Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Геннадий Кабанченко

  • Ольга Писпанен

Ольга Писпанен: По указанию Екатерины Второй в Петербурге были построены дом садового мастера с оранжереями, которые стали неотъемлемой частью исторического центра города да и просто любимым местом отдыха горожан. И вот в городе разгорелся очередной скандал, ситуация с кооперативом "Цветы" все усложняется. Сегодня мы попытаемся разобраться в этом запутанном деле. У нас в гостях Геннадий Павлович Кабанченко – генеральный директор ООО "Базис", приобретший кооператив "Цветы".

Сегодня в десять часов у Смольного состоится пикет кооператива "Цветы", имущество которого был продано 25-го июня по иску налоговых органов. Я знаю, что они обращались за помощью и к полпреду президента в Северо-западном округе Матвиенко, и к Селезневу в Госдуму, и к президенту. Но ответа не получили. Городские СМИ описывает это как продолжение также нашумевших выселения Дома книги, института растениеводства и архива. Так что же на самом деле происходит, расскажите, пожалуйста, вы, как гендиректор предприятия, купившего кооператив "Цветы".

Геннадий Кабанченко: На самом деле, действительно, ОО "Базис" приобрело недвижимость кооператива "Цветы", которое ранее ему принадлежало, приобрело на торгах в законном порядке. Почему-то сейчас обсуждается тема о земле. Но мы приобретали не землю, мы приобретали имущество и бизнес.

Ольга Писпанен: В некоторых статьях указывается, что ваша фирма занимается именно сельхозпродукцией и производством. Вы сохраните именно эти оранжереи, которые двести лет стоят в городе, которые так любят горожане и эти оранжереи, где можно купить дешевые цветы?

Геннадий Кабанченко: На самом деле я являюсь акционером сельскохозяйственного предприятия и членом совета директоров. У нас действительно есть сельскохозяйственный бизнес, поэтому нам, когда мы узнали о том, что продается имущество кооператива "Цветы", нам стало это интересно, и мы его приобрели. Мы уже в течение года на фирме "Выборжец" развиваем это направление. И в принципе сотрудничаем с различными фирмами в цветоводстве. Приобретая кооператив "Цветы", мы, соответственно, рассчитывали на то, что есть определенные теплицы, есть квалифицированные специалисты, которые могут нам оказать помощь в развитии этого бизнеса.

Ольга Писпанен: То есть, получается, сегодня собираются на пикет у Смольного работники этой оранжереи, которые боятся скорее всего потерять свое место? Потому что, куда деваться тем женщинам, которые проработали сорок лет в этом производстве, больше их никуда не примут на работу. Они оставят за собой свое место рабочее?

Геннадий Кабанченко: Я могу однозначно заявить, что на тех объектах, которые мы приобрели, ни одно рабочее место не будет свободным. Даже если в дальнейшем мы решим, что бизнес придется перевести в другое место, и это будет выгодно и рентабельно, ни один человек не останется без работы. Сейчас мы готовы предоставить рабочие места минимум двумстам человек.

Ольга Писпанен: Скажите, откуда тогда огромное количество сообщений в средствах массовой информации о том, что на месте оранжереи все-таки будет застройка элитного жилья?

Геннадий Кабанченко: Это скорее всего информация черного пиара, проводимого руководством кооператива, которое пытается, наверное, представить сложившуюся ситуацию абсолютно в другом свете. На самом деле этот вопрос среди моих компаньонов не обсуждался. Мы не планировали продавать землю, застраивать. Строительного бизнеса у нас нет, у нас есть производство, у нас есть сельскохозяйственное направление, стройкой мы не занимаемся.

Ольга Писпанен: В средствах массовой информации опять же городских огромное количество статей, посвященных защите этой оранжереи, и практически не освящается другая сторона конфликта, то есть "Базис", приобретший эту оранжерею. Вот единственное пришло сообщение, объяснение этой ситуации. Как вы объясните, почему вы не выступаете в свою защиту?

