Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Субботнее интервью. Валерий Энгель


Вероника Остринская: Гость субботнего эфира Радио Свобода - исполнительный директор Всемирного конгресса русскоязычного еврейства, исполнительный директор Федерации еврейских общин России Валерий Энгель. Валерий Викторович, что вы имеете в виду, говоря о консолидации в поддержку Израиля как основной цели вашей организации?

Валерий Энгель: Мы считаем, что сегодня, как никогда, важен объединенный голос русскоязычного еврейства в поддержку Израиля. Израиль был и остается, как минимум, духовным центром евреев всего мира, в том числе и евреев из бывшего Советского Союза. А, с другой стороны, наша задача – содействовать интеграции евреев, говорящих по-русски, в еврейские общины по месту их проживания. Соответственно с этими целями и строятся все ведущие программы нашей организации.

Вероника Остринская: После распада СССР довольно много русскоязычных евреев рассеялось по всему миру. Каковы основные сложности, возникающие в вашей работе по интеграции бывших граждан Советского Союза в еврейские общины тех стран, где они теперь уже постоянно проживают?

Валерий Энгель: Не секрет, что еврейство в России, в Советском Союзе было почти полностью ассимилированным. Идишевская культура была уничтожена во время второй мировой войны. Культура ивритская преследовалась во времена тоталитарного режима. И, кроме всего прочего, добавьте к этому очень низкий процент религиозности вообще бывших советских граждан. Я как-то поинтересовался в русской православной церкви, какой процент соблюдающих религиозные обряды среди православных в России? И выяснилось, что 6%. Примерно, столько же, сколько и евреев. То есть в общей массе населения уровень религиозности бывших советских людей такой. Если говорить о евреях, то религиозность практически ассоциируется с национальной самоидентификацией. Религию Иудаизм очень трудно отделить от еврейской культуры. Теперь вы видите, что евреи, которые приезжают, скажем, в другие страны и даже которые остаются жить в России, далеки от всего еврейского, от культуры и так далее. Возникает вопрос: надо ли интегрировать их куда-то? Может быть, пусть бы себе были как есть? Ну, во-первых, мы считаем, что надо, потому что всегда встает вопрос ассимиляции, растворения, сокращения численности еврейского населения мира. А, с другой стороны, это потребность самих людей приобщиться к еврейской культуре. Самый простой пример – это Германия. Все-таки 170 тысяч, примерно, евреев проживает в Германии. Из них 90% - это бывшие советские граждане, говорящие по-русски. Кто приезжал в Германию? Люди, которые мечтали раствориться в общей массе, интегрироваться в немецкое общество. Они были абсолютно далеки от еврейства как такового, именно поэтому и поехали в Германию. Они сразу же становились париями в еврейском мире, потому что евреи не простили Германии то, что она сделала в годы войны. Соответственно, те, кто эмигрировал в Германию, приобретали не самую лучшую репутацию в их глазах. Но это им абсолютно не мешало, когда они принимали решение об экономической эмиграции в эту страну. Дальше возникал парадокс: люди, которые хотели интегрироваться в немецкое общество, вдруг понимали, что единственный путь интеграции – через еврейскую общину. Немецкое общество не принимало этих людей как равных себе, они оказывались в гетто, даже не в еврейском – в русском гетто. И выйти из этого гетто можно было только через еврейство.

Самая большая проблема – это отсутствие еврейского образования у нас. Все наши лидеры – милые, хорошие ребята, очень образованные. Это самородки. Не было в Советском Союзе и в России понятия "Jewish style". Только сейчас оно стало возникать. Поэтому вопрос подготовки лидеров еврейских общин очень актуален. Что значит подготовить лидеров? Не просто дать им образование, а ввести в еврейский мир, познакомить с какими-то программами, с еврейскими фондами, научить подавать проекты в эти фонды, потому что мы просто элементарного не умеем делать. Не умеем подавать проекты в международные еврейские фонды – отсюда многие беды. Наконец, научить собирать деньги. Потому что ни одна еврейская организация, ни одна община без самофинансирования существовать не может. Это очень важные моменты.

Вероника Остринская: Какими путями вы идете, интегрируя русскоязычных евреев за границей в жизнь местной еврейской общины?

Валерий Энгель: Мы ни в коем случае не заинтересованы в том, чтобы создавать какую-то внутриеврейскую оппозицию в еврейской общине. Это было бы неправильно. Мы пытаемся это делать вместе с руководством еврейской общины тех стран, где проживают евреи. Скажем, первым делом, что мы сделали в Чехии, мы пришли в еврейскую общину. Их здесь две религиозные – одна хаббатная, другая ортодоксальная, есть Федерация еврейских общин Чехии. И, первым делом, мы, конечно, налаживаем контакты с руководством этой страны, потому что невозможно иначе построить. У представителей руководства еврейских национальных общин, как правило, есть здоровый интерес в том, чтобы интегрировать в себя эту часть еврейского населения. Они не знают как. Отсюда и возникают эти проблемы, связанные с какой-то борьбой внутри самой общины. Они не знают, как это сделать. Возьмем ту же Германию. 170 тысяч человек, нет еврейских книг на русском языке, нет молитвенников на русском языке в синагогах. Одна из наших программ – есть контракт с издательством "Шамир". Мы договорились о том, что будет напечатано 2 тысячи экземпляров еврейской семейной библиотеки. Это 50 тысяч книг, 2 тысячи молитвенников будет отправлено в Европу. Это очень важно, чтобы в синагогах в Германии, в Чехии, во Франции появились бы еврейские книги, еврейские молитвенники на русском языке. Это дает возможность людям прийти в синагогу и молиться, общаться, разговаривать, делать какие-то первые шаги на пути к интеграции. Это первое.

