Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Небылов

  • Ольга Писпанен

Ведущая петербургского часа программы "Время Свободы" Ольга Писпанен: Российские космические программы, российско-американское видение исследований космоса – об этом говорилось на симпозиуме в Петербурге. Об этом же мы поговорим с нашим гостем, директором международного института передовых авиакосмических технологий профессором Александром Небыловым. Сначала давайте послушайте репортаж на тему, которую мы будем обсуждать. В Петербурге завершает работу 16-й международный форум, посвященный развитию космической отрасли. Рассказывает Татьяна Вольтская:

Татьяна Вольтская: Одна из главных тем, обсуждаемых специалистами и учеными – повышение роли автоматики в аэрокосмических системах. Симпозиумы по автоматическому управлению в аэрокосмических системах проводятся раз в три года. В них участвуют крупнейшие специалисты из ведущих аэрокосмических стран. В России такой симпозиум проходит впервые. Одна из его главных тем – улучшение автоматики, замена функций пилота бортовой вычислительной системой. Во-первых, из-за того что управление летательными аппаратами становится все сложнее, во-вторых, во избежание опасности для жизни пилота, с которой сопряжены некоторые операции в космосе. Летательные аппараты рассматриваются самые различные, от космических зондов до экранопланов. Почти все крупнейшие проекты в этой области международные. Из-за своей чрезвычайно высокой стоимости и очень сложных технологий предыдущие десятилетия в России эта область науки практически не финансировалась - говорит заместитель директора ведущего российского микроэлектронного дизайн-центра "Элвис" Татьяна Солохина:

Татьяна Солохина: Весь наш прошлый опыт, который был реализован в советских космических станциях, таких, как, например, станция "Мир" в настоящий момент возрождается на новом витке. Мы делаем новую электронную элементную базу для будущих спутников, будущих станций будущего отечественного космоса.

Татьяна Вольтская: Сейчас, по словам Татьяны Солохиной, происходит возрождение и рассматривается возможность кооперации с Европейским космическим агентством.

Татьяна Солохина: Я думаю, что в этой связи при комбинации технологий, восточных и европейских, и нашего опыта, думаю, что это может быть очень интересное международное сотрудничество, тем более, что мы предлагаем для реализации стандарт, который поддерживается Европейским аэрокосмическим агентством и НАСА, и который позволяет собирать на борту космического аппарата аппаратуру различного назначения, разных фирм и производства разных стран.

Татьяна Вольтская: Больше всего докладов на симпозиуме принадлежит российским ученым, на втором месте - Япония, на третьем - США. Темы пленарных лекций затрагивают российские и японские космические программы, американское видение исследований космоса, бортовые системы для новых европейских космических средств наблюдения Земли.

Ольга Писпанен: Александр Владимирович, итак, сегодня последний день форума, наверное, можно подвести предварительные итоги?



Александр Небылов: Да, предварительные итоги весьма позитивные, мы считаем, что симпозиум прошел на очень высоком научном и организационном уровне, мне это особенно приятно, как председателю национального организационного комитета. Фактически сегодня закрывается работа симпозиума, и еще долго результаты эти будут обсуждаться международным авиа-космическим сообществом, и надеюсь, что симпозиум будет иметь важные последствия, как для аэрокосмических фирм и организаций, так и особенно для российских ученых, которые таким образом получили окно в мир, до сих пор достаточно узкое из-за финансовых и языковых трудностей.

Ольга Писпанен: Кстати, симпозиум проходил на английском языке?

Александр Небылов: Да, рабочий язык симпозиума - английский.

Ольга Писпанен: Все равно достаточно узкую это дает возможность российским специалистам участвовать в полной мере в этом симпозиуме.

Александр Небылов: Люди специально тренировались в докладах на английском языке, и я считаю, что это получилось удачно.

Ольга Писпанен: Почему раньше не было возможности провести такой симпозиум здесь в России?

Александр Небылов: Дело в том, что существует большая конкуренция за право проведения симпозиума, и каждые три года проходит симпозиум, как правило, на разных континентах, в разных странах, и это связанр с определенными гарантиями успешности его работы, финансовым и организационным обеспечением. Нам с большим трудом удалось обеспечить решения совета "IF Consul", это произошло три года назад, а фактически подготовка началась пять лет назад. И три года назад мы получили официальное решение провести симпозиумы, и все это время готовились, очень тщательно.

Ольга Писпанен: А какие-то конкретно результаты вот этого симпозиума для нашего аэрокосмического приборостроения, что это дает, потому что он проводился именно в России, Санкт-Петербурге?

