Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Алексей Крузенштерн


Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович: 7 августа Санкт-Петербург будет отмечать юбилей первой российской кругосветной экспедиции Ивана Крузенштерна и Юрия Лисянского. Это не только историческая дата, ведь научное, экономическое значение этой экспедиции трудно переоценить. Казалось бы, юбилей этот для Петербурга, как для морской столицы, да и для всей России, не менее важен, чем прошедший 300-лектния юбилей города. Однако, тем, что в морской столице России все же пройдут мероприятия, посвященные 200-летию первой российской кругосветной экспедиции, горожане обязаны не государству, которое должно было бы быть заинтересовано в напоминании о былом величии России, а группе энтузиастов во главе с потомком адмирала Крузенштерна Алексеем Крузенштерном. Алексей Крузенштерн, член научно-культурного центра "Единство", будет сегодня гостем нашей программы. Алексей Вячеславович, к какой же ветке вы относитесь, как потомок Крузенштерна?

Алексей Крузенштерн: Есть две большие ветви семьи фон Крузенштерн – шведская и балтийская. Собственно, к балтийской ветви я и отношусь.

Татьяна Валович: А в России еще есть потомки Крузенштерна?

Алексей Крузенштерн: По моим данным, в России есть еще потомок Крузенштерна, живущий в Москве Алексей Владимирович Крузенштерн, сохранивший фамилию. В Петербурге есть потомки младшего сына Ивана Крузенштерна Платона, они давно уже утеряли фамилию, это потомки по женской линии, они живут и работают в Петербурге, и есть ближайшие родственники - мой отец, мой сын, вся наша семья.

Татьяна Валович: А в мире?

Алексей Крузенштерн: В мире еще членами семьи Крузенштерн являются 170-180 человек, живущих в 12 странах мира.

Татьяна Валович: Кто-то еще приедет на то празднование 200-летнее юбилея?

Алексей Крузенштерн: На торжества в Петербурге никто не приедет, потому что вся семья соберется в тот же день в Эстонии и сразу после празднеств я с членами семьи сяду в машину и поеду в Эстонию, чтобы в кругу семьи отпраздновать это событие.

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, вы сказали, что достаточно трудно вообще было другим потомкам сохранить фамилию Крузенштерн, особенно в советской России? Ваша фамилия была сохранена, и каким образом это происходило? Или вы потом доказали, что вы – потомок, и взяли эту фамилию.

Алексей Крузенштерн: Нет, наша фамилия всегда, слава Богу, оставалась среди мужчин нашей фамилии, и за это, как я теперь понимаю, огромная благодарность моему деду и моему отцу, потому что они просто сохранили эту фамилию, потому что были другие варианты. Однако, когда мой дед был жив, до 1980-го года, на все мои вопросы об истории семьи, о настоящей связи с Иваном Федоровичем Крузенштерном, или какими-то реликвиями он отвечал просто и понятно: "Знаешь меня, знаешь своего отца и больше ничем не интересуйся". Сейчас, когда я достаточно глубоко изучил историю взаимоотношений семьи Крузенштерн с историей взаимоотношений других крупных балтийских фамилий, таких, как Врангель, Коцебу, Беллинсгаузен, я понимаю, что это было опасно, потому что одна фамилия "Врангель" для советского человека - раздражающий фактор. А семейные связи с Врангелем в нашей семье происходят с начала XVI века.

Татьяна Валович: А Крузенштерн - он все-таки был дворянин, потомки дворянского рода в советской России, в общем-то, тоже...

Алексей Крузенштерн: Да, Крузенштерн - это дворянин Великой Римской Империи, и семья имеет достоверно прописанную родословную с начала XVI века. Наверное, все-таки спасло то, что Крузенштерн не только дворянин, но и национальный герой, и надо сказать, что во времена Иосифа Виссарионовича Сталина, в 50-е годы, издавалось много качественных книг по истории первой кругосветной экспедиции, видимо, тогда этот исторический эпизод использовался как патриотическое воспитание, и, слава Богу, памятник не пострадал во время репрессий, уничтожения памятников. Однако, смешно видеть, что Иван Крузенштерн стоит на набережной лейтенанта Шмидта, и во время КВН в Кадетском корпусе Петра Великого, которым Крузенштерн командовал больше 20 лет, есть такой коренной вопрос, коренной ответ: "Почему у Крузенштерна задумчивое лицо? Потому что он стоит на набережной лейтенанта Шмидта лицом к училищу имени Фрунзе".

