Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Давид Голощекин

  • Ольга Писпанен

Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Ольга Писпанен: У нас сегодня в гостях Давил Голощекин. В Петербурге в Государственной филармонии джазовой музыки в эти дни проходит десятый юбилейный фестиваль "Свинг белых ночей", основателем и директором которого вы являетесь. Но совсем недавно в Петербурге прошел еще один джазовый фестиваль, и даже, кажется, первый, в Петропавловской крепости – у вас появились конкуренты?

Давид Голощекин: У нас не может быть конкурентов. Джаз это не бизнес, на самом деле. Конкуренты могут быть там, где есть деньги. Здесь конкурировать совершенно не за что, поэтому я считаю, что эта конкуренция - это даже хорошо. Чем больше джазовых фестивалей, тем больше публики будет втянуто в джаз, потому что это искусство еще во многом закрыто для нашего общества, поэтому я не против.

Ольга Писпанен: То есть, это все-таки, вы считаете, элитарная музыка?

Давид Голощекин: Да. Другой вопрос – какой фестиваль, каково содержание и направление, это уже другой разговор. Здесь не конкуренция, а здесь содержание и уровень фестиваля. Он определяется не именами, а содержанием, отношением музыкантов к тому, что они играют, или организаторов, которые предлагают музыку. Здесь у нас большая разница.

Ольга Писпанен: Каково содержание вашего фестиваля, что вы предлагаете именно в этот юбилейный десятый фестиваль?

Давид Голощекин: Наш фестиваль не сравнить ни с чем либо другим вообще, даже в мире, можно сказать, этот именно, десятый. Потому что вообще наш фестиваль девять раз подряд проходил, он имел и имеет статус международного, там бывают, как всегда, гости какие-то, знаковые фигуры джазовые из Америки, из Европы, и наши самые лучшие музыканты, и это все нормально. Этот фестиваль, поскольку он десятый, юбилейный, и совпал с юбилеем города, я решил сделать его таким оригинальным и пригласить участвовать в этом фестивале только петербургских джазовых музыкантов. Объясню вам сразу почему. Во-первых, что касается 300-летия Петербурга – какие-то надо делать подарки, люди, живущие в этом городе, должны праздновать, как мне кажется, по своему, гордясь тем, что они - петербуржцы, и так далее. А нам есть чем гордиться. И я подумал, уместно ли будет приглашать звезд каких-то, когда столько прекрасных замечательных своих музыкантов, не раскрытых еще для публики. Не всегда же петербуржцы, не говоря уж о гостях города, знакомы хорошо с петербуржским джазом. Что такое - все знают ленинградский "Диксиленд", конечно, знают меня, естественно, еще, может, два-три имени, и все. А у нас десятки замечательных ансамблей, и поэтому я решил, что нашим подарком городскому юбилею будет наша программа, которая состоит, в основном, из музыкантов Петербурга.

Ольга Писпанен: То есть, в этом году он даже не международный получается, а петербуржский?

Давид Голощекин: Он имеет свой символ, в этом году такой девиз - триумф петербургского джаза, и поверьте, что это действительно триумф. Это один раз. Так мы делаем естественно, потому, что это юбилей, наше приношение Петербургу, и больше мы, конечно, так делать не будем. Но вот вчера прошел первый день выступало семь ансамблей, и там вообще, у нас в первые два дня конкурсные дни на лучшую фестивальную программу и композицию, посвященную Санкт-Петербургу.

Ольга Писпанен: То есть, коллективы даже специально писали?

Давид Голощекин: Это как бы не обязательное условие, это было предложено, и тот, кто захотел, это сделал. И, в конце концов, после концерта жюри подведет итоги, и будет назван победитель с лучшей фестивальной программой и с лучшей композицией, посвященной Санкт-Петербургу.

Ольга Писпанен: А уже есть какие-то лидеры, определились?

