Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Авиасалон в Ле Бурже и конфликт России с компанией "Нога"


Программу ведет Владимир Бабурин. Участвуют корреспондент Радио Свобода во Франции Семен Мирский и экономический обозреватель журнала "Компания" Алексей Зайко.

Владимир Бабурин: В северном предместье Парижа Ле Бурже продолжает свою работу 45-й авиакосмический салон, и проходит он на этот раз под знаком обострившейся конкуренции между двумя гигантами гражданского авиастроения, американской фирмой "Boeing" и европейским консорциумом "Airbus". Открытие салона ознаменовалось подписанием беспрецедентной сделки. Авиакомпания Арабских Эмиратов заказала у "Airbus" в общей сложности 41 лайнер, включая 22 самолета серии "А-380" – они предназначаются для рейсов дальнего следования и берут на борт до 550 пассажиров. Сообщает корреспондент Радио Свобода во Франции Семен Мирский:

Семен Мирский: Дуэль "Boeing" - "Airbus" началась не в салоне Ле Бурже, но именно здесь она достигла сейчас своего апогея. Заказав 41 самолет европейского авиастроителя на общую сумму более 12 миллиардов долларов авиакомпания Арабских эмиратов разместила таким образом самый большой в истории заказ, но. как явствует из заявления, сделанного в Ле Бурже, представителем "Boeing", американский гигант не собирается капитулировать. Те же эмираты подтвердили, что они покупают также 26 лайнеров фирмы "Boeing", разница, однако, в том, что заказ на "Boeing" – старый, в то время, как "Airbus", которые будут поставлены заказчику в 2006-м году, заказаны именно сейчас.

Заказ столь крупной партии самолетов тем более поразителен, что со времени событий 11 сентября международный пассажирский транспорт находится в глубоком кризисе. К угрозе терроризма добавился еще один негативный фактор - атипичная пневмония, тоже ударившая по гражданской авиации, ибо резко сократилось число полетов в Китай и Юго-Восточную Азию. Тем не менее, как видим, Дубай покупает лайнеры на много миллиардов долларов. Не исключен и выход из кризиса также и в сфере запуска искусственных спутников гражданского назначения. Как заявил в Ле Бурже генеральный директор Европейского космического консорциума "Ариан Эспас" к концу текущего года фирма сможет представить сбалансированный бюджет, преодолев неудачу запуска в декабре прошлого года тяжелой ракеты-носителя серии "Ариан", способной вывести на орбиту телкоммуникационные спутники общим весом в 10 тонн.

Но 45-й авиасалон в Ле Бурже стоит не только под знаком преодолении тех или рных кризисов, но и под знаком кризиса вполне реального, выхода из которого пока не видно - речь идет о кризисе во франко-американских отношениях. Самым ярким проявлением этого кризиса является тот факт, что США, традиционно самый интересный и динамичный гость салона, на сей раз показывают свою технику только на земле, а не в воздухе.

Утешение можно найти в славном юбилее. В Ле Бурже выставлена точная копия американского самолета, испытанного в 1903-м году первопроходцами авиации братьями Райт, построившими самолет из брезента, натянутого на деревянную раму, который 100 лет назад поднялся в воздух на 59 секунд, покрыв за это время расстояние в 260 метров. Пилот самолета конструкции братьев Райт управлял летательным аппаратом, лежа на животе, а пропеллер вращался над его головой. Здесь же, в Ле Бурже, представлен и сверхзвуковой лайнер "Конкорд", совершивший несколько дней назад свой последний оплот и ставший музейным экспонатом.

Жизнь романтического самолета, как его назвал один французский обозреватель, в полном соответствии с канонами романтизма оказалась бурной, короткой не лишенной трагического измерения. Но как раз судьба "Конкорда" показывает, что и технический прогресс - это не всегда прямая, неукоснительно устремленная в будущее линия развития. В прогрессе тоже бывают передышки и даже моменты регрессии. Нынешний авиакосмический салон в Ле Бурже стоит под знаком таких вот, столь противоречащих друг другу тенденций.