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, вы сказали, что семья соберется в Эстонии, действительно Иван Федорович Крузенштерн - Адам Йоганн, он родился в Эстонии, и могила его тоже находится в Эстонии, и в последнее время, к сожалению большому, я встречала такое, что, в общем-то, признают уже не русским его великим адмиралом, первопутешественником, первооткрывателем, а эстонским. Скажите пожалуйста, вот за могилой Крузенштерна кто ухаживает, есть ли там российский Андреевский флаг?

Алексей Крузенштерн: История не так трагична, как некоторые рассказывают. Адам Йоганн фон Крузенштерн действительно родился в Эстонию, он никогда не был эстонцем, он был немцем. Он захоронен в центральном соборе Таллинна - Домском соборе. В этом соборе есть две могилы великих российских адмиралов, это адмирал Грейг, командующий Балтийским флотом, и адмирал Иван Крузенштерн. В той же могиле, где захоронен Иван Крузенштерн, захоронена его супруга. Когда-то, давным-давно, не помню когда, над могилой развевались андреевские флаги. Сейчас их нет. Но на гербе Ивана Крузенштерна есть два андреевских флага, поэтому как бы российское присутствие там есть постоянно. Отношение к Ивану Крузенштерну в Эстонии, во всяком случае, среди тех людей, с которыми мне доводится общаться, безусловно, крайне позитивное. Во-первых, это, наверное, один из немногих, может даже единственный исторический персонаж такого масштаба, который родился в Эстонии, который всемирно известен, хорошо узнаваем во всем мире поэтому эстонцы трепетно и бережно к нему относятся, в частности существует фонд имени Адама Крузенштерна, им руководит директор гимназии, которая расположена в здании имения, и он делает все для того, чтобы сохранялась память, сохранились взаимоотношения, и он, в частности, является главным организатором и идеологом их встречи, которая произойдет 7-8-го в Эстонии.

Татьяна Валович: Хорошо, тогда касательно тех торжеств, которые пройдут седьмого числа в Петербурге. Все же, кто был инициатором празднования 200-летнего юбилея? Может, это выступил Морской совет Петербурга, как морской столицы, или корпус морской? Или географическое общество, которое организовал Крузенштерн?

Алексей Крузенштерн: Я последовательно контактировал со всеми перечисленными организациями, везде я получал полную моральную и психическую поддержку. Но, в городе Петербурге была очень сложная ситуация с праздниками, до недавнего времени, потому что все силы, ресурсы энергия, были привлечены и задействованы на 300-летие города, и совершенно очевидно, что ни у кого не было сил ни о чем другом думать. Однако, я с некоторой немецкой педантичностью писал письма, и по окончанию 300-летних празднований со мной связались люди из администрации полпредства, сказали, что, конечно, это надо праздновать, конечно, есть прямая историческая связь между 300-летием города и 200-летием экспедиции, был сформирован оргкомитет во главе с и.о. губернатором Бегловым, который является председателем морского совета города. В этот же оргкомитет вошел командир Морского корпуса контр-адмирал Демьянченнко, вошли представители Русского географического общества, и буквально за 3,5 недели был подготовлен этот праздник, на который я всех приглашаю 7 августа к 12 часам к памятнику Крузенштерну, и я думаю, что это будет красиво и интересно. Смысл праздника заключался в том, чтобы показать непрерывность истории, потому что для меня совершенно очевидно, что те 100 лет, которые прошли между образованием города и возможностью отправления экспедиции. Это было время накопления сил для России, потому что экспедиция – это очень дорогостоящее предприятие для России, находящейся в состоянии между двух войн, только что сформировавшей новую столицу, это было крайне тяжело. Поэтому мы будем показывать эту историю, и мы будем привлекать к этому молодым. Потому что, в принципе, вопрос в том, чтобы молодые чувствовали, что они живут в морском городе, что это великий морской город, крупнейший морской порт вообще на севере Европы, всем этим надо гордиться пользоваться и развивать.

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, но все-таки три с половиной недели подготовки к такому событию, вот посмотрите, 500-летие Колумба праздновалось всем миром, почему такое отношение России к такому событию, которое, в общем-то, не только для Петербурга, но и для всей России, было важно?