Давид Голощекин: Вы знаете, нет, потому что половина только прошла, 14 ансамблей борются, не то что бы борются - конкурируют за этот приз. Это денежный приз, два приза, за лучшую композицию, и за лучшую программу. Скромные призы, в общем, денежные, но это весьма уважительно по отношению к музыкантам. И тем более, понимаете, фестиваль разделился на три части, вот эта конкурсная программа, где борются за эти призы, затем день завтра, где выступают легенды петербургского джаза, включая вашего покорного слугу, Геннадий Гольдштейн, Владимир Лыткин, Эльвира Трафова, Станислав Стрельцов, это люди, которые отдали десятилетия уже джазу в Питере и имеют абсолютное признание во всем мире, и, наконец, шестой и последний день, 6-го, это открытый концерт для всех петербуржцев у Русского музея, на площади искусств где выступят наш появившийся биг-бэнд, новый, большой джазовый оркестр Сергея Гусетинского, где снова прозвучат блистательные саксофоны Геннадия Гольдштейна, 20 саксофонов, ансамбль ленинградский "Диксиленд", это вообще один из первых ансамблей в нашем городе, появившийся, более 45 лет существующий, и ансамбль Канонникова, более традиционного жанра. Все это будет открыто для людей с часу дня, они придут, как всегда, бесплатно для всех, для многих тысяч людей. Это самое главное, пожалуй, событие.

Ольга Писпанен: Это действительно большой подарок городу.

Давид Голощекин: Это триумф петербургского джаза, один раз в жизни я могу такое себе позволить. Теперь придется следующего юбилея ждать, но это долго.

Ольга Писпанен: Много молодежи в джазе?

Давид Голощекин: Да, вы знаете, очень много. Потому-то я и решил сделать такой фестиваль. Если бы не из кого, я бы не стал рисковать так – составлять программу из петербуржцев - но у нас очень много талантливых замечательных музыкантов, и они растут, буквально каждый год появляется кто-то. Я думаю, что это во многом не благодаря таким фестивалям, которые прошли в Петропавловской крепости, а благодаря Филармонии джазовой музыки, которая ежедневно дает возможность музыкантам на своей сцене представить серьезные джазовые программы.

Ольга Писпанен: Кстати, хотелось бы поговорить немножко о самой Филармонии джазовой музыки, в общем, которой вы так же являетесь основателем - как вам удалось зажечь этой замечательной, удивительной идеей государственных чиновников? Потому что это государственная филармония - это практически уникальное явление.

Давид Голощекин: Да, мы находимся на бюджетном финансировании, представляете этого нет нигде, даже в Нью-Йорке... В конце 80-х годов, когда все приходило в упадок, и концертная жизнь, и монополия государства на культуру и искусство, на концертную жизнь распадалась на глазах, я понял, что нам крышка, конец ленинградскому "Диксиленду", который был в системе концертной, моему ансамблю... Десятилетия же работали, сложились ансамбли, в то время, когда невозможно было играть даже, мы играли. Тогда я понял, что надо искать что-то, и мне пришла идея, что надо создавать свою сцену, свой отдельный дом типа джаз-клуба, но все-таки я не хотел, я побывал уже к тому времени на Западе, и джаз-клубовскую атмосферу более свободную, где люди разговаривают, мешают музыкантам – хотел какой-то своей концертный зал. И с этим я пришел тогда в кабинет к Валентине Ивановне Матвиенко, которая была заместителем председателя горисполкома. Она меня приняла, выслушала мои чаяния, быстро их очень поняла, и в итоге отдала распоряжение, вопреки, кстати, председателю горисполкома того времени, который не хотел, хотел дать это ресторану, она настояла на своем и споим распоряжением - 1 января 1989-го года был открыт Центр джазовой музыки, сначала это называлось.

Ольга Писпанен: Давид Семенович, мало того, что вы - народный артист, создатель Ленинградского джаз-клуба, потом еще Государственной филармонии джазовой музыки, директор большого джазового фестиваля уже 10 лет, большой организатор, великий организатор, так вы еще и уникальный музыкант, постоянно концертируете, как вам хватает сил и времени совмещать все эти ипостаси?

