Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Татьяна Воронина и Михаил Кром

  • Ольга Писпанен

Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Ольга Писпанен: "Героическая оборона Ленинграда в годы Великой Отечественной Войны составляет одну из самых славных и ярких страниц в истории нашей родины. Беззаветное мужество, проявленное его защитниками в смертельной схватке с фашистскими захватчиками навсегда сохранится в памяти благодарных потомков", - эти слова я помню с детства. Но сохранится ли вечная память, если о ней не напоминать? Вот об этом, о памяти жителей города-героя, мы сегодня поговорим с нашими гостями - деканом факультета истории Европейского университета Санкт-Петербурга Михаилом Кромом и сотрудником Центра устной истории при университете Татьяной Ворониной. Сегодня пройдет пресс-конференция, посвященная теме блокады Ленинграда в индивидуальной и коллективной памяти жителей города.



В страшную зиму 1942-го года в Ленинграде жило 2,5 миллиона человек. Сегодня в разных уголках мира по грубым подсчетам осталось не более, или чуть более 300 тысяч человек из них. События того времени стали историей, о которой обычно вспоминают только в строгие исторические даты, однако, ваш проект - исключение из этого правила. Расскажите об этом проекте, кто его придумал, как, почему, зачем осуществлял?

Татьяна Воронина: Наш проект о блокаде появился два года назад, сразу же в момент создания собственно Центра устной истории при Европейском университете, и при помощи, поддержке в первую очередь нашего ректора Бориса Максимовича Фирсова, а также с помощью наших коллег из университета Индианы, и, по-моему несколько фондов - Фонд Форда, Фонд Макартуров, Фонд Сороса - те люди, общественные организации различные, которые одобрили этот проект и дали нам деньги на развитие. Кроме того возникла потребность, мы все, наверное, осознавали и понимали, что блокадники уходят, в то время, как память о блокаде - она трансформируется, изменяется, и часто служит предметом различного рода воздействий, и именно тогда и пришли к решению о том, что такой проект необходим, и, в первую очередь, конечно, первой фигурой, основным лицом, идеологом и организатором, наверное, этого проекта в момент его создания была Елена Кэмпбел, которая сейчас, к сожалению, находится в университете Мичигана, очень далеко отсюда, но связь мы постоянно поддерживаем. Проект, как я уже сказала, существует два года. В течение первого года существовала обучающая программа при Европейском университете, где аспиранты слушали курсы по устной истории, в частности, брали свои первые интервью. В числе таких аспирантов была и я. Второй год - это уже собственно работа, связанная с анализом интервью, хотя сбор интервью продолжается. Встреча с блокадниками, запись интервью, архивирование - на данный момент уже есть, чем похвастаться, у нас более 70 интервью собрано, и я думаю, что это не предел.

Ольга Писпанен: Это только по Питеру?

Татьяна Воронина: Нет, есть несколько интервью в Новгороде, и даже, по-моему, парочка интервью из Америки. Блокадники эмигрировали, уезжали, разъезжались, но эта память остается, и она очень актуальна для этих людей.

Ольга Писпанен: Только для них?

Татьяна Воронина: Не только для них, конечно. Блокада сейчас становится, стала своего рода символом Ленинграда, одним из таких, для кого-то это часть семейной истории и это что-то типа визитной карточки города. Поэтому, то, в каком контексте упоминается блокада, какие образы, что сейчас - сейчас блокада - некий конструкт, который создается, в частности, транспарантами и праздниками, упоминаниями, теми книгами, которые пишут историки, воспоминаниями, которые публикуются, но для многих блокада имеет какой-то собственный образ. Этот образ можно узнать, только лишь побеседовав с людьми, которые пережили эти события.

Ольга Писпанен: А конечный результат ваших исследований? Сегодня, насколько я понимаю, у вас будет "Круглый стол", на котором вы намереваетесь представить вот этот вот результат, это исследовательскую работу, проведенную вашим университетом, вашими специалистами. Что это такое - только интервью?