Алексей Крузенштерн: Это болезненный вопрос, думаю, что ответ и жесткий, прямой. У нас нет представления о том, что национальная культура - ее главное национальное достояние, единственное, что требует охраны и защиты, и единственное, что мы создаем. У нас нет этого понятия. В Испании, о которой вы говорите, для тех, кто там не бывал, могу сказать, как человек, там бывавший: национальная культура - это главный приоритет. Они не торгуют национальной культурой, они дают возможность к ней прикоснуться. Мы этого пока не делаем, и на этом очень много теряем.

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, но все-таки вот в пресс-релизе, который получают сейчас все средства массовой информации, записаны высокопоставленные чиновники, которые согласились принять участие, какова же их роль все-таки в том, что будет происходить?

Алексей Крузенштерн: Во-первых, появление высокопоставленных чиновников говорит о том, что им это интересно. Им это интересно, значит, если они проявляют свой интерес, тратят свое время, значит, может быть, они учтут это в проводимой ими политике.

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, но все-таки, как будет выглядеть, как будет проходить празднование 200-летнего юбилея первой кругосветной российской экспедиции, что это будет за праздник, где он будет, для кого?

Алексей Крузенштерн: Праздник будет для молодых людей, в первую очередь, которые хотят служить морю, которые любят фантазировать и мечтать. Мы старались в празднике в программе объединить красоту Петербурга в смысле исторического события и связать все это в единое целое. Праздник начнется на Петропавловской крепости, в Петропавловском соборе, где могилы императоров Петра Первого и Александра Первого. Петра, как родоначальника российского флота, Александра Первого - как императора, отправившего экспедицию, будут возложены памятные знаки. Отсюда красивое символическое знамя в сопровождении знаменной группы, барабанщиков, выйдет на комендантскую площадь Петропавловской крепости и на катерах доставлено будет к памятнику Ивану Крузенштерну. Таким образом, мы как бы символизируем столетний переход от формирования города, от Петропавловской крепости к возможности для России отправления в кругосветные экспедиции. У памятника Ивану Крузенштерну будет происходить красивые символические события, бой барабанов, оркестр, морская музыка, поздравления, в конце церемонии флаг церемониально прибивается к древку, после чего он считается как бы законченным знаменем. И это знамя передается молодым, которые на том же катере отплывают с ним в Кронштадт в место отправления экспедиции, после чего приглашенные гости направляются в Морской кадетский корпус, где бережно сохранили рабочий кабинет Ивана Крузенштерна, и там в зале ученого совета открывается выставка. Выставка - это моя особая гордость. Я об этом хочу отдельно рассказать. К сожалению, мы не можем туда пригласить всех, потому что там не так много времени, не так много места, и это все-таки военное режимное учреждение, но я надеюсь, что эта выставка будет постоянно развернута в клубе военно-морского института и туда уже довольно свободный доступ, и, думаю, можно будет как-то договориться с руководством этого учреждения, чтобы туда могли ходить и интересующиеся посетители. Дело в том, что участники экспедиции были очень образованными людьми, они, кроме того, что были блестящими офицерами, знали несколько языков, были обучены живописи и рисунку. И они нам в наследство оставили очень большое количество иллюстративного материала. Нам удалось, работая со многими архивами, библиотеками, создать 500 иллюстраций участников кругосветной экспедиции, из их дневников подобрать комментарий, потому что многие оставили очень качественные дневники. Таким образом, у нас перед глазами есть практически документальный фильм с субтитрами об этой экспедиции. На выставке будет представлено 10 процентов готовой сверстанной книги. У меня есть пока не разрешенные материальные проблемы, для того, чтобы эту книгу издать - я имею в виду полиграфические расходы и бумагу, но я искренне надеюсь, что привлечение внимания к этому событию облегчит мне работу со спонсорами, и они будут больше понимать, насколько это важно.

Татьяна Валович: Но вообще издать такую книгу, по-моему, издательство должно даже за честь посчитать для себя?

Алексей Крузенштерн: Издательство - это только люди, которые там работают, а эта книга очень дорогая в печати. Там дорогая бумага, там все будет дорогим.

Татьяна Валович: А коммерческого успеха, наверное...

