Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Игорь Клементьев


Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович: В Петербурге в эти дни проходит форум, посвященный 85-летию государственной системы дополнительного внешкольного образования детей. Любят в России даты и громкие слова. На фоне торжеств в Стрельне, теперь знаменитом на весь мир, так как там расположена резиденция президента Путина, пригороде Петербурга, на улицу выгоняют единственный центр помощи детям-инвалидам и сиротам "Свет надежды", который как раз и занимался внешкольным образованием, как принято говорить, социально незащищенных слоев юного населения России. Почему же возможны такие двойные стандарты? Об этом мы поговорим с нашим сегодняшним гостем, директором центра "Свет Надежды" Игорем Клементьевым.

Игорь Николаевич, я сначала хотела спросить, так как ваш центр также работает с такими, как сейчас принято называть социально-исключенными слоями, как дети-сироты, дети-инвалиды, в российском обществе они достаточно тяжелую переживают жизненную позицию, потому что не могут осуществлять свои какие-то нормальные права, скажите пожалуйста, вот тот европейский проект "Тетрадь", о котором рассказывала наш корреспондент Татьяна Вольтская (Смотри материал: Проект "Тетрадь") - если бы вам предложили, как центру, присоединиться к нему, вы бы поучаствовали в нем?

Игорь Клементьев: С удовольствием бы поучаствовал. Я считаю, что проект очень нужный и интересный.

Татьяна Валович: В этом проекте, вернее, это такая действительно тетрадь, как дневник, есть такая строка: "Я мечтаю: ..." Люди должны записывать, о чем они мечтают, что бы вы записали в этой графе?

Игорь Клементьев: Как это ни странно, я мечтаю о том, чтобы такие центры, как тот, который я возглавляю, не были нужны, по крайней мере, у нас в стране, чтобы у нас с детьми все было хорошо.

Татьяна Валович: Расскажите немного об истории создания центра, потому что он ведь работает уже больше семи лет, и чем вы конкретно занимаетесь, какие у вас существуют программы, кто участвует в осуществлении этих программ?

Игорь Клементьев: История создания центра такова. Я сам в детстве был ребенком-инвалидом, отлично понимаю, насколько тяжело приходится таким детям. Наблюдал, как во время перестройки страдали дети, сильно, много видел уличных детей, обращались, мне было жалко, старался помочь. Я был не один такой человек. нас сложилась группа людей, жителей Санкт-Петербурга и Стрельни, которые решили организовываться и начать помощь не только детям-инвалидам а сиротам, выброшенным на улицу, детям самой тяжелой категории, может, детей, которая мы считаем, что она самая тяжелая - дети при живых родителях, дети алкоголиков. Наркоманов, которые имеют родителей официально, формально, формально имеют квартиры, либо дома, но фактически они на улице, боятся идти домой, либо не хотят, потому что там условия жизни, существования их, очень страшные, не кормят, негде спать, скандалы, драки и прочее. Эти люди побираются по помойкам, мальчики очень рано уходят в криминальную среду, девочки на панель. Мы не могли оставаться в стране. В 1996-м году мы начали работу с такими детьми, и в 1997-м официально зарегистрировали юридическое лицо Центр помощи детям инвалидам и детям-сиротам "Свет надежды". В итоге мы стали помогать не только детям-инвалидам и детям-сиротам, но вообще всем нуждающимся детям, кто обращался по разным причинам. Стало много обращаться погорельцев с детьми.

Татьяна Валович: Каким образом вы помогаете им, и на какие средства существует центр?

Игорь Клементьев: У нас не было до последнего времени официальных спонсоров. Все эти годы мы работали за счет таких же отзывчивых жителей Петербурга, оказывалась помощь детям, то есть проходил сбор вещей, когда обращались, проходили сборы средств, еды для проведения благотворительных мероприятий, которые у нас постоянно проходят, мы проводим благотворительные елки, первая елка у нас традиционно проводится рождественская для детей-инвалидов, дальше для малообеспеченных, уличных и прочих кризисных.

Татьяна Валович: Для всех этих мероприятий, безусловно, необходимо помещение, где они проводились бы, мероприятия с детьми, и вот та помощь, о которой вы говорите, сбор каких то вещей - где территориально располагался центр?