Владимир Бабурин: В этом году Россия участвует в авиасалоне в Ле Бурже практически виртуально. Это проспекты, модели и лишь один настоящий самолет, сделанный частной фирмой, потому что опять со своими претензиями к российскому правительству выступила швейцарская фирма "Нога". Напомню, что в прошлом году российским самолетам пришлось практически бежать из Ле Бурже. Чуть позже по той же причине Россия отказалась от участия в авиасалоне в Великобритании в Фарнборо. Сейчас на линии связи с нами экономический обозреватель журнала "Компания" Алексей Зайко. Алексей, существует ли возможность все-таки каким-то образом решить проблему российского правительства и швейцарской фирмы "Нога"?

Алексей Зайко: Я для начала дополню ваш список претензий, то есть, та охота, которую развернула "Нога" за российскими самолетами - это только часть борьбы, которую "Нога" ведет с Россией за возврат предоставленных в свое время товарных кредитов. Они пытались арестовать платежи, которые Россия должна была получить по известному контракту - это поставки урана в США, но американские суды заблокировали эту попытку. Пытались арестовать даже президентский самолет, пытались арестовать сумму залога, внесенную за Павла Бородина в Швейцарии. То есть, они пытались арестовать все, что только возможно, что принадлежит российскому государству. Причина одна: то, что в свое время был неправильно составлен контракт, точнее, он был составлен в спешке или же под воздействием субъективных обстоятельств. В результате Россия оказалась лишенной так называемых иммунитетов, которыми обладает любое государство в отношениях с коммерческими фирмами, а стала просто обычной стороной в арбитражном споре. Что касается перспектив решения проблемы - долгов у России, как известно, много и все они как-то решаются. Через Парижский клуб, через Лондонский клуб, через договоренности непосредственно с правительствами тех или иных стран. Достаточно вспомнить прошлогоднюю сделку по урегулированию долга с Чехией, когда РАО ЕЭС путем достаточно нестандартной схемы выкупило большую часть этого долга. Ничего - урегулировали. Так что, вопрос заключается в том, чтобы были созданы такие условия, заложены, так скажем, в правительственном постановлении о решении этого вопроса, при которых чиновникам стала бы выгодна эта сделка. У них там есть возможность немножко заработать. Ничего не сдвинется, это очевидно, потому что если эта история тянется 10 лет, и 10 лет ничего не происходит, значит, просто-напросто нет никакой выгоды конкретному чиновнику этим заняться. Как только эта выгода появится, появится чиновник, который этим займется.

Владимир Бабурин: Алексей, тогда поясните пожалуйста, еще в 1997-м году, почти 6 лет назад, Арбитражный суд в Стокгольме уже решал проблему России с фирмой "Нога", были тогда предъявлены иски России на 650 миллионов долларов, это было 300 миллионов прямого ущерба, а также упущенная выгода и моральный урон, и стокгольмский суд согласился тогда с аргументами российской стороны, что Россия ничего не должна фирме "Нога". Более того, Россия даже пыталась доказать, что, наоборот, "Нога" задолжала российской стороне, поскольку Россия поставляла нефть и нефтепродукты с опережением графика, в то время, как "Нога" задерживала поставки соответствующих товаров по бартерной системе. Одновременно Россия фирму "Нога" кредитовала. Тогда фактически две стороны разошлись миром, по нулям, за исключением одного эпизода: тогда стокгольмский суд присудил выплатить около 50 миллионов - 22 прямой ущерб. и набежавшие проценты, вот откуда этот прямой ущерб взялся?