Давид Голощекин: На самом деле сложно и трудно, даже сейчас в этот момент я ощущаю эту тяжесть, потому что сейчас проходит фестиваль, и все это на моих плечах, и надо еще играть, например, завтра мое концертное выступление, даже еще не знаю, что играть, как вообще, и так далее. Тяжело, но, понимаете, я такой возложил на себя крест, несу что ли. Музыканты джазовые, они вообще очень хорошие, даже есть замечательные, они знают только свое дело - играть, и сидят, ждут, когда их кто-то пригласит куда-то, и очень обижаются, когда их никто не зовет - это основная сущность музыкантов. А дело в том, что наш жанр - он не терпит такой ситуации. Надо быть еще и подвижником, и проповедником своего жанра, чтобы зарабатывать деньги, чтобы организовывать что-то, где нужен джаз, нужны сцены, никто другой это не будет делать, это будут делать только сами музыканты. В этом смысле я понял еще тогда, в 1988-м году, перед открытием Центра джазовой музыки, что никто больше, ни тетя, ни дядя, ни первый секретарь, ни председатель исполкома не решит за меня мою судьбу, ни директор Ленконцерта. Только я сам. Наступила нова эра. Собственно, я всегда был пропагандистом, это моя вторая специальность, сначала исполнитель, потом пропагандист, вот поэтому что делать, я живу этим, все время, постоянно, даже, когда я дома, или где-то на даче, все равно я в музыке, все время думаю о том, что я буду играть, или я слушаю музыку, или думаю, что я буду организовывать, как сделать фестиваль, как сделать какой-то конкурс, какую программу лучше сделать, понимаете... Я живу, это моя жизнь, и я не представляю себе, несмотря на то, что я безумно устаю и сейчас мечтаю, когда кончится фестиваль, на два дня уехать на дачу, чтобы не слышать никакой музыки, не говорить даже об этом

Ольга Писпанен: А вы можете не слушать музыку?

Давид Голощекин: Могу, когда так устаю.

Ольга Писпанен: Как долго?

Давид Голощекин: Один день, может быть, не больше. А дальше начинается, все равно включаю приемник, или пластинки, слушаю советскую, например, музыку обязательно.

Ольга Писпанен: Кроме джаза все-таки слушаете какую- то другую музыку?

Давид Голощекин: Нет, я слушаю всякую музыку, которая меня интересует, независимо от ее жанра, если она интересна, я всегда с удовольствием ее слушаю, и классическую музыку я тоже очень люблю

Ольга Писпанен: Классическую - понятно, а современные FM-станции?

Давид Голощекин: Нет, ни в коем случае, я никогда не включаю. У меня всегда две станции дома задействованы, "Свобода" и "Эхо Москвы", две станции, которые я слушаю, если говорить о радио. На "Свободе" там одна передача, которая меня интересует, Дмитрий Савицкий, "49,5 минут", и на "Эхо", во-первых, я работаю, веду джазовую программу свою: "Весь этот джаз", каждое воскресенье, и там просто интересные политические городские новости, которыми я тоже живу в какой-то степени,

Ольга Писпанен: Вы все-таки интересуетесь политикой?

Давид Голощекин: Я никогда не был членом никакой партии, я даже не был комсомольцем, как ни странно, и не хочу вступать ни в какую, но то, что окружает, меня всегда очень интересует, потому что я хочу как-то ориентироваться вообще, в каком обществе я живу, куда оно движется, и я неравнодушен к тому. Есть люди, музыканты, которые совершенно ничего не знают, какой губернатор будет, какая партия попадет в Думу, мне это любопытно просто потому, что интересно, как развивается наше общество, в какую сторону идет, хотя много заранее уже известно как бы, и я хорошо это понимаю.

Ольга Писпанен: Вот, например, о развитии общества, вот раз вы интересуетесь, значит, вы, конечно, знаете, что происходит на ТРК "Петербург", "НТВ", "ТВС", и так далее

Давид Голощекин: Конечно. Это монополия на слово. Я не говорю - на свободу слова, а на слово. Вот, понимаете, кому дадут, и различные группировки - они идут от бизнеса, от политических партий, естественно, пытаются абонировать каким-то образом какие-то средства массовой информации, а телевидение, тем более, когда и в Думу выборы, и президентские выборы грядут, я уж не говорю про наш город, здесь губернаторские, и поэтому все это где-то такая тряска, перетягивание каната, туда-сюда. Только что "ТРК" было губернаторским, сейчас будет, может, другим. Это все понятно каждому разумному человеку, поэтому, я, конечно, наблюдаю за этим, мне просто любопытно, чем это кончится.