Геннадий Кабанченко: В общем-то я ни от кого не прячусь, я всем доступен, я общался с директором кооператива, оставил своей телефон. Если обращается в газеты, на телевидение, то в принципе, как любой порядочный человек, он может оставить мой телефон и люди заинтересованные в том, чтобы узнать истину и получить информацию с одной стороны, получить информацию с другой стороны, сделать выводы и представить информацию на суд общественности, могли бы позвонить. Я ни от кого не прячусь, я всегда готов придти, побеседовать, даже готов с Константином Степановичем встретиться, обсудить. Хотя мы встречались и обсуждали эту проблему. Я изложил свою позицию, как мы приобрели, почему приобрели, дальнейшее направление развитие бизнеса. Помимо того я встречался также с руководителями отделений кооператива "Цветы", даже встречался с некоторыми членами инициативной группы, которые написали заявление в прокуратуру, чтобы она разобралась в данном процессе и дала им разъяснение по сложившейся ситуации. Я ни от кого не прячусь.

Ольга Писпанен: Вы встречались с правлением кооператива, зачем была эта встреча, почему вы тогда не выяснили все интересовавшие их вопросы и вас интересовавшие вопросы, чем это все закончилось?

Геннадий Кабанченко: Вы так говорите – "приобретший кооператив "Цветы". Мы приобрели всего часть имущества кооператива "Цветы", кооператив "Цветы" как был, так и остается существовать.

Ольга Писпанен: Именно на пересечении Потемкинской и Шпалерной?

Геннадий Кабанченко: Кооператив "Цветы" имеет несколько отделений. Мы приобрели с торгов шесть лотов - это Удельное, Потемкинское отделение, на Космонавтов, Пушкина и Невская. А есть еще отделение, где работает основная масса кооператива "Цветы" – это на Пулковских высотах. На тех объектах, которые мы приобрели, работает, со слов управляющих отделений, где-то приблизительно 260 человек всего, а всего работающих в кооперативе около 600 человек. Поэтому речь идет не о всем кооперативе "Цветы", а о части имущества, которое принадлежало кооперативу "Цветы". Да, я встречался и встречаюсь с членами кооператива, с управляющими отделений, также встречался с членами инициативной группы, которые подали заявление в прокуратуру и подали заявление в Смольненский суд о признании недействительности торгов. Всех интересует два вопроса: первое – то будет с народом в дальнейшем, с членами кооператива, с людьми, которые там работают. И второе – что привело к данной ситуации, почему имущество кооператива "Цветы" оказалось на торгах. Этот вопрос их интересует намного больше. Когда мы приобрели, мы не разбирались в этой ситуации, мы узнали, что проводят торги, мы выставились, дали определенную цену, это более миллиона долларов, и приобрели недвижимость. Когда пошел пиар вокруг этой ситуации, и пиар в том направлении, что якобы мы неправильно приобрели, якобы, так сказать, кто-то нам помогал в этом, мы начали разбираться, что же на самом деле происходит. Оказывается, банальная ситуация – в 90-х годах кооператив "Цветы" поучает бесплатно в бессрочное пользование землю, работает на них, выращивает цветы. А в 2000-м году директор кооператива "Цветы" производит сделку по продажи части земли.

Ольга Писпанен: С ведома членов кооператива?

Геннадий Кабанченко: Как оказывается, без ведома членов кооператива, что он не имеет права делать, согласно уставу. То есть он продает не личное имущество, он продает имущество кооператива "Цветы".

Ольга Писпанен: Продал он землю и что?

Геннадий Кабанченко: Продал он землю, и сразу вопрос возникает – а по какой цене? Члены кооператива правильно задают вопрос – а почему такая цена?

Ольга Писпанен: Речь идет о какой-то смехотворной сумме?

Геннадий Кабанченко: В общем-то да, на момент 2000-го года. На момент продажи этой земли земля на рынке стоила очень дорого, раза в два-три больше, чем та сумма, за которую он продал. Соответственно, это один момент, что он продает не по действительной цене, сколько стоит земля. Но в то же время, если ты продал, то плати налоги с этой земли, ты же получил ее бесплатно. Продаешь за деньги, значит ты обязан платить налоги, но господин Крепкин почему-то не платит налоги с этой сделки, а сделка, ни много, ни мало, составляет 800 тысяч долларов. Хотя реальная стоимость может любая независимая оценочная компания повести оценку на тот момент, и она составит минимум шесть миллионов долларов. Где же разница? Почему так директор распоряжается имуществом, которое не ему одному принадлежит? Да, он является пайщиком в кооперативе.

Ольга Писпанен: И поэтому кооператив "Цветы" был выставлен на торги?

Геннадий Кабанченко: Соответственно. Но помимо того, что он не платил налоги, когда налоговая инспекция ему насчитала налоги, у него было шесть месяцев для того, чтобы уплатить налоги, но он почему-то этого не сделал.

Ольга Писпанен: Геннадий Павлович, до сих пор так и не ясна суть конфликта. Если вы собираетесь и дальше продолжать производство цветов, выращивание, если вы не собираетесь увольнять сотрудников "Цветы", просто смена руководства, смена владельца, откуда тогда такой конфликт?

Геннадий Кабанченко: Я не вижу никакого конфликта. Вся эта ситуация создана единственно директором кооператива "Цветы", который пытается все свои законные, полузаконные действия преподнести в абсолютно ином цвете. Была продана земля, были начислены налоги, была возможность в течение шести месяцев заплатить эти налоги. И господин Крепкин идет по такому пути: он пытается заключить какие-то инвестиционные договора, опять же, не знаю, с ведома или без ведома членов кооператива, и за счет этих денег погасить налоги. Но он не понимает одного: какой инвестор, а там речь шла о сумме в 20 миллионов долларов, какой инвестор даст ему деньги, когда в предыдущей ситуации, когда он продал землю по заниженной цене и потом же, не знаю, с какой целью, он попытался эти сделки обжаловать в Смольненском суде. И в суде прямо сам заявляет, что не было никакого собрания, что я сам написал решение, сам предоставил в государственные инстанции, на основании чего была произведена регистрация сделки купли-продажи. Но здесь у меня возникает вопрос, по-моему, не только у меня, он должен возникнуть в правоохранительных органах.

Ольга Писпанен: Всю эту историю в СМИ называют именно таким модным словом – "искусственное банкротство".

Геннадий Кабанченко: Да нет, здесь нет никакого искусственного банкротства. Здесь постоянно звучит – мы купили кооператив "Цветы". Мы не купили кооператив "Цветы", мы купили часть имущества кооператива "Цветы".

Ольга Писпанен: Вы купили недвижимое имущество, а движимое, что будет с растениями, что будет с рассадой, с тем, что запущено в производство?

Геннадий Кабанченко: Вы хотите спросить, какие дальнейшие план у нас и какова судьба кооператива "Цветы"?

Ольга Писпанен: Вообще это единственное, что волнует всех, кто соберется сегодня у Смольного.

Геннадий Кабанченко: На данный вопрос я могу ответить так: больших планов мы не строили, мы пока изучаем все это. Мы смотрим рентабельность, изучаем бизнес. Судьбу будем решать только совместно с трудовым коллективом, только со специалистами. Если мы придем к выводу, что нужно переносить на какие-то площади, или на наших же площадях, которые мы имеем в агрофирме "Выборжец", и возводить новые теплицы, принимать новые технологии. Потому что на данный момент кооперативе "Цветы" все запущено, там каменный век. Мы купили в принципе кусок ржавого железа и стекла. Преподносится абсолютно другое – якобы кооператив "Цветы". Вся Европа уже работает в абсолютно другом времени, абсолютно по другим технологиям. Все новые технологии у нас присутствуют на агрофирме "Выборжец". Все члены кооператива, которые на тех объектах, которые мы выкупили, они могут подъехать и своими глазами увидеть то, что у нас есть и то, что будет у них в дальнейшем. Могу заявить – все рабочие места будут сохранены.

XS
SM
MD
LG