Александр Небылов: Выбор Санкт-Петербурга во многом обусловлен еще тем, что это центр аэрокосмического приборостроения, и, прежде всего, это, конечно, дает возможность ознакомиться с огромным опытом, накопленным в России и других странах бывшего СССР, в области аэрокосмического управления, навигации и многих других высокотехнологичных областей. Это позволяет выйти на мировой рынок этих высоких технологий, многим фирмам, которые пока еще такого выхода не имеют и испытывают большие сложности.

Ольга Писпанен: Такие симпозиумы дают возможность заключать какие-то контракты, коммерчески выгодные предложения получать?

Александр Небылов: Конечно, это дает возможность начать переговоры о заключении контрактов, поскольку такие вещи происходят не мгновенно, но первый шаг, безусловно, на этом симпозиуме был сделан многими представителями фирм России?

Ольга Писпанен: Почему так сложилось, что именно Санкт-Петербург - центр отечественного авиакосмического приборостроения - так исторически получилось.

Александр Небылов: У нас есть мощная база подготовки специалистов, у нас есть многие предприятия этого профиля, и в какой-то мере авиакосмические технологии, они распределены по многим регионам России, но вот приборостроение большей частью сосредоточено в Петербурге. Это связано еще и с тем, что приборостроение не требует каких-то экологически опасных технологий, и в таком большом городе это может и очень правильно.

Ольга Писпанен: Одной из тем симпозиума были американское авиакосмические программы. Есть какие-то различия между российским и американским видением этих исследований?

Александр Небылов: Определенные различия, конечно, есть, но общее направление состоит во все большей интеграции программ национальных в программы международные, это связано и со сложностями финансирования, поскольку это проекты чрезвычайно дорогие, и необходимостью объединения опыта, накопленного в разных странах. Если сравнивать американские и российские технологии, то чаще всего это связано с тем, что американские технологии больше рассчитывают на отработку вариантов решения в компьютерных и других средствах моделирования. А в России достаточно развита экспериментальная база таких исследований, но сейчас практически уже общие подходы, которые, наверное. оптимальны для проектирования и совершенствования аэрокосмической системы, используются во всех странах, и различие стало несущественным.

Ольга Писпанен: Осталось ли то соперничество, которое было в советское время?

Александр Небылов: Судя по духу и результатам симпозиума, такого соперничества мы не почувствовали, я надеюсь, что перспектива именно в том, чтобы объединить усилия, в этом заинтересованы практически все участники, и об этом много говорилось на симпозиуме самыми разными представителями стран, как Востока, так и Запада, и, конечно, России.

Ольга Писпанен: Александр Владимирович, человек, посвятивший всю жизнь космосу следит за новинками отечественного и зарубежного кинематографа?

Александр Небылов: Мне трудно отслеживать постоянно эти новинки, но я с большим уважением отношусь к людям, которые посвятили себя этой профессии, и чувствую, что у нас есть много общего с ними, поскольку элемент творчества возвышает людей и хочется общаться,

Ольга Писпанен: Нет элемента творчества, все мы читали в фантастических романах, как человек завоевывает космос, возникает постоянный трафик, путешествия с одной звезды на другую, что там тоже живут, и живут хорошо, вы каким образом попали в эту область, и насколько действительно реально то, что описывалось в фантастических романах?

Александр Небылов: Во многом мой выбор определил полет Гагарина, я тогда еще учился в школе, и это произвело грандиозное впечатление, кроме того, мне хотелось быть на переднем крае науки, как раз аэрокосмические технологии находятся именно там, я очень рад своему выбору и рекомендую всем молодым людям, которые ищут себе хорошее применение, своим способностям и трудолюбию, выбрать что-нибудь подобное.

Ольга Писпанен: У нас в эфире слушатель.

Николай Понтюхов: Майор запаса Понтюхов Николай Николаевич, город Ленинград. Александр Владимирович, как вы относитесь к тому, что наша страна, которая открыла космос, по сути выброшена из него? И как вы думаете, может ли она вернуться в этот космос?

Александр Небылов: Я бы не сказал, что наша страна выброшена из космоса. Немножко изменились подходы, они во всем мире стали международными. Наша страна играет ведущую роль в построении Международной космической станции, используя свой богатейший опыт. Конечно, уровень финансирования абсолютно недостаточен, и это сильно затрудняет участие России в подобных проектах, но не исключает его, и мы надеемся, что рано или поздно эта доля финансирования, которая выделяется на исследования космоса, будет увеличена, поскольку во всем мире сейчас все больше и больше приходит понимание того, что космос в итоге должен дать эффективность экономическую, а не только технологическую и политическую.

