Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Валерий Попов


Ведущая петербургского часа программы "Время Свободы" Татьяна Валович: 1 апреля - День шуток и смеха. Петербургский "Чаплин-клуб" отмечает его специальной программой, в которой будет много розыгрышей. Сегодня гость петербургской студии Радио Свобода - известный писатель, лауреат премии сатиры и юмора "Золотой Остап", председатель Союза писателе Петербурга Валерий Попов. А тема нашей беседы - 1 апреля – День юмора, как и над чем смеются россияне. Сначала послушаем репортаж нашего корреспондента Татьяны Вольтской:

Татьяна Вольтская: Веселый день 1 апреля отмечается во многих странах, хотя везде свои традиции первоапрельских обманов, например, во Франции этот день называется "апрельской рыбой", быть может потому, что 1 апреля 1564-го года, когда солнце стояло в созвездии Рыб, Карл Девятый перенес начало года на 1 января, а многие подданные на следующий год послали подарки и поздравления друзьям, как и прежде, 1 апреля. В Англии издавна было принято разыгрывать друг друга. Один из самых известных розыгрышей пришелся на 1 апреля 1860-го года, когда в Лондоне несколько сотен джентльменов и их супруг получили приглашение прибыть на торжественную церемонию Умывания белых львов, которое состоится в Тауэре в 11 часов 1 апреля. Впрочем, когда появились первоапрельские дураки, теперь сказать уже невозможно. Петербургский "Чаплин-клуб" открылся 7 лет назад 16 апреля, в день рождения Чарльза Спенсера Чаплина. Соучредитель клуба - театр "Лицедей", на его площадке выступают лицедейские коллективы, театральное товарищество "Комