Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"СПС" оспаривает конституционность российского избирательного законодательства


Программу ведет Андрей Шароградский. Участвуют обозреватель Радио Свобода Михаил Соколов и заместитель председателя фракции "СПС" в Государственной Думе России Борис Надеждин.

Андрей Шароградский: Фракция партии "СПС" в Государственной Думе собрала 100 подписей депутатов, необходимых для внесения в Конституционный суд запроса, оспаривающего законность ограничения свободы печати и информирования граждан прессой во время избирательной кампании. Рассказывает наш обозреватель Михаил Соколов:

Михаил Соколов: Запрос в Конституционный суд подготовлен фракцией "СПС" в Думе. В суд обращаются сто депутатов, входящих во фракции "СПС", "Яблоко", компартии, аграриев, ЛДПР, группы "Российские регионы" и независимые. Как сообщил зампред фракции "СПС" Борис Надеждин, нет лишь "единороссов":

Борис Надеждин: Те вот просто убегали, от "Единой России", слова при этом говорили следующие: "Ты что, с ума сошел, у нас съезд в воскресенье", - добирали подписи на бюджете, естественно, когда все пришли в Думу, и легко собирать - " Ты что, с ума сошел, у нас в воскресенье съезд, а я еще не знаю списки", - и, в общем, прятались. Показательно тоже, нардепы и "Регионы России", те из них, которые имели шансы попасть на съезд "Единой России" в списки, говорили: "Не-не, я в "Единой России", ты что". Остальные подписывали.

Михаил Соколов: Депутаты считают несоответствующими Конституции России четыре пункта закона о гарантиях избирательных прав граждан, существенно ограничивающих свободу прессы во время выборов. Лидер "СПС" Борис Немцов заявил, что, по его мнению, с началом предвыборной кампании для средств массовой информации фактически введена цензура, началась манипуляция общественным мнением. Немцов сказал, что подобное положение вещей может сильно исказить реальное положение дел в России и политический ландшафт после выборов. Комментируя инициативу правых на радио "Эхо Москвы", председатель Це6нтризбиркома Александр Вешняков, чья политическая биография накрепко связана с уродливым избирательным законодательством, высказал мнение что это, "просто политический маневр". "Конституционный суд не будет рассматривать такие вопросы по ходу выборов", - предрешил поведение суда господин Вешняков. Глава Центризбиркома напоминает, что в 1995-м году были уже попытки в ходе выборов отменить 5-процентный барьер, но Конституционный суд не стал рассматривать это дело. Однако, с точки зрения правых, их борьба за свободу прессы против прокремлевских инициатив Вешнякова носила поэтапный характер. До суда дело дошло только сейчас, когда все остальные способы сопротивления введению в России цензуры были исчерпаны. Один из авторов запроса Борис Надеждин в интервью Радио Свобода сообщил, что инициативы депутатов носят стратегический, а не тактический характер, и на сиюминутный результат они не рассчитывают:

Борис Надеждин: Дело вот в чем. Осознали мы эту проблему еще два года назад, когда сам закон готовился, мы тогда сопротивлялись на уровне закона. Потом был следующий момент, когда принимался закон о санкциях к СМИ, которые нарушают этот ужасный закон, где совершенно нелепые нормы, которые не исполняет бюрократия сама, а заставляет всех делать. Это было весной. Эту ситуацию мы, ну, чуть-чуть улучшили. Там уже нельзя без суда закрыть СМИ, но остались все эти предупреждения, запреты, ограничения, и, соответственно, именно весной к нам обратились сотни журналистов местных с просьбой что-то сделать. Поскольку у нас нет потенциала поменять сам закон парламентским путем, и есть еще Совет Федерации, то, как только появились депутаты, в сентябре, мы тут же собрали запрос в Конституционный суд, потому что летом его невозможно было делать.

Михаил Соколов: Вы оспариваете исключительно право прессы свободно информировать граждан о деятельности депутатов и других лиц, задействованных в избирательной кампании?

Борис Надеждин: Я оспариваю следующее: я оспариваю нормы, которые запрещают, называя это предвыборной агитацией, журналисту свободно распространять информацию в период выборов. В частности, пункты, которые запрещают распространять любую информацию о кандидате, кроме как в агитации - это совершенно нелепый запрет. Журналист может даже и не знать, что гражданин Пупкин выдвинут кандидатом в районный Урюпинский сельсовет. Но он про него написал какую-то статью, понимаете, какая история, это же касается не только Госдумы, а всех вообще выборов. Второе, я оспариваю положения этого закона, которые обзывают агитацией по определению любую информацию, содержащую более положительные, или более отрицательные сообщения. Но это вообще вкусовой момент. Мы даже не знаем, кому может в голову прийти какая-то реакция. Например, вчера гражданин Иванов попал под лошадь, и бабах, оказывается, этот гражданин был кандидатом в депутаты, или сельские главы, это что, плюс или минус? Для лошади, наверное, плюс, для него, наверное, минус, дальше можно много думать об этом. И, наконец, самый ужасный пункт "Ж" этой статьи 48, который звучит так: "А равно иная информация, которая может повлиять на мнение избирателя о том, как ему голосовать". Да Боже мой! Какая информация может повлиять на мнение избирателя какого-то? Да на избирателя все что угодно может повлиять. Вы, например, можете показать сюжет, в котором, кандидат просто гуляет по улице в сандалиях. "О, агитация", - потому что найдется какой-нибудь избиратель, который ненавидит ходить в сандалиях, и считает, что недопустимо голосовать за человека, который в сандалиях ходит по улице. Я условно говорю. Вот такая история.

