Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Предвыборная кампания в России: кандидат Путин открывает свой штаб, кандидат Хакамада заявляет, что не борется за проценты


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспондент Радио Свобода Никита Татарский и кандидат в кандидаты в президенты России Ирина Хакамада – с ней беседовал Михаил Соколов.

Андрей Шарый: Кандидат в президенты России Владимир Путин не делает громких заявлений и вообще не производит впечатления человека, озабоченного своей предвыборной кампанией. На регистрацию собственной кандидатуры в ЦИК Путин, занятый более важными делами, как известно, не явился. Единственная новость кампании президента – организация его предвыборного штаба. Разузнать, чем занимается эта организация, получил задание корреспондент Радио Свобода Никита Татарский. Выполнил он задание неожиданно быстро, а отчет получился неожиданно коротким.

Никита Татарский: Согласно сообщениям информационных агентств, избирательный штаб Владимира Путина начал свою работу во вторник 3 февраля. Его возглавил первый заместитель главы администрации президента Дмитрий Козак. Найти координаты штаба кандидата на пост президента Российской Федерации Владимира Путина мне удалось только в пресс-службе администрации президента РФ Владимира Путина. Сотрудники штаба сообщили, что на данном этапе никаких контактов с общественностью и журналистами они не осуществляют, ведь штаб открылся совсем недавно. Из ближайших планов организации известно только то, что в Интернете появится виртуальный вариант избирательного штаба кандидата на пост президента Российской Федерации Владимира Путина.

Андрей Шарый: Ожидает решения ЦИК о регистрации своей кандидатуры и Ирина Хакамада. Хакамада, напомню, начала свою предвыборную кампанию с резкой критики Владимира Путина. Михаил Соколов продолжает серию бесед с кандидатами в кандидаты в президенты России на волнах Радио Свобода.

Михаил Соколов: Ирина, как идет процесс проверки ваших подписей, что слышно из Центризбиркома?

Ирина Хакамада: Из Центризбиркома не слышно ничего, и это хороший признак. Я думаю, что меня зарегистрируют, потому что я собрала 4 миллиона подписей, сдала 2,5 миллиона, осуществив внутреннюю проверку очень строго. Поэтому других оснований кроме политического заказа быть не может.

Михаил Соколов: Иван Рыбкин заявляет, что его сборщиков вызывают сотрудники МВД и ФСБ, требуя отозвать свои подписные листы, отказаться от собственной работы – с вами так не поступают?

Ирина Хакамада: Из регионов - нет, никаких следственных действий не ведется, все подписи сданы. Но знаю, что во время сбора нас отслеживали, смотрели, реально собираем, или занимаемся какими-то другими вещами.

Михаил Соколов: Ирина, а может вас перестали так "заделывать", потому что вы один раз покритиковали Владимира Путина, а потом вот успокоились, про "Норд-Ост" уже не говорите.

Ирина Хакамада: Давайте так: об этом будете спрашивать их.

Михаил Соколов: Вы сделали жесткое заявление по "Норд-Осту", обвинили президента, а потом отказываетесь об этом говорить. Неужели вы испугались?

Ирина Хакамада: Люди пусть послушают либеральную прессу, которая стала верещать во весь голос, что кандидат в президенты должен предлагать позитивную программу, а не заниматься пиаром на крови.

Михаил Соколов: Пресса - "Московский Комсомолец" - передо мной, они даже статьи о кандидатах в президенты, о вас, в частности, поместили под таким большим заголовком -"шапкой" - "Они оттеняли Путина".

Ирина Хакамада: Моя политика связана с тем, что я что-то делаю для народа, то потом обсуждаю это с народом, если ему что-то не нравится, то исправляю ошибки.

Михаил Соколов: Как у вас, кстати, с деньгами? Все время опять же в газетах, смотрю, пишут, что это деньги "ЮКОСа" или по телевидению - "НТВ", программа "Личный вклад", говорит господин Станислав Белковский, кажется, политолог: "Цена проектов "Рыбкин" и "Хакамада" - 10 миллионов долларов".

Ирина Хакамада: Господин Белковский лучше бы пусть объявил свою цену, сколько ему платят за всю ту чепуху, которую он произносит.

Михаил Соколов: А "ЮКОС" вас не финансирует?

Ирина Хакамада: "ЮКОС" не финансирует, не имеет к этому никакого отношения. Компания сейчас испытывает огромные трудности, занимается рынком, и всех акционеров отправила, как вы знаете, в отставку.

Михаил Соколов: Вот 5 физических лиц по вашему отчету, 1 миллион 673 тысячи рублей уже потрачено, это кто вам одолжил?

Ирина Хакамада: Мой муж и еще несколько физических лиц.

Михаил Соколов: У них проблем нет, как у спонсоров Рыбкина?

Ирина Хакамада: Деньги абсолютно светлые, белые.

Михаил Соколов: Сколько процентов вы хотите получить на выборах?

Ирина Хакамада: Я не иду за процентами. Я прекрасно понимаю, что равной конкуренции не будет, открытых дебатов, например, моих и Владимира Путина, не будет. Я должна буду дебатировать с Мироновым, с охранником Жириновского, с кем угодно. Возможности довести мою позитивную программу до народа в той степени, в которой это обеспечивается президентом, у меня тоже не будет. Поэтому любые проценты являются ложью. Но я хотела бы получить максимум из того, что могу, исходя из того, что у меня есть, не для того, чтобы сказать "это голоса за меня", а чтобы сказать: "Видите, сколько голосов? Эти миллионы людей, это люди, которые не будут во всем и всегда соглашаться с властью, понимая, что она делает ошибки, они готовы сопротивляться".

Михаил Соколов: Как вы, кстати говоря, относитесь к заявлению Ивана Рыбкина, который разоблачил неких партнеров по бизнесу президента Владимира Путина - Тимченко, банк "Еврофинанс"...

Ирина Хакамада: Подобные обличения в коррупции непосредственно президента Путина должны иметь доказательную базу. Я считаю, что существует презумпция невиновности, и любые обвинения должны носить характер серьезного расследования. Оно может быть независимым, журналистским, тогда журналисты рискуют своей карьерой. Оно может быть независимым, находиться в рамках правосудия, и тогда это заявители, которые подают документы в суд...

Михаил Соколов: В Басманный, видимо.

Ирина Хакамада: А их нет, потому это невозможно. В любом случае кандидат в президенты, если он хочет получить согласие народа, не должен вести негативную кампанию, тем более, не имея серьезных доказательств, а он должен, прежде всего, нести позитивную кампанию, показывать, чем его программа и то, что он предлагает народу, лучше в сравнении с тем, что предлагает ныне действующий президент. Я не борюсь за пост президента, я борюсь за людей, за объединение голосов и демонстрацию своего протеста, в соответствии с законами предвыборной кампании. Именно поэтому я выступала против бойкота выборов, потому что бойкот ничего не принесет. Все равно 51 процент придет людей, и они проголосуют за Путина. Зато те, кто имеет внутренний протест, не услышат консолидирующей программы, которая отвечала бы желаниям и интересам людей. Это касается и структуры власти, и альтернативного проекта борьбы с коррупцией, и того, как должна быть выстроена судебная система, и того, что нужно делать в Чечне, и как нужно защищать неприкосновенные права человека, и как нужно вообще думать о жизни человеческой. Поэтому для меня ведение кампании очень важно в качестве диалога с людьми.

XS
SM
MD
LG