Ольга Писпанен: А зачем человек полетел в космос?

Александр Небылов: Чтобы зафиксировать уровень развития цивилизации, который мы сейчас имеем. Но, поскольку наш симпозиум по автоматическому управлению в аэрокосмических системах, я хотел бы подчеркнуть, что надо очень аккуратно выбирать задачи космических полетов, где нужен человек. В большинстве случаев автомат может решить эти задачи нисколько не хуже человека, но дешевле и безопаснее.

Ольга Писпанен: Возможно ли практически полностью перевести исследования космоса на автоматическое управление?

Александр Небылов: Я думаю, что в этом нет необходимости, есть задачи, которые действительно требуют участия экипажа, но большинство проектов ориентированы именно на автоматы, и во всем мире происходит миниатюризация космических аппаратов, спутник могут иметь размер десять сантиметров и весить несколько килограммов, поскольку уровень развития микроэлектроники позволяет уместить в таком объеме все, что необходимо, и это существенно удешевляет запуск подобных спутников, и тенденция состоит в том, что затраты на запуск постоянно снижаются, а возрастают затраты на начинку на приборы, прежде всего, на бортовые вычислительные средства и совершенные датчики.

Ольга Писпанен: У нас в эфире слушатель.

Владимир: Владимир из Санкт-Петербурга. Вопрос: почему не продали Китаю станцию "Мир"? Ведь Китай просил об этом.

Александр Небылов: Дело в том, что станция "Мир" - национальная гордость России, но она имеет определенный жизненный цикл, который определяется сроком проектирования, сроком эксплуатации, и, наконец, наступает момент утилизации. Для любой техники это совершенно необходимый элемент. и нельзя как-то изменять законы техники, эксплуатировать до бесконечности технику, рассчитанную на определенный срок. Логика принятого решения связана именно с этим.

Ольга Писпанен: У нас в эфире слушатель.

Слушатель: В 80-е годы в США была разработана программа космических войн. У нас также существуют военно-космические силы, занимаются ли наши ученые сейчас военными космическими разработками?

Александр Небылов: Космические силы России имеют богатую историю. Так получилось, что все российские космодромы, первые и последующие многие запуски космических аппаратов обеспечивали космические силы, но, в общем-то, в настоящее время уже подключены многие другие институты и исследовательские организации, ко многим международным проектам, и космические силы... В общем-то, огромная научная база. Позавчера у нас было посещение научных центров. Одним из них была военно-космическая академия имени Можайского. Мы получили специальное разрешение, сделали программу визита, и наши гости, прежде всего, зарубежные, были поражены тем уровнем научных исследований и теми результатами, которые были продемонстрированы нам. То есть, мы должны гордиться тем, что у нас есть столь мощная структура - космические силы России - с огромным достижениями, огромной исследовательской и эксплутационной базой.

Ольга Писпанен: Раз вы затронули эту тему, то, что вас пустили в Академию Можайского, раньше все исследования в этой области были строго засекречены, а сегодня вы уже можете обмениваться информацией с зарубежными гостями, тем не менее, никто не знает, как повернется историческая стрелка, не боитесь, что обмен информацией может обернуться очередным шпионским скандалом, которые недавно возродились в России – физик Данилов, эколог Пасько...

Александр Небылов: Дело в том, что есть определенные корпоративные интересы каждой фирмы, и интересы государства, конечно, они должны учитываться в процессе общения, это происходит во всем мире. Ученые - достаточно грамотные люди, с высоким уровнем интеллекта, все должны понимать, что подобные "опасности" не должны исключать общения, поскольку без общения не будет ничего. Международное сотрудничество абсолютно необходимо в столь наукоемкой и финансовоемкой области, как космические исследования.

Ольга Писпанен: Александр Владимирович, кто же сегодня впереди планеты всей в этой области?

Александр Небылов: Я бы сказал, что впереди планеты всей все те страны, которые понимают необходимость космических исследований. С самыми разными целями, прежде всего, чтобы иметь необходимые данные для научных исследований, в эту область исследований, разработок вступает все большее количество стран, конечно, среди ведущих стран можно называть кроме России США, Японию, Южную Корею, европейские страны. Но надо сказать, что такие страны, как Малайзия, Бразилия и многие другие тоже активно проводят исследования в этой области, их потенциал развития космических технологий, постоянно увеличивается.

Ольга Писпанен: Давайте еще послушаем дозвонившегося.