Игорь Клементьев: В Стрельне, во дворце князя Александра Дмитриевича Львов,а в помещениях дворца, мы, конечно, не весь дворец занимаем, только на первом этаже порядка 260 метров занимаем в общей сложности, там работаем с 1997-го года, с момента буквально регистрации, через один-два дня мы сразу подали заявления о заключении с нами договора аренды. Тогда нам хотели помочь американские благотворительные общества, в том числе фонд, организованный Хиллари Клинтон, был представитель, который у нас вошел в совет директоров изначально, при регистрации он пытался беседовать с КУГИ, о том, откуда будут средства, что мы, в общем, будем ремонтировать дворец, но его не слушали, и в договоре аренды нам отказали. После этого мы еще подавали, потом нам просто не отвечали. Вступались различные организации международные и московские, и другие, КУГИ как-то отписывалась, но в нашу пользу за все эти годы они так и не решили. Все эти годы мы добиваемся договора аренды с поддержкой различных организаций аренды, не получаем, лицензий из-за этого получить не можем, не можем полноценно работать с детьми, тем не менее, полноценно работаем, в меру своих сил и возможностей.

Татьяна Валович: Насколько я понимаю, сейчас сложилась совершенно парадоксальная ситуация, к вам должны прийти приставы и просто силой выселить из помещения которое вы занимаете?

Игорь Клементьев: Да, недавно мне вручили документ о выселении, о том, что завтра будет проведено выселение, с 10 утра, причем без предоставления альтернативной площади. Просто на улицу нас хотят выкинуть.

Татьяна Валович: Игорь Николаевич, как раз ваш центр, если можно так сказать, лишается жилищных условий, которые худо-бедно у него было. То есть, вы становитесь бомжами. Вы упомянули, что КУГИ уже не раз выставляло к вам претензии, почему именно к вам? Ведь во дворце Львова существуют не только ваш центр, но и другие учреждения, какова их судьба – их тоже выселяют?

Игорь Клементьев: Пока что нет. Там существует еще на втором этаже детская музыкальная школа, но КУГИ, видимо, считает, что там достаточно будет приказа сверху, чтобы они ушли сами. Мы же, как организация общественная, никому не подчиняемся, поэтому нас нужно выселять силой, по их мнению.

Татьяна Валович: Игорь Николаевич, я знаю, что, в общем-то, ваша история тянется довольно давно и связана с Германом Грефом. Ныне это министр экономического развития и торговли России, раньше как раз он возглавлял КУГИ, и в связи с тем, что Стрельна и дворец Львова, где вы находитесь, представляют такой достаточно лакомый кусочек для многих, кто хотел бы занять это красивейшее здание, возникла идея построить там центр, по-моему, для немцев российских. Что это за история, и действительно имеет ли к ней какое-то отношение Герман Греф, как пишут некоторые средства массовой информации?

Игорь Клементьев: Да, это было в прошлом. Сейчас, по моему мнению, Герман Оскарович Греф к этому уже отношения не имеет, но раньше имел, когда он был здесь заместителем председателя КУГИ, позже председателем КУГИ, естественно, были подписаны документы о сдаче помещений дворца в аренду объединению "Нойдорф-Стрельна" для создания там немецкого клуба, ресторана и еще каких-то непонятных структур. Нас тогда тоже собирались выкинуть на улицу. Тогда за нас вступился крупнейший немецкий еженедельник, который выходит почти во всех странах мира, стал на нашу сторону, когда изучил вопрос против Грефа, против позиции КУГИ и против позиции "Нойдорф-Стрельны", за то, чтобы оставить детский центр, как это делается во всем мире, все самое важное и нужное детям отдается.

Татьяна Валович: Но если бы вам предоставили другое помещение, в котором ваш центр мог бы существовать, вы бы переехали?

Игорь Клементьев: Да, мы бы переехали, если бы нам предоставили помещение, достаточное для необходимой работы с детьми, которую мы делаем, то есть, главное не прекратить работу. Желательно, конечно, чтобы помещение было в Стрельне, или, как минимум, в этом районе, потому что лишать вот детей, с которыми мы занимались столько лет, этой поддержки, помощи, занятий бесплатных, кружков и студий, на платные они многие пойти не могут, просто, я считаю, грешно.