Алексей Крузенштерн: Она, конечно, окупится. Но там исходные вклады очень большие, и не каждое издательство может. Поэтому какую-то часть денег, видимо, надо найти издательству, которое может, надо найти спонсоров, которые поддержат. Но я хочу сказать одно: что первый отчет Крузенштерна о плавании хранится в библиотеке Эрмитажа с надписью Александра Первого: "Хранить вечно, национальное достояние". И я думаю, что в истории память о российско-американской компании, которая в значительной степени финансировала это проект путешествия, сохранилась, по меньшей мере, на 60 процентов только благодаря экспедиции, потому что больше таких весомых следов истории, особенно такого величайшего качества, она не оставила. И те спонсоры, которые сегодня должны понимать, что о Третьякове помнят не как о промышленнике, и никто не знает о нем, как о промышленнике, и о Нобеле все знают только как об учредителе Нобелевской премии, а не как об авторе динамита и крупнейшим нефтедобытчике на Каспии, поэтому пройдет время пройдет 20-50 ле,т и будут помнить только то, что осталось в культуре.

Татьяна Валович: А вот те архивные материалы, которые вы поднимали, в каком они состоянии сейчас? Ведь пройдет, может, некоторое время, и можно потерять те материалы, которые сейчас есть?

Алексей Крузенштерн: Я уже сказал, что, на мой взгляд, единственная задача государства - это сохранение культуры. У нас огромная страна, с огромным количеством архивов, и, конечно, безумный урон нанес ХХ век, урон, который мы восстановить не можем. И события революционной поры, гражданской войны, события Великой отечественной войны... Но те архивы, которые есть, они работают. Не благодаря деньгам, которые там есть, а благодаря людям, которые там работают, которые работают за символические деньги, но с любовью.

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, но ведь в России существует шикарный парусник, красивый, носящий имя "Крузенштерн", вы поддерживаете как-то связь с ним?

Алексей Крузенштерн: Единственная связь, которую я с ним поддерживаю: когда парусник появляется в нашем городе, я всегда прихожу к нему в гости. Я надеялся увидеть их в момент 300-летия Петербурга, но этого не случилось, для них не нашлось места у причальной стенки, как было сказано в официальных сообщениях. Парусник красивый, парусник выдающийся, самый большой парусник в мире, победитель многих регат, российский символ.

Татьяна Валович: А вы не приглашали их на празднование 200-летия?

Алексей Крузенштерн: В тот момент, когда все было решено, как, что будет праздноваться, физически это было невозможно, потому что они участвуют в гонках "Cutty Sark" вместе с кораблем "Надежда", который идет вокруг света по обратному маршруту из Владивостока в Петербург и во Владивосток. Поэтому физически это было уже невозможно, но надеюсь, что они обо всем узнают и нас поздравят

Татьяна Валович: Алексей Вячеславович, вот Иван Крузенштерн был 16 лет директором Морского корпуса он был и воспитанником этого корпуса, гардемарином, и сам знал все тяготы, и когда пришел директорствовать, пытался, во всяком случае, так описывается это в некоторых книгах исторических, сделать все, чтобы искоренить дурные порядки, которые существовали. Вот сейчас можно наблюдать, что в заведениях, где готовят будущих морских офицеров, опять происходит что-то непонятное. Это и дедовщина, и другие разные явления, коррупция, можно ли в таких кадровых условиях подготовить офицеров, которые будут нести морскую славу России?

Алексей Крузенштерн: Ну, во-первых, я смогу отвечать только за то, что видел. Да, Иван Крузенштерн был очень либеральным человеком, особенно для военного. Он отменил впервые на морском флоте телесные наказания. В морской корпус стали принимать детей недворянского сословия. Он написал устав действия кадетского Морского корпуса, который действовал до 1915-го года. Я думаю, что дедовщина, как таковая, была, есть и будет в любой закрытой организации. Все, к сожалению, зависит не только от законов, потому что законы, я думаю, совершенно вменяемые. Все очень зависит от прямых конкретных начальников, в данных конкретных военных учреждениях. То, что сегодня я вижу в Морском военном институте, который называется Корпус Петра Великого - я вижу порядок, который сегодня привносится начальником корпуса адмиралом Демьянченко, вижу ту открытость этого праздника, и то настроение, которое есть. Наверное, среди кадетов возникают проблемы личного характера, но говорить о том, что вот там есть что-то, что вызывало бы отторжение или омерзение, я не могу, и, скорее всего, этого нет. Я еще раз говорю, что все очень зависит от дееспособности, от желания офицеров навести порядок и его поддерживать. Могу сказать только одно: что на корабле Ивана Крузенштерна все питались из одного котла, по той простой причине, что они все были в одной лодке, им некуда было деться, и дедовщины там не было.

XS
SM
MD
LG