Ольга Писпанен: Вернемся все-таки к фестивалю, самое интересное и сложное, наверное, всегда "Jam session" - вы будете с кем-то играть совместно, и есть ли человек, или коллектив, с которым вам бы очень хотелось сыграть?

Давид Голощекин: Мне очень хочется, и для этого специально как исключение есть гость на нашем фестивале, это Виктор Японешников, который как раз сейчас сидит дома и ждет моего возвращения. Это мой прекрасный партнер из Москвы, лучший барабанщик нашей страны во все времена.

Ольга Писпанен: Это единственный непитерский музыкант будет?

Давид Голощекин: Он не единственный. Есть такой сюрприз, который сейчас я раскрываю для публики: пятого число ансамбль "Четверо" - там нет фамилий но кто знает тот знает что это такой интернациональный интер не знаю как назвать потому что Дмитрий Японешников из Москвы, Денис Дудко из Киева, контрабасист, я из Петербурга, с нами будет играть гитарист из Америки, уроженец Петербурга, Илья Луштак - вот это и будет "Jam session". На самом деле, мы никакой программы не готовим, это просто превосходнейшие музыканты, особенно мой партнер Виктор Японешников, у нас нет возможности репетировать и играть ничего. Мы просто выйдем пятого, и сыграем. Это будет джем мастеров, уверяю вас.

Ольга Писпанен: Существует несколько направления синтеза джаза, "АС джаз и "Фанк", джаз-рок, вы экспериментируете в этих направлениях, или строго привержены классическому, традиционному джазу?

Давид Голощекин: Я - консерватор. Во всяком случае, меня так называют некоторые московские псевдокритики, которые и в Интернете печатаются, Джаз.Ру, и так далее. Я даже горжусь тем, что они меня называют таковым. Понимаете, я не против прогресса, я не против экспериментов, но я по своей сути сам не экспериментатор. Пускай это делают другие. Кто-то должен сохранять то, что вообще уже создано и сделано. Я как раз нахожусь в этой нише, моя приверженность к традиционному стилю, стилю мэйнстрим давно определилась, уже лет 40 тому назад, сколько я играю джаз, и я с большим интересом отношусь к тому, что же происходит интересного и талантливого в развитии джаза, но, в основном, этого очень мало, потому что джаз пытаются коммерциализировать. Вот вам, например, Петропавловский фестиваль, который прошел только что - типичный пример, это типично для Европы, для крупнейших фестивалей. Сегодня, скажем, Фестиваль северных морей, фестиваль в Порри, в Финляндии, которые некогда были потрясающим событием, теперь фактически превратились в какой-то джазовый китч, и вот там "АС Джаз", как вы говорите, джаз-рок, он не прижился, но все это заигрывание с толпой с публикой. Джаз истинный - это не музыка толпы. Это все-таки музыка интеллектуалов, людей имущих чего-то духовного. Вот я как раз приверженец этого. Для меня джаз - это очень серьезно, и я еще полностью себя не изложил в этом искусстве, и думаю, вряд ли за свою жизнь мне хватит время изложить себя, я все время ищу в этом старом что-то новое.

Ольга Писпанен: Вы мультиинструменталист. Есть хоть один инструмент, который еще вам не сдался, и какой из них любимый, если есть такой?

Давид Голощекин: Вот это вопрос, который всегда мне задают, потому что...

Ольга Писпанен: Это на поверхности лежит?

Давид Голощекин: Потому что я всегда, я записан в энциклопедию - мультинструметалист, так далее. Вы знаете, я долго думал, что же мне ответить на этот вопрос, и думал, а какой же любимый, и потом понял. Никакой не любимый, любимый только тот, который в данный момент, когда я играю, у меня получается на нем, то, что я хочу, тогда я очень его люблю. Это может быть скрипка, это может быть саксофон, это может быть виброфон... Нет, не всегда получается, когда не получается я его не люблю, думаю, какой противный инструмент, больше играть не буду. А когда получается - я его люблю, это может оказаться очень странный, другой инструмент, потому что на каждом инструменте, я себя чувствую по-разному, и все зависит, если инструмент отвечает мне, я его люблю, а если я не справился, я и сам себя должен не любить в таком случае.

XS
SM
MD
LG