Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Игорь Курдин


Ведущая Петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович: Сегодня в нашей программе принимает участие председатель петербургского Клуба моряков-подводников, капитан первого ранга запаса Игорь Курдин. Игорь Кириллович, вот прошла встреча моряков-подводников американцев и российских у вас в клубе, и был показан новый фильм, чему он был посвящен, трагедии с "Курском"?

Игорь Курдин: Нет. Это продолжение того сериала, который мы уже совместно с канадской компанией "СинеНова" делаем в течение трех лет. Это сериал под общим названием "Ядерные акулы", он посвящен истории подводного плавания, конкретно атомных подводных лодок, как наших, так и американских. К сожалению, в основах сюжета все-таки катастрофы и какие-то необычайные происшествия с этими подводными лодками. Первые из серий были посвящены гибели американской подводной лодки "Скорпион", гибели нашей русской ракетной подводной лодки К-129 в 1968-м году на Тихом океане, катастрофе подводной лодки К-219, это лодка атомная с баллистическими ракетами, погибшая в октябре 1986-го года в районе Бермудских островов, и вот, наконец, четвертая серия, это Карибский кризис, неизвестные подводные лодки, потому что мало кто знает и роль именно подводных лодок в событиях 40-летней давности. И пятая, и шестая серии будут посвящены подводной лодке К-19. Эта лодка была, трудно мне подобрать слова, наверное, крайне невезучая, поэтому на флоте получила прозвище "Хиросима", и вот хотели сделать одну серию, но будет, видимо, и вторая, продолжение ее истории. Первая серия - подводная лодка К-19 под названием "Лодка судного дня" посвящена трагическим событиям на ее борту в июле 1961-го года, когда на борту первого советского атомного ракетоносца произошла ядерная авария, как мы ее называем, утечка первого контура ядерного реактора с большим переоблучением личного состава. Они были первыми, и поэтому им пришлось пережить все, и уже на их опыте устранялись эти недостатки, которые были на первых кораблях, что неизбежно, естественно.

Татьяна Валович: А есть ли у вас план сделать такой фильм о судьбе АПЛ "Курск"?

Игорь Курдин: Этот фильм, по сути, уже готовится два года. Мы просим наших канадских партнеров не торопится с выходом этого фильма, потому что даже еще сегодня далеко не все ясно с катастрофой "Курска", и поэтому я думаю, что если этот фильм выйдет к третьей годовщине лодки, он будет наиболее правдивым и взвешенным.

Татьяна Валович: Расследование причин гибели АПЛ "Курск" закончено, оказалось, что в гибели подводников никто не виноват правительственная комиссия под руководством Ильи Клебанова подписала итоговое заключение, и все удовлетворились как бы решением комиссии и Главной военной прокуратуры - лично вы удовлетворены теми объяснениями, которые были даны?

Игорь Курдин: Я хочу вас поправить, расследование причин гибели "Курска" не закончено. Проблема "Курска" высветила, как все наши достоинства, так, может быть, и недостатки. Впервые, может быть, общественное мнение сыграло такую огромную роль, когда государство вынуждено, я подчеркиваю, было вынуждено, открыто вести этот диалог, и теперь мы имеем гарантии, подчеркиваю, гарантии президента в том, что в ситуации с "Курском" расследование будет доведено до конца. Поэтому, когда Илья Клебанов как председатель правительственной комиссии 19 июня заявил об этом, что через 10 дней, 29 июня состоится последнее заседание комиссии, которое поставит точку в этом расследовании - это не совсем так. Я имею в виду то, что правительственная комиссия - один из этапов расследования, и не более того. И действительно, 29-го произошло это заседание, насколько мне известно, но только 1-го или 2-го числа прозвучало очень пространное заявление о причинах гибели. Мы обращались и в правительственную комиссию, в ЦКБ "Рубин" с тем, чтобы была проведена, может, расширенная пресс-конференция, где компетентные специалисты, как ВМФ, так и проектанты, так и представители, объяснили бы нам с вами, что же произошло на "Курске" не тем сухим казенным техническим языком, который зачитал Илья Клебанов, а так, чтобы нам с вами стало понятно. И в дальнейшем все это переходит и продолжается расследование Генеральной прокуратурой. И точку в этом расследовании поставит Генеральная прокуратура и конкретно - Генеральный прокурор Владимир Устинов.

Татьяна Валович: У вас уже есть отклики на просьбу провести такую расширенную пресс-конференцию?

Игорь Курдин: Да. Мы беседовали с теми людьми, которые отвечают на этот вопрос, не знаю, будет ли это пресс-конференция или как-то по другому называться, но, во всяком случае, я знаю, и в администрации президента этим вопросом озабочены, и я думаю, что это прозвучит. Просто получилось так, вы помните, на прошлой неделе произошла катастрофа самолета, и она как-то затмила вот это заявление, оно как-то прошло достаточно тихо, незамеченно, но не для нас, я имею в виду Клуб подводников, и, конечно, в первую очередь, не для родственников погибших. Поэтому все ждут, что все-таки такое объяснение состоится.