Слушатель: Александр Иванович, я считаю, что затопление "Мира" это преступление, которое совершил Путин, и то, что не продали Китаю, это не разрешила Америка, только потому, что альянс Китая, России, если присоединятся, Индия, Пакистан - это будет новый монопольный хозяин на планете.

Александр Небылов: Я с вами не согласен, я уже сказал, что станция "Мир" имеет лимиты эксплуатации во времени. Это позиция и главного конструктора этой станции, в настоящее время происходит построение, многие блоки уже эксплуатируются Международной космической станции, в этом перспектива?

Ольга Писпанен: Все больше стран выходит в космос, ведет космические исследования, все больше денег идет на это, значит, скоро возможно некое деление космоса, границы, таможенный контроль?

Александр Небылов: Существует специальная область, которая называется космическое законодательство, оно активно развивается, появляются крупные специалисты, на заданный вами вопрос будет получен ответ от специалистов в этой области. Я должен сказать, что это очень многосторонняя проблема - исследования космоса, здесь сосредоточены высшие достижения цивилизации, национальные достижения многих стран. Только при сложении всех этих достижений можно получить серьезный результат.

Ольга Писпанен: Движение прогресса идет в основном в сторону минимизации. Все становится меньше, компактнее, но более функционально, смогут ли космические корабли быть настолько маленькими, чтобы стать частными?

Александр Небылов: Интересный вопрос. Во всем мире сейчас происходит понимание необходимости сложения усилий государства и корпораций, в освоении космоса, поскольку космос постепенно опирается на коммерческие проекты. Такие технологии, как космическая связь и навигация, уже приносят огромный доход. Поэтому финансирование во все большей степени будет ощущаться за счет средств корпорации, и будет многостороннее финансирование, государство в какой-то мере постепенно может снижать свою долю. Что касается миниатюризации, то в принципе существует еще у Лема идея построения искусственных летательных аппаратов размером подобных мухе. Теоретически это возможно. Ограничения в энергетике и двигателях, а не в средствах управления.

Ольга Писпанен: Один из главных коммерческих космических проектов - туризм. Эта услуга будет с годами дешеветь и вообще развиваться? Планируется ли построение именно таких апппратов для путешествий простых людей?

Александр Небылов: Безусловно, космический туризм будет развиваться. Во многих странах, предположим, в Японии, существуют подобные проекты, специальные требования должны предъявляться к аппаратам, предназначенным для космических туристов, а не для исследований. Один из вариантов - это воздушно-космический самолет, который отличается от обычного только тем, что благодаря большей скорости он может выйти в космос. По остальным параметрам это обычное кресло, как в самолете, и комфорт такого путешествия будет очень высоким. Просчитаны также финансовые затраты, которые необходимы на полет в космос каждого туриста. Это может быть кратковременный полет, предположим ,на несколько часов. Есть совершенно конкретные оценки. Достаточно большие деньги, которые тратят туристы сейчас, связаны с тем, что это не специальный аппарат для туристов, поэтому себестоимость такого полета очень высока. Существуют конкретные проекты, которые позволят снизить стоимость такого полета, предположим, до 100 тысяч долларов, через несколько лет, что расширит круг желающих потратить деньги за такое, в общем-то, очень интересное путешествие.

Ольга Писпанен: У нас в эфире слушатель.

Юрий Сальников: Моя фамилия Сальников Юрий, я только что закончил фильм о Пелюгине и его фирме, и вопрос такой: почему несколько недооцениваются эти головные организации пелюгинская и кузнецовская, которые живут и работают в Москве, а не в Питере? И второе: я им говорю, а почему вы не делаете такие миниатюрные приборы, как японцы, американцы...

Александр Небылов: В какой-то мере сейчас, кроме Российского космического агентства, определение того, чем заниматься, с кем сотрудничать, возложено на руководство каждого отдельного предприятия. Это повышает гибкость всей системы проектирования и управления. Я затрудняюсь сказать, почему названные вами фирмы имеют подобные трудности. В какой-то мере это процесс случайный, в какой-то - связанный со временными неудачами в ведении переговоров, думаю, все.

Ольга Писпанен: Последний вопрос, который я просто обязана вам задать: есть ли жизнь на Марсе, верите ли вы в то, что там существует какой-то разум?

Александр Небылов: Не знаю, есть ли жизнь на Марсе, но думаю, мы должны больше заботиться о том, чтобы у нас была хорошая жизнь здесь, и уверен, что так оно и будет.

XS
SM
MD
LG