Татьяна Валович: А что, вы предпринимали какие-то шаги для того, чтобы отстоять свою позицию, обращались ли в суд, обращались ли к каким-то административным ресурсам?

Игорь Клементьев: Да, мы обращались в КУГИ, подавали заявление на аренду, первый раз вынесли решение отдать организации "Нойдорф-Стрельна", второй раз просто не ответили на наше заявление. Различные организации, которые знали ситуацию, и московские, и международные, обращались к прежнему губернатору, в основном, там были только отписки, тоже вопрос не решался в нашу пользу, подписи населения были собраны, родители именно родители порядка 1000 подписей стреленских, было, я сам лично послал прежнему губернатору - ответа не получили. Там было ходатайство сдать в аренду нам и подписи. Вот примерно так.

Татьяна Валович: А в суд не пытались обратиться на бездействие КУГИ в разрешении вашей ситуации?

Игорь Клементьев: Я пробовал, но у нас нет средств, все средства личные я истратил с самого начала, спонсора у нас до последнего времени не было, нечем было платить юристам, в общем, не пытались пока. Мы, единственное, подавали в суд на опротестование решения о нашем выселении, но проиграли, последний суд состоялся даже без приглашения истца. Я был как истец представителем центра "Свет надежды", опротестовывали мы наше выселение, но провели суд, не пригласив истца.

Татьяна Валович: То есть, сейчас у КУГИ есть законодательная база, чтобы вас выселить, так как вы, как я понимаю, так как с вами не был заключен договор об аренде, не платили за это помещение. Что же будет дальше с центром?

Игорь Клементьев: Если нас завтра выкинут на улицу, просто центр полностью прекратит свою работу.

Татьяна Валович: Какое количество человек работает в центре?

Игорь Клементьев: Немного, обычно 7-8 человек, все кроме меня инвалиды. Я сейчас не инвалид, не имею группы. Детей на кружках порядка 50 у нас, на бесплатных, благотворительных. На мероприятиях мы охватываем очень много. На бесплатные рождественские елки, в зависимости от количества собранных, сформированных подарков, бывает от минимум 250 до 500 детей каждый год.

Татьяна Валович: Игорь Николаевич, вот обсуждение итогов губернаторских выборов занимает центральные полосы питерских газет и отмечается, что жизнь поставит перед губернатором очень много проблем. Не хотите ли и вы поставить перед новым губернатором свою проблему с вашим выселением?

Игорь Клементьев: Да, конечно, новый губернатор - наша последняя надежда. Весь наш коллектив, родители детей, с которыми мы занимаемся, все надеются, что Валентина Ивановна примет решение в нашу пользу, и мы будем продолжать работать, либо нам дадут нормальное, подходящее для работы помещение.

Татьяна Валович: А вы не обратились к Валентине Матвиенко, когда она была еще действующим полпредом президента, когда не ушла в отпуск со своей проблемой?

Игорь Клементьев: Я обратился уже во время выборов, к сожалению, поздновато, но так получилось. И заявление, наше письмо, два письма в адрес Валентины Ивановны были посланы.

Татьяна Валович: А ответы были?

Игорь Клементьев: Пока еще нет, не успели. Там ответ в течение месяца, месяц еще не прошел.

Татьяна Валович: Как вы планируете все-таки дальнейшую свою судьбу, если и новый губернатор, у которого очень много будет дел, в ближайшие месяцы не сможет оперативно отреагировать на вашу проблему?

Игорь Клементьев: Ну, если наш центр выкинут на улицу, значит, временно работа будет остановлена, будем что-то искать, конечно, но удастся ли найти - очень сложно сейчас найти помещение для работы, и даже если мы его найдем, это не значит, что нам его сдадут в аренду.

Татьяна Валович: Но за это время дети, которым вы оказывали помощь, опять окажутся на улице, и опять они отвыкнут проводить время в помещении...

Игорь Клементьев: Да, они будут лишены вот этого проведения нормального досуга, будут лишены помощи. пусть не очень большой, но все-таки существенной для них помощи. Они всего этого будут лишены на неопределенный период. Может быть, наша организация закроется, по крайней мере, в этом регионе. если у нас не будет помещения.

XS
SM
MD
LG