Татьяна Воронина: Конечно, нет. Но отчасти это своего рода – то, чем мы занимаемся - презентация некоторых результатов на данный момент, я надеюсь, что с осени мы уже будем открывать архив, делать доступным для историков.

Ольга Писпанен: Где?

Татьяна Воронина: В Европейском университете. Центр устной истории – это как раз то место, куда можно будет прийти и познакомиться с этими интервью. Это раз. Во-вторых, блокируется книга, книга о памяти, о блокаде, где будут и аналитические статьи, и произведена публикация интервью с блокадниками. Кроме того, в альманахе "Нестор", я надеюсь, что в ближайший месяц - к сожалению, не получилось у нас сделать это к сегодняшнему дню, мы публикуем уже часть интервью с блокадниками, что опять-таки своего рода результат.

Ольга Писпанен: Итак, сегодня, 14 мая, пройдет пресс-конференция, посвященная теме блокады Ленинграда в индивидуальной и коллективной памяти жителей города. Михаил, вы что-то можете дополнить? Что это будет сегодня, как будет проходить?

Михаил Кром: Сегодня фактически целый день мы будем говорить о памяти блокадной, и у нас, можно сказать, общественно-научное мероприятие. Все начнется в 12 часов с пресс-конференции, встречи с общественностью. Будут и представители дипломатического корпуса, в частности, атташе по культуре германского консульства. И будут участвовать, присутствовать, мы очень на это надеемся, и ветераны, те, кто как как раз делился своими воспоминаниями о блокаде, и вот в этой первой части будут представлены первые, можно сказать, предварительные результаты исследования полученных материалов. Дальше, в 15 часов, у нас следующий этап сегодняшнего мероприятия: это будет "Круглый стол" историков блокады. И вот вторая часть будет представлять собой обмен мнениями и такую перекличку поколений, потому что там будут и очень маститые ученые, которые всю жизнь занимаются этой проблемой - историей блокады, а с другой стороны, можно сказать, юные исследователи, начинающие, в частности, вот сотрудница нашего Центра устной истории Татьяна Воронина, которые рискнули применить новые методы изучения, в том числе устная история, сбор интервью, их анализ.

Ольга Писпанен: Это новый метод?

Михаил Кром: В этой стране - России - метод пока еще, можно сказать, новый. Если говорить о странах западнее России, то уже несколько десятилетий как практикуется то, что называется устной историей, особенно итальянские коллеги это успешно используют, и американские коллеги, и затем это уже распространилось по всему миру. В принципе, надо сказать, что устная история, конечно, лишь один из возможных вариантов. По сути дела, речь, конечно, идет об истории современной, совсем недавнем прошлом, и таким путем можно изучать очень разные темы. Вот блокада - один из таких сюжетов. У нас уже в проекте новые идеи, новые замыслы, в частности, изучение периода холодной войны, как и на территории СССР, теперь уже бывшего, так и в других странах, которые этот период переживали по разные стороны баррикад – в Америке, в Германии, один из проектов будет связан с восприятием присутствия советских войск в ГДР, какая память осталась у восточных немцев, и, с другой стороны, те офицеры и их семьи, которые в это время были в ГДР - это ведь тысячи людей – что они помнят, какие контакты, как это происходило. Это лишь некоторые возможные проекты, связанные с использованием методов устной истории.

Ольга Писпанен: Сейчас патриотом быть немодно, может быть, а может быть, просто этому не учат. Новое поколение не ходит в музеи, не ходит на лекции, нет специального курса, не знают, нет патриотического воспитания в общеобразовательной программе. Вот кроме узких специалистов ,заинтересованных в вашем исследовании – кому еще нужны эти результаты?