Михаил Соколов: А если эти пункты убрать, то средства массовой информации смогут свободно рассказывать о том, как президент Российской Федерации Владимир Путин встречается со своим полпредом Валентиной Матвиенко, находящейся в отпуске и баллотирующейся на пост губернатора?

Борис Надеждин: Это совершенно другой вопрос. Дело в том, что президент в этом смысле сам нарушил закон. Но если президент в нарушение закона, являясь чиновником категории "А", за кого-то агитирует, то СМИ это не должны показывать. Это другой совершено вопрос. Я даже больше скажу, они не то, что не должны показывать, они могут показать, "ОРТ" может это показать, но только "ОРТ" тут же рядом должно показать, как Путин принимает, соответственно, Маркову и всех остальных по порядку. Вот тогда это честно.

Михаил Соколов: В Конституционном суде уже с лета находится еще один запрос журналиста Константина Катаняна, на основании судебного решения по этому же закону, как бы он нарушил этот закон и оспаривает в Конституционном суде те же самые положения, плюс еще одно: запрет гражданам самостоятельно заниматься агитацией за или против другого кандидата. Вы это положение не пытаетесь оспорить?

Борис Надеждин: Нет, это положение мы не пытаемся оспорить, потому что запрос фактически инициирован обращениями к нам журналистов региональных и местных, и он как бы про СМИ. Про деятельность граждан - это тоже довольно глупый пункт, потому что, там, встали два гражданина с утра, муж и жена, жена говорит: "Слушай, а кандидат Иванов вроде ничего мужик, давай за него проголосуем". О-па - агитация. Тоже чушь.

Михаил Соколов: Как вы думаете, в какие сроки это может быть рассмотрено, учитывая сложившуюся предвыборную обстановку и практику Конституционного суда?

Борис Надеждин: Мы этот запрос пишем, Боже упаси, не ради этих конкретных выборов в Госдуму, хотя и в них тоже эти безобразия. Мы оспариваем не закон о выборах в Госдуму, а базовый закон о гарантиях избирательных прав, который касается вообще всех выборов в стране, в том числе и губернаторских, и мэрских, и каких угодно. Но мы рассчитываем, что, в соответствии с процедурой, Конституционный суд в течение 3-4 месяцев должен принять какое-то решение.

Михаил Соколов: То есть, это может случиться до президентских выборов, вы считаете?

Борис Надеждин: Ну, хорошо бы.

Михаил Соколов: А до выборов 2007-08-го года это будет наверняка в порядке общей очереди рассмотрено?

Борис Надеждин: Ну, конечно, тут уж как-то было бы совсем странно.

Михаил Соколов: Вы не опасаетесь, что часть депутатов, которые не входят во фракции "СПС", "Яблоко", а связаны с "партией власти, например, у вас есть там представители "ЛДПР", "Регионов России", могут отозвать свои подписи?

Борис Надеждин: Ну, я так скажу. Мы же подписывали это у депутатов не в смысле каких-то - "ты уж подпиши и ладно". Мы объясняли людям, и они совершенно сознательно это делали, но, конечно, давление может пойти, может число подписей уменьшиться, но это будет, я считаю, это просто неприлично будет.

Михаил Соколов: После того, как инициаторы запроса доберут страхующие их от неожиданностей дополнительные подписи депутатов, запрос до конца этой недели будет официально внесен в Конституционный суд. Безусловно, что пролежит он достаточно долго, но сам факт его появления означает эрозию выборного законодательства, тем более, что возможности репрессивного применения закона о гарантиях избирательных прав граждан против прессы разрушаются. Делает это власть и лично президент России. Владимир Путин уже успел активно поагитировать, и за полпреда президента из служебного кабинета, о чем информировало телевидение, и за партию "Единая Россия", которую он в субботу расхвалил на ее съезде, о чем федеральные телеканалы также проинформировали народ. Конечно, в России нет прецедентного права, но в судах в случае, если пресса будет правдиво информировать о деятельности политиков, в случае разбирательства каждый раз будут пенять и на президента, игнорирующего закон, и на решение Верховного суда, который позволил Валентине Матвиенко пользоваться поддержкой Владимира Путина, и на федеральное телевидение, которое сообщает о позиции президента во время выборов, то есть, чистую правду факта. Подрыв закона с двух сторон, юридической и прагматической, позволит во время этих выборов прессе быть свободнее и раскованнее, редакторам, особенно в регионах, перестать затыкать самим себе рот, и, в конце концов, глядишь, правоту подвергающих сомнению репрессивные нормы законодательства депутатов подтвердит Конституционный суд России. Года эдак через 3-4.

XS
SM
MD
LG