Второе: инструмент – это еврейская культура на русском языке. Эту культуру надо стимулировать, поддерживать, никто этой поддержкой и стимуляцией не занимается ни в Израиле, ни в одной другой стране. Тем не менее, есть писатели, есть театральные коллективы, есть певцы, которых как-то надо поддержать. И ничто так не притягивает еврея и, наверное, представителя любой другой национальности к своей культуре, как творчество, как песня, как театральные постановки. Поэтому у нас есть такая программа, как поддержка еврейской русскоязычной культуры. Мы собираемся провести фестиваль-конкурс профессиональных коллективов, которые поют, театральных групп, которые делают постановки на русском языке, но на еврейскую тему. Также будет проведен конкурс на лучшее художественное произведение на еврейскую тему на русском языке и так далее. И не просто конкурс, а победители получат грант, который поможет им материально, поможет им в дальнейшей стажировке, может быть, в Израиле, может быть, в какой-то другой стране, какую они выберут, для того, чтобы развивать в дальнейшем свое творчество.

Вероника Остринская: А как налажена ваша работа в России?

Валерий Энгель: В России мы идем путем конкретных дел, направленных на конкретного человека – не организационной помощи общинам, потому что в рамках Всемирного еврейского конгресса мы ставим задачу помочь общинам встать на ноги, самоорганизоваться и начать делать первые шаги. Когда они начнут делать первые шаги, потребность в нас практически исчезнет. В России совершенно по-другому: это непосредственно работа, направленная на конкретного члена общины.

Вероника Остринская: Вы рассказали об обширных, довольно дорогостоящих проектах. Как вам удается их финансировать?

Валерий Энгель: Деньги мы научились собирать. В России, в частности, собирается основная сумма. В России достаточно большое количество богатых евреев. Как правило, они имеют не только российское гражданство. Многие уже жили в Израиле, потом вернулись, у них бизнес. Поэтому трудно сказать: он российский гражданин или он одновременно израильский, американский гражданин. Но это еврей, говорящий на русском языке, у которого есть еврейское сердце, которое жертвует абсолютно разные суммы. Сейчас мы проводим кампанию сбора средств в пользу жертв террора. Кампания рассчитана на средний класс. У нас вышла брошюра, и вместе с нашей газетой "Еврейское слово" мы ее разослали по нашей обычной рассылке с указанием номера счета. Очень трогательно! Кто-то отправляет 1 тысячу долларов, кто-то отправляет последние копейки с пенсии – 50 рублей. Старики, пенсионеры... Это адресная программа. Эти деньги будут даны конкретным людям, которые пострадали от террора, которые проходят реабилитацию, лечение, которые нуждаются в пластических операциях, которые не финансируются из израильской медицинской страховки. Люди иногда и большие деньги жертвуют, иногда маленькие. Есть люди богатые, которые жертвуют большие деньги на конкретные проекты. Это могут быть синагоги, это могут быть детские дома, это может быть какая-то благотворительность. Есть индивидуальный подход. Есть люди, которые вообще дают просто на синагогу. Так что это большая работа, которая была нами проведена, но сейчас можно с гордостью сказать, что практически 90% всех средств на деятельность Федерации еврейских общин России собирается непосредственно в самой России.

Вероника Остринская: Какие задачи вы ставите перед конгрессом в ближайшем будущем?

Валерий Энгель: Заканчивается год. Первый наш бюджетный год. Мы думаем о формировании бюджета на следующий год. Безусловно, все цели и задачи, которые мы ставили перед собой, актуальности, к сожалению, не теряют. Поэтому какие-то программы будут продолжены. Например, та же выставка детских рисунков против террора. Мы хотим сделать ее шире, хотим провести международный конкурс детского рисунка "Дети против террора", хотим продолжить сбор средств не только в России, но и в других странах, где проживают русские евреи, а, может быть, выйти за пределы русскоязычной нашей публики и продолжить кампанию сбора средств в пользу жертв террора в Израиле, а, может быть, не только в Израиле, потому что террор не имеет национальности. Террористические акты, которые там произошли в последнее время – на северном Кавказе, в Америке или где-то еще – в общем-то, звенья одной цепи.

Будет продолжена работа движения "Врачи против террора". Это движение, которое объединяет врачей, специализирующихся на посттравматическом синдроме, на лечении людей, которые прошли через террористический акт. Важно наладить обмен опытом, важно, наконец, сделать так, чтобы эти врачи на практике применяли свои знания в каких-то горячих точках, там, где существует опасность террористических актов. Мы думаем о том, чтобы провести серию конференций "Журналисты против террора", потому что общественное мнение, особенно в Европе, формируется журналистами. Это общественное мнение в данном случае, особенно в старой Европе, повернуто против Израиля. Мы бы очень хотели, используя такой механизм, как обсуждение каких-то тем внутри журналистского сообщества, постепенно это общественное мнение менять, потому что люди должны знать правду - что там на самом деле происходит.

Остаются в силе все наши проекты, связанные с развитием еврейской культуры на русском языке, интеграционные проекты. У нас пройдет три семинара в следующем году для потенциальных лидеров еврейских общин, говорящих на русском языке. У нас продолжится издательская программа. Мы думаем над тем, чтобы запустить программу под таким пока условным названием "Толерантность – что это такое?". Может быть, даже в сотрудничестве с представителями других конфессий – с русской православной церковью, с управлением мусульман России и других стран, для того, чтобы начать это общественное мнение формировать. Понятие "толерантность" должно присутствовать в нашей повседневной жизни. Над этим мы сейчас думаем и хотим какую-то такую программу хотя бы для стран СНГ. Я не говорю о Европе – это не столь актуально. А вот новые демократические страны, страны бывшего советского блока – это важно, это актуально, и, я думаю, над этим мы будем работать.

XS
SM
MD
LG