Татьяна Воронина: Если позволите, попытаюсь ответить я на этот вопрос. В рамках проекта по блокаде, по памяти о блокаде мы беседовали не только с людьми, которые пережили это событие в разном возрасте, но и с поколением людей, которые родились уже после блокады. Это взрослые люди, чьи родители были блокадниками. То есть, отчасти мы пытались проникнуть в сферу семейной истории, и мы разработали вопросник, с которым приходили и беседовали с этими людьми. И говорить о том, что о блокаде не знают, было бы, наверное, неправильно, потому что она, в той или иной степени, коснулась почти каждой семьи в Ленинграде, и не только. Блокада стала такой, одной из красных ниточек, которая проходит через любую информацию о городе. Либо о ней говорят, либо она подразумеваются. В этом отношении представление о блокаде у поколения моих сверстников, или людей постарше, во многом, сложилось под впечатлением устных рассказов своих теть, бабушек, мам, пап и так далее. Именно из-за этого мы, наверное, и обратились к сбору интервью, и мы пытаемся увидеть, какова блокада глазами блокадников, и какова - глазами людей, которые родились после это. Поэтому эта история востребована, и я думаю, что молодое поколение относится к этой теме не менее серьезно, чем поколение людей, которое значительно старше нас.

Ольга Писпанен: Обращаюсь к Михаилу Крому, декану Европейского университета в Санкт-Петербурге - что это за университет, когда он организован, чем занимается?

Михаил Кром: Европейский университет в Санкт -Петербурге был основан в 1994-м году при участии тогдашнего руководителя города Анатолия Александровича Собчака, а в 1996-м году открыл свои двери и принял первых слушателей. Особенности нашего учреждения, как официально мы называемся - это Институт дополнительного профессионального образования. То есть, мы принимаем людей уже с высшим образованием. У нас они слушают дополнительные курсы в течение первого года, и затем пишут диссертации, становятся кандидатами наук по существующим у нас специальностям – история налоги, экономика, политические науки, история искусств. И, в отличие от других аспирантур, которые есть, конечно, и в нашем городе, и у нас в стране, у нас обучающие аспирантуры с довольно интенсивным курсом. И мы стараемся соединить российские традиции высшего образования и науки, и то лучшее, что было создано в зарубежной науке, и чего наши студенты и теперь уже даже наши ученые старших поколений были лишены из-за вот железного занавеса, который был как барьер, не пропускал то новое, что возникало. Вот мы пытаемся эти лакуны, возникшие за советские годы, восполнить. Ну а как себя чувствует слушатель нашего факультета, университета - может рассказать Татьяна.

Ольга Писпанен: А кто помогает университету, из каких фондов вы выплачиваете стипендии, гранты на какие-то исследования и так далее?

Михаил Кром: Три фонда, которые мы называем – "Большая тройка" - это фонд Сороса, фонд Макартуров и фонд Форда – они являются нашими главными спонсорами с момента основания.

Ольга Писпанен: То есть, эти фонды очень волнует развитие российской науки - можно так резюмировать?

Михаил Кром: Известно, что крупные фонды озабочены спасением человечества, решают крупные задачи общественного порядка, они рассматривают деятельность таких учреждений, как наше, как часть задачи создания гражданского общества. У нас не государственный вуз, и это часть политики фондов - поддержка негосударственного образования в этой стране, какой-то альтернативы тому, что предлагают вузы, но мы ищем и альтернативные источники существования.

Ольга Писпанен: Таня, если очень коротко – хорошо, плохо, какие-то отзывы - нужно ли вообще туда идти учиться?

Татьяна Воронина: Конечно, нужно. К сожалению, я боюсь об этом говорить, но, к сожалению, подходит к концу мое обучение в Европейском университете, три года, аспирантская программа, в течение первого года – магистратура, где мы пишем определенные работы, и два года на написание диссертации. Те преподаватели, методы, атмосфера, которая царит в Европейском университете - это подкупает.

XS
SM
MD
LG