Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый иск французской ассоциации держателей царских займов


Программу ведет Андрей Шароградский. Участвуют корреспондент Радио Свобода в Париже Семен Мирский и экономический обозреватель РС Иван Трефилов.

Андрей Шароградский: В парижском суде высшей инстанции состоялись слушания по иску французской ассоциации держателей царских займов к международным рейтинговым агентствам "Moody's" и "Standard&Poor". По мнению адвокатов ассоциации, при определении кредитного рейтинга России агентства оставили без внимания распространенную в октябре 1996-го года информацию о том, что Россия является должником по кредитам, полученным в свое время у французских инвесторов. Представители ассоциации считают, что были ущемлены ее интересы, и требуют компенсации ущерба в размере 2 миллиардов 700 миллионов евро. Окончательный вердикт по этому делу будет вынесен 6 апреля. Напомним слушателям Радио Свобода, что именно представляют собой царские займы. Слово Семену Мирскому.

Семен Мирский: Первые, самые старые, облигации так называемых царских займов датированы 1867-м годом. Вспомним, что за 6 лет до названной даты в России было отменено крепостное право. Страна модернизировалась, шла в Европу и как в воздухе для дыхания нуждалась в иностранных инвестициях. Франция представлялась идеальным кандидатом на эту роль. Тем более, что после франко-прусской войны 1870-го года, в которой Франция потерпела поражение, альянс с Россией стал важнейшим фактором европейской политики Парижа. Наполеоновская эпопея и пожар Москвы были отодвинуты в коллективной памяти на задний план, а дружба между Францией и Россией представлялась вечной и нерушимой. На этом фоне легче понять тот невероятный энтузиазм, с которым население Франции, причем не только богачи, но и люди вполне скромного достатка, начали покупать за полновесные золотые франки облигации российских займов, гарантированных царской властью. Индустриализация России была немыслима без достойной этого названия сети железных дорог. Не будет преувеличением сказать, что до начала Первой мировой войны большая часть построенных в России железных дорог построена на деньги, полученные от займов, размещенных во Франции. По имеющимся оценкам, в названный период приблизительно четвертая часть всех французских сбережений была вложена в облигации этих самых царских займов.

Но потом наступили известные события. В январе 1918-го года Ленин отказался признать долги, числившиеся за правительством царской России. В 1924-м году Франция официально признала Советский Союз, с той, правда, оговоркой, что граждане Франции, являющиеся держателями облигаций российских займов, сохраняют право на их реализацию. Но слова эти остались мертвой буквой до событий, последовавших после падения советской власти и развала СССР. Первая попытка урегулирования столетнего спора между Парижем и Москвой была предпринята в 1992-м году, когда между двумя государствами был подписан договор, статья 22-я которого посвящена проблеме царских займов. За этим договором, являющиеся базовым документом, последовали еще три соглашения - 1995-го, 1996-го и 1997-го годов. В соглашении 1996-го года Россия обязалась выплатить по облигациям, находящимся в руках граждан Франции, глобальную сумму в 400 миллионов долларов. И правительство Франции, в лице своего тогдашнего посла в Москве Колена Де Вердьера, поставило под этим соглашением свою подпись. Но объединение держателей акций считает, что истинный долг России, с учетом набежавших за 100 лет процентов, исчисляется не миллионами, а миллиардами долларов. Так что на уровне государственном конфликт, казалось бы, исчерпан, но держатели акций, судя по новому иску, пока еще не сложили оружие.

Андрей Шароградский: Россия отвергает любые попытки вернуться к обсуждению проблемы так называемых царских долгов. В Москве считают, что все взаимные финансовые и имущественные претензии сторон уже урегулированы межправительственными соглашениями. Рассказывает экономический обозреватель Радио Свобода Иван Трефилов:

Иван Трефилов: Российские власти не видят никаких юридических оснований для пересмотра договоренностей с Францией об урегулировании проблемы царских долгов. До середины восьмидесятых годов прошлого века Советский Союз вообще отказывался обсуждать эту тему с иностранными держателями ценных бумаг русских займов. Однако с началом перестройки министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе и британский премьер Маргарет Тэтчер достигли первого, тогда еще секретного соглашения, которое, по сути, признавало существование взаимных претензий. Несмотря на то, что французские кредиторы требовали от Москвы возврата нескольких десятков миллиардов долларов, правительства двух государств сошлись на гораздо меньшей сумме. В 1997-м году премьер Виктор Черномырдин добился подписания соглашения, в соответствии с которым Россия обязалась выплатить Франции всего лишь 400 миллионов долларов. К середине 2000-го года платежи закончились, после чего, по мнению российских властей, проблема царских долгов была полностью ликвидирована.

С тех пор позиция Москвы не изменилась. Последний раз Министерство иностранных дел России заявило об этом после того, как французская ассоциация держателей облигаций русских займов пыталась арестовать экспонаты государственного Эрмитажа, выставлявшиеся в Париже летом прошлого года. Департамент информации и печати тогда сообщил, что Россия считает неприемлемыми любые попытки вернуться к вопросу о так называемых царских долгах – условия подписанного соглашения выполнены, деньги перечислены, таким образом, теперь удовлетворение претензий кредиторов становится исключительно внутренним делом французских властей. Последние, кстати, с таким тезисом вполне согласны – официальные французские представители неоднократно заверяли Москву в том, что Франция в полном объеме выполнит взятые на себя обязательства и самостоятельно урегулирует все претензии, в том числе и частных владельцев дореволюционных ценных бумаг.

Пока любые попытки держателей царских облигаций увеличить суммы взысканных с России средств заканчиваются неудачей. Но если судебные решения окажутся в пользу французской ассоциации, Москва может выдвинуть встречные требования. Во время первой мировой и гражданской войн десятки, если не сотни тонн российского золота осели в банках Франции, США и Японии. Кроме того, после революции Россия лишилась немалой доли зарубежной недвижимости. Стоимость этих активов, как утверждают эксперты, вполне сопоставима с объемами российского внешнего долга. Не исключено, что ответные претензии России уже были учтены в подписанном шесть лет назад соглашении. Но если французская сторона по какой-либо причине пересмотрит его условия, было бы логично, по мнению специалистов, вновь вспомнить о восстановлении прав на российскую собственность, которую страна потеряла после октябрьской революции.

XS
SM
MD
LG