Алексей Зайко: Прямой ущерб был связан, в первую очередь, с тем обстоятельством, что Россия вышла из контракта с нарушением обязательств. Как только Силаев ушел в отставку, на следующий день Черномырдин стал премьером, и сразу же все поставки по контракту были прекращены, хотя там закладывались обязательства о заблаговременном предупреждении партнера о прекращении поставок. То есть, наши нарушили, конечно, в этом отношении свои обязательства. Но в целом контракт был, что называется, прямо скажем, нестандартным. Обычно в таких сделках существует фирма-посредник, которой правительство той или иной страны получает исполнять данный контракт. там посредника никакого не было, только министерство сельского хозяйства России, и это, соответственно, делало ответчиком в судах все государство. И, во-вторых, сделка не была гарантирована ни одним банком. То есть, опять-таки, у компании "Нога" не было возможности получить свои деньги с какой-либо стороны иной, кроме как российское государство. Единственный банк, который мог тогда в России эти гарантии предоставить был "Внешэкономбанк", но он подчинялся союзному правительству, и, конечно, подыгрывать российскому правительству, которое находилось в оппозиции, не стал бы. Поэтому сделка была проведена таким образом.

Владимир Бабурин: Все-таки достаточно трудно понять, вот вы говорили о некоем чиновнике, которому пока это невыгодно, вот все-таки почему так упорствует российское правительство, сталкиваясь ежегодно с такими унизительными для российских экспортеров ситуациями?



Алексей Зайко: Как этот вопрос решается в правительстве – есть, например, в графике работы у Министерства финансов, у Росвооружений, у кого-то еще пункт - "выставка". Все помнят о прошлогодней истории, помнят, что Министерству финансов дано распоряжение - решить эту проблему, провести переговоры, заключить соглашение о реструктуризации, или о выплате, и так далее. Это распоряжение где то существует. На какого-то чиновника исполнение записано. Подходит срок, чиновник приходит, говорит: "Не договорились мы с Гаоном. Гаон требует слишком много. Нас эти условия не устраивают". Все остальные, которые готовились к выставке, оказываются в положении не самом приятном. Вопрос заключается, по большому счету, в следующем: до тех пор, пока у правительства не будет действительно серьезного стимула для решения этой проблемы, пока не зависнут где-то действительно серьезные деньги, арестованные "Ногой", до тех пор ничего не сдвинется. А пока удавалось в действительности россиянам отбить практически все эти иски в судах, когда арестовывали какие-то конкретные активы за рубежом. Та же ситуация с парусником "Седов", с арестом счетом дипредставительств во Франции, с попытками ареста залога за Бородина, и так далее - все эти суды были выиграны российской стороной. Если бы один из них был проигран, тогда это был бы действительно скандал, а так это мелкое досадное обстоятельство - ну что, опять не поедем.

Владимир Бабурин: Алексей, ведь от неучастия в таких выставках, как выставка в Ле Бурже, или участия в таком виде, в каком Россия в этом году участвует, теряется не только престиж. Вы можете как экономист оценить упущенную Россией выгоду? Потому что не подписываются контракты, проходят вперед конкуренты. Следующая выставка будет в какой-нибудь другой стране, скажем, в Арабских эмиратах, пропустила Россия выставки в Фарнборо и Ле Бурже практически – там уже были заключены какие-то контракты, которые России не позволят на следующей в ставке компенсировать, порядок потерь вы можете назвать?



Алексей Зайко: Порядок потерь оценить сложно. Дело в том, что обычно идут контракты со сроками 3-5 лет исполнения, и насколько повлияло неучастие в выставке - будет ясно через указанное время. Что касается вообще влияния выставок на оружейный бизнес, то без участия в них очень сложно убедить партнеров в надежности себя. как поставщика. Если ты не можешь доставить товар в определенную точку, в определенное время, в определенном качественном состоянии - это никак тебя не характеризует с положительной стороны. Это, конечно, проблема, и здесь возможны очень серьезные, конечно, потери. Но, с другой стороны, у России основные авиатехнические контракты с Китаем и Индией. Для них вот Фарнборо, Ле Бурже - нерепрезентативно. Если Индия говорит о том, что хочет что-то купить, к ним прилетят эти самолеты, им покажут все в Индии, это не проблема.

XS
SM
MD
LG