Татьяна Валович: На встрече российских и американских подводников обсуждался ли этот вопрос? Как оценивают подводники то, что рассказала комиссия на данном этапе?

Игорь Курдин: На этой встрече русских и американских подводников, как ни странно, этот вопрос не поднимался. Вчера мы вместе с Берри Меррилом и его супругой Джудит были на Серафимовом кладбище, он возложил цветы, точнее, он просто как обычный человек и реакция его и жены была бы чисто человеческая. Мы не обсуждали эти проблемы, мы просто почтили память всех погибших подводников, в том числе и на "Курске".

Татьяна Валович: Но вот трагедия "Курска" была очень хорошо, когда случилась катастрофа, освещена в международной печати, сейчас о результатах почти никто не пишет, как вы думаете почему?

Игорь Курдин: Вы знаете, именно 29-го числа, когда все ожидали заявления комиссии, к нам было много обращений, и "Ассошиэйтед пресс", и "Нью-Йорк Таймс", и многие другие агентства. Но потом - еще раз говорю, в мире постоянно что-то происходит, люди, к сожалению, склонны быстро забывать, тем более, о том, что было два года назад.

Татьяна Валович: Игорь Кириллович, в первые дни после катастрофы с "Курском" очень много говорилось о том, что спасательные службы в России, можно сказать, что не существуют на сегодняшний день. И говорилось о том, что она обязательно будет создаваться, будут создаваться и проектироваться новые спасательные аппараты, однако сейчас об этом опять же разговоры утихли. Что происходит? Создается ли такая служба? Говорилось о том, что должны быть унифицированы как-то и наши службы, совместно с зарубежными различными?

Игорь Курдин: Мне трудно конкретно ответить на первую часть вашего вопроса, потому что это вне нашей компетенции, но я думаю, вот на такие вопросы должно отвечать наше руководство ВМФ, чтобы люди знали, что сделано, какие выводы сделаны из катастрофы "Курска". Ведь главная цель расследования - предотвращение подобных катастроф в будущем, а не поиски виновных и назначение стрелочников. Еще раз подчеркну: выводы должны предотвратить подобные катастрофы в будущем. Я, однако, хочу подчеркнуть, что профессия подводника - одна из самых опасных профессий, и те, кто готовятся к службе на подводных лодках, кто сейчас плавает, они это должны прекрасно понимать и осознавать. Это во-первых. Во-вторых, мы еще тогда, в сентябре 2000-го года , участвовали в международной конференции в Лондоне, выступили с инициативой о создании международной службы спасения подводных лодок. Ведь подводные лодки - это все равно, что космические станции. В их спасении должны принимать участие силы всех государств, которые имеют такие силы и средства. Ведь у вас не вызовет недоумения, если мы все будем прилагать силы к спасению МКС, и сейчас я знаю, эта работа уже проходит, и такие силы спасения создаются. Они базироваться будут в своих странах, но должны быть использованы оперативно и быстро в любом районе мирового океана. И вот насколько это уместно сейчас, флотские острословы придумали им девиз: "Они должны быть как старые девы, всегда на месте, всегда готовы, и никому не нужны".

Татьяна Валович: Однако в случае с "Курском" приглашение иностранных специалистов было затянуто в связи, с, вероятно, с тем, что российское руководство хотело соблюсти какие-то военные тайны. Как вы считаете, в таких ситуациях нужно какие-то заключить политические договоренности, чтобы международная служба работала эффективно?

Игорь Курдин: Я как раз и говорил об этом. Эти решения должны, безусловно, приниматься на самом высоком уровне, но они должны приниматься быстро и оперативно. Когда спустя несколько дней после катастрофы "Курска" наши адмиралы летят в Брюссель и везут туда чертежи стыковочных узлов, чтобы, наконец-то, совместить их и посмотреть, можно ли использовать иностранные спасательные аппараты, это, конечно, безусловно, неправильно. Три месяца назад я был в США и участвовал в выставке "Море воздух, космос", - и представители ряда американских фирм показывали мне такое оборудование, и многие из них говорили о том, что с ними ведутся успешные переговоры российской стороны о закупке такого оборудования.

Татьяна Валович: Вот вы говорили, что главная задача расследования трагедии "Курска" - сделать выводы. Как вы думаете, будут ли сделаны действительно выводы, не забывается ли то, что сейчас происходит? И могут ли подводники, понятно, что это очень опасная профессия, но могут ли они хоть какую-то чувствовать заботу о себе, что об их безопасности заботятся государство, армия?

Игорь Курдин: Забота о подводниках не складывается только из создания сил спасения подводников. Эта забота начинается на берегу. О предоставлении им нормального жилья. Вы все помните эти подъезды в Видяево, которые нам показали, когда президент посетил квартиру командира атомной ракетной подводной лодки. Эта забота складывается из денежного довольствия, которое сейчас повышено, но отмена льгот привела к незначительному повышению. Это и забота о том, чтобы подводные лодки были обеспечены всем необходимым, это и система базирования, и судоремонт, и снабжение запчастями, и так далее. Как вот тогда, в августе 2000-го года, один старый адмирал сказал: "Нет у вас денег, не можете вы содержать такие подводные лодки - приводите их к пирсу, задрайте люк". Потому что это очень дорогое удовольствие. И я думаю, что наше руководство сейчас наконец-то примет сбалансированное решение о том, сколько же нам надо атомных, ракетных и торпедных подводных лодок, сколько мы в состоянии содержать, чтобы обеспечить их безопасность, и в первую очередь - безопасность подводников, которые на них плавают.

Татьяна Валович: Недавно было заявлено о том, что место "Курска" займет подводная лодка "Белгород", которая сейчас достраивается. Как вы считаете, в эксплуатации новых подводных лодок, какие-то будут изменения с учетом того, что произошло с "Курском"?

Игорь Курдин: Да, безусловно. Я хочу напомнить, что весной этого года в строй вошла новейшая подводная лодка четвертого поколения "Гепард". Спустя несколько месяцев на воду была спущена моя подводная лодка, которой я когда-то командовал, класса "Дельта-4", она прошла серьезную модернизацию и, надеюсь, в этом году опять войдет в строй ВМФ, и буквально еще месяца не прошло, как опять на плаву оказалась одна из самых мощнейших подводных лодок современности, подлодка системы "Тайфун", и она тоже прошла эту модернизацию, и я надеюсь, что все эти подводные лодки, вступая в строй, будет учтено все то, что должно быть учтено в смысле безопасности, я надеюсь, должно быть все-таки сделано, и беседа с генеральным конструктором ЦКБ "Рубин" Сергеем Никитичем Ковалевым меня в этом убедила.

Татьяна Валович: Игорь Кириллович, вы рассказывали о том, какое количество подводных лодок введено или будет введено в строй. Сейчас они находятся на доработке. А есть ли средства у государства в данный момент? Вновь возникают задолженности по выплате зарплат военнослужащим, и есть ли действительно средства содержать эти лодки, и не ведет ли желание показать, может быть, мощь России к новым катастрофам?

Игорь Курдин: Я начну с конца вашего вопроса. Безусловно, ввод в строй новых подводных лодок - нормальная, государственная практика. Россия имела, имеет и, надеюсь, будет иметь мощный подводный флот, как любое государство, она должно принимать все меры к своей защите, это понятно. Другое дело - есть ли на это средства. Я однозначно уверен, что такие средства есть, но когда я узнаю от тех людей, которые имеют отношение к строительству и вводу в эксплуатацию этих подводных лодок, о том, что до сих пор не произведен расчет за новейшую подлодку "Гепард", которая в торжественной обстановке была передана флоту, и при этом присутствовал наш президент, и вот те две лодки, о которых я говорил раньше - даже финансирование, насколько я знаю, не предусмотрено в этом году. Вот лодки сделали, а поверьте, их достаточно долго делают. Средств не было, но заводы нашли средства, промышленность нашла. Они готовы их передать флоту. Но вот готово ли государство, точнее, не государство, а те чиновники, которые отвечают за этот вопрос, рассчитаться с промышленностью - вот это, насколько я знаю, это большой вопрос.

Татьяна Валович: В условиях такого недофинансирования людям не платят за то, что они делают. Но ведь терпение кончается. И даже может произойти так, что на тех лодках какие-то системы могут быть сделано некачественно?

Игорь Курдин: Это понятно. Вот, например, в случае с печально известной К-19 причиной расгерметизации первого контура послужила некачественная сварка, когда плохо подготовленный сварщик производил сварку трубопроводов, и вот эти капли расплавленного металла капали, капли в итоге попали на этот трубопровод, образовалась микротрещина, которая и сработала как бомба замедленного действия, уже потом в море. Мы прекрасно понимаем, что лодки должны строить компетентные и профессиональные рабочие, которые обладают вот этими навыками, а чтобы они были компетентны и профессиональны, им надо платить достойную зарплату. Поэтому я боюсь, что просто у нас есть разрыв между словом и делом. Наверху хотят иметь лодки, государству они нужны, а потом на каком-то этапе, на каком-то уровне эти деньги уходят непонятно куда. Подчеркиваю, это государственные деньги, это наши с вами деньги, поскольку все мы, в той или иной мере - налогоплательщики.

XS
SM
MD
LG