную трубку служебного аппарата, то, наверное, никакой серьезной проблемы для него вообще бы и не было, и претензии бы предъявлялись к средствам информации, которые распространили сюжет без договора с Валентиной Ивановной Матвиенко, без оплаты из ее избирательного фонда, без такого юридического оформления, без того, что они заявили себя участниками избирательной кампании. Телеканалы в суде бы доказывали, что они делали все, что сделали, опираясь на право информировать о деятельности президента в избирательной кампании. То есть, был бы судебный процесс, и если бы "Первый" и "Второй" канал его бы проиграли, они вполне могли бы присоединиться к иску господина Катаняна, который находится в Конституционном суде, тоже журналиста, и оспаривать опять же конституционность закона об избирательных правах граждан, поскольку им, конечно, нужно информировать публику о деятельности президента России, возможно, и о его деятельности в свободное от основной работы время. Поэтому я думаю, что будет тягостная юридическая возня, чиновники избиркомовские, перепуганные тем, что в такой истории участвует президент, сделают все, чтобы замотать эту историю. Они будут тянуть, я думаю, что могут дотянуть и до 21 сентября, до выборов. Суд тоже имеет возможность перекидывать это дело от одного судьи к другому, какие-то затягивания, в общем, я подозреваю, что в этом крючкотворском болоте так вся эта история постепенно и потонет, и в этом-то и будет как раз позиция Кремля.

Андрей Шароградский: А если встать на место Валентины Матвиенко, если представить себе, что действия Владимира Путина будут признаны незаконными, но не будет доказано, что Путин и Матвиенко договорились, что президент выступит в ее поддержку, должна ли она снимать свою кандидатуру?

Михаил Соколов: Ну что вы, Валентина Ивановна Матвиенко - крепкая советская женщина с комсомольским воспитанием, вице-премьер, человек системы. Поэтому я думаю, что Валентина Ивановна удивленно пожимает сейчас плечами, поскольку, а что собственно случилось, ну, президент, ну, собственно, высказался за нее, так все и так знают, что он за нее. И думаю, что в пропагандистском плане она бы могла сказать: "Друзья, ну, давайте отбросим лицемерие. Президент России поддерживает меня. Это правда. А все остальное - это мелочи". И для большинства, кстати говоря, граждан это действительно очень скоро, вот эта попытка "ущучить" Матвиенко, Путина, и так далее, превратится в такую юридическую бодягу. И все будут думать: вот, была героическая женщина, вице-губернатор Анна Маркова, не побоялась пойти против системы, не побоялась выступить против Матвиенко. Была такая вот героиня. А теперь кто она – сутяга, потерпевшая сторона. Я думаю, это не очень выигрышно, в конце концов, сработает на тех, кто борется с Валентиной Матвиенко.

Андрей Шароградский: Я передаю линию прямого эфира нашему обозревателю Виктору Резункову и политологу Борису Вишневскому, и, разумеется, прежде всего, хочется услышать, насколько Борис Вишневский согласен с тем, о чем только что говорил Михаил Соколов.

Борис Вишневский: Я соглашусь с резюме о том, что, с точки зрения избирательной кампании и ее дальнейшего ведения, это вряд ли будет иметь фатальные последствия для Валентины Ивановны, в том смысле, что с выборов ее не снимут. Естественно, на мой взгляд, то, что этот сюжет был показан, и то, что он является агитационным - это незаконно. Незаконно это потому, что тут совершенно не причем ведь наша свобода слова. Можно спорить о точности формулировок закона, правильно или нет он определяет предвыборную агитацию, но давайте опять же отбросим лицемерие и, скажем, что, конечно же, эту встречу показали по телевизору исключительно в агитационных целях. В противном случае, если бы Владимир Владимирович Путин хотел бы поговорить с Валентиной Ивановной Матвиенко о питерских проблемах и о чем-нибудь ее попросить, он мог бы или позвонить, или встреться с ней один на один, без показа всего это по телевидению на всю страну.

Я думаю, не может быть никаких сомнений, какова была цель этой спешно устроенной встречи, тем более, что никаких как бы реальных предпосылок для того, чтобы это делать столь быстро, не было. Говорилось о подготовке бюджета Петербурга, но Валентина Ивановна к этой подготовке не имеет ни малейшего отношения, представитель президента, даже и не будучи в отпуске, никак этим не занимается. Это прерогатива питерских властей. То, что было по телевидению, это, конечно, должно было склонить избирателей голосовать за Валентину Ивановну. Речь ведь не о том, что президент ее поддержал. Действительно, все знают, что он за нее. Речь о том, что президент, используя должностное положение, дал указание министру финансов выделить Петербургу какие-то деньги, то есть, продемонстрировал, что он готов, чтобы обеспечить преимущества Валентине Ивановне и создать ей лучшие условия в избирательной кампании, использовать средства федерального бюджета для решения каких-то городских проблем, и все это он провел у себя в кабинете, в служебное время, и в конце еще сказано министру финансов, что Валентина Ивановна к вам потом подойдет, обговорит какие-то конкретные цифры. То есть, что показали гражданам? Гражданам показали, что Валентина Ивановна такой влиятельный человек, что может приехать к президенту, и президент окажет ей протекцию, чтобы подкинуть денег на решение городских проблем. Конечно, это агитация. Более того, даже избирательная комиссия, насколько мне известно, не отрицает, что это агитация. Зампред горизбиркома Дмитрий Краснявский мне лично говорил в беседе, что намеревается подписать протокол об административном правонарушении по его факту. Имеется в виду, что показ телесюжета - это предвыборная агитация. Дальше дело суда – определить, кто несет за это ответственность. Понятно, что президент ответственности нести не будет. Он по Конституции вообще лицо неприкосновенное. С ответственностью Валентины Ивановны за сам показ этого сюжета сложно. Можно найти формулировки закона, по которым это является использованием служебного положения, и она должна за это отвечать, но у меня нет иллюзий относительности независимости нашего суда, который будет решать этот вопрос. В лучшем случае все кончится ответственностью для телевидения, которое это показало, да и то не наверняка.

Виктор Резунков: Борис, вот Центр изучения и прогнозирования социальных процессов, это единственный социологический центр, который, по-моему, сейчас занимает неангажированное положение среди социологических центров в Петербурге, отмечает, что Валентине Матвиенко для победы в первом туре не хватает как минимум 10 процентов. Как эта история может повлиять на ее рейтинг? Повысится он, или понизится?

Борис Вишневский: Я думаю, что рейтинг ее понизится. Понизится просто потому, что для ее твердых сторонников этот сюжет не добавил ничего нового. Они действительно и так знали, что Путин за нее и будет ей как-то помогать. Что касается ее противников - они только окрепли в своем убеждении, что голосовать за нее не стоит. Что касается колеблющихся, то они увидели, что: во-первых, Валентина Ивановна вдруг бросилась в Москву к президенту за помощью и за поддержкой, во-вторых, они увидели, что президент во имя нее готов злоупотребить своим положением и поставить ее в привилегированные условия, то есть, они окрепли в убеждении, что выборы проходят не очень честно. А в Петербурге живет такой избиратель, который этого не любит. Ему все-таки хочется, чтобы, более или менее, но все было справедливо. То, что происходящее очевидно несправедливо, доказывает тот факт, что, насколько я знаю, телефоны, и в партии "Яблоко", и в Горизбиркоме просто раскалены от возмущенных звонков. Звонят люди, которые говорят, что, "это безобразие, это административный ресурс, так нельзя, так быть не должно, и что же это такое она себе позволяет". Такова реакция очень многих людей. И я думаю, что это скажется не лучшим образом. Кроме того, Валентина Ивановна продемонстрировала, что она - человек не самостоятельный. Что-то случилось, появилась информация, что с рейтингом не все хорошо, появились конкуренты, которые ее критикуют, в том числе во время теледебатов - она тут же бросилась по начальству, причем по московскому.

Виктор Резунков: То есть, это будет негативно все-таки влиять?

Борис Вишневский: Я думаю, что скорее негативно, и думаю, что ей не 10 процентов не хватает для победы в первом туре, а значительно большей цифры.

Виктор Резунков: Как, по-вашему, ваше окружение какое изъявляет желание? Собирается за нее голосовать хоть кто-то? Как-то вы мне говорили, что почти все заявляют, что не будут ее поддерживать?

Борис Вишневский: За последние полтора месяца из всех людей, с которыми я общаюсь, даже эпизодически, а я общаюсь с очень большим числом людей, я нашел только одного человека, это ученый, который говорит, "а вот, может быть, если ее изберут, то нашему институту перепадут от федерального правительства какие-то деньги", - да и то он не очень в это верит. А остальные все говорят: категорически голосовать за нее не будем, ни при каких обстоятельствах.

Андрей Шароградский: В заключение обсуждения темы давайте послушаем еще одну экспертную оценку: насколько оправданной все-таки была демонстрация центральными каналами сюжетов о встрече Матвиенко и Путина с точки зрения информационного права? Об этом наш корреспондент Никита Ваулин беседовал со специалистом, юристом по вопросам законодательства о средствах массовой информации компании "Интерньюс" Федором Кравченко:

Федор Кравченко: Безусловно, обязанностью центральных телеканалов показывать это интервью не было. Но, с другой стороны, центральные телеканалы, безусловно, могли показать такое заявление, по той причине, что их надежно в этом смысле должен защищает закон о средствах массовой информации. Статья 57-я этого закона устанавливает, что редакция, главный редактор и журналист не несут ответственности за распространение сведений, ущемляющих права и законные интересы граждан, в том числе сюда могут относиться и избирательные права, в том случае, если сведения являются дословным воспроизведением фрагментов выступлений официальных выступлений должностных лиц государственных органов. Безусловно, президент является должностным лицом государственного органа, и сам является государственным органом, и почти любое его выступление может быть признано официальным. С этой точки зрения, по всей видимости, телеканалы не должны были нести ответственности и могли рассчитывать на то, что закон их обезопасит в этом смысле.

Никита Ваулин: Существует также закон об основных гарантиях избирательных прав, который запрещает агитацию предвыборную в пользу какого-то кандидата. А как различить тонкую грань между предвыборной агитацией и просто позитивной оценкой деятельности того или иного кандидата, высказыванием личного мнения? Ведь президент имеет право говорить то, что думает, или во время выборов это не так?

Федор Кравченко: Я полагаю, что президент может говорить то, что думает. Однако, закон об основных гарантиях избирательных прав и прав на участие в референдуме граждан Российской Федерации, который вы упомянули, отмечает в статье 48-й, что выражение предпочтений в отношении кого-либо из кандидатов (я, правда, сейчас не готов детально анализировать запись выступление президента, но, насколько я помню, там было пожелание успехов), может при определенных обстоятельствах быть признано выражением предпочтения. И в том случае, если не было подчеркнуто, что это выражение его личного предпочтения как гражданина, вполне обоснованно и избиратели, и избирательная комиссия могут полагать, что это его позиция как президента. Тем более, что маловероятно, что общение по вопросам бюджетного процесса, в официальной обстановке, в присутствии СМИ, можно отнести к жизни президента как гражданина, к его личной жизни, а не к его должностным обязанностям.

Никита Ваулин: Как вы считаете, какова перспектива кампании против Матвиенко?

Федор Кравченко: Я полагаю, что юридически шансы есть. Политические шансы я оценивать совершенно не готов. Но нынешний закон об основных гарантиях чрезвычайно интересен. Он всегда позволяет, если это будет признано судом или избирательной комиссией целесообразным, признать факт нарушения того или иного положения этого закона. Поэтому предпосылки юридические к этому есть. Что касается того, захотят ли избирательная комиссия и суд счесть президента РФ и Матвиенко как кандидата нарушителями федерального закона – сложно сказать, я не специалист по политическим вопросам.

Никита Ваулин: То есть, закон достаточно гибкий, и его можно трактовать по-разному?

Федор Кравченко: Закон сверхгибкий, и буквально на каждое действие в законе есть две нормы: одна, оправдывающая это, а другая, как раз признающая это нарушением и предусматривающая за это ответственность.

XS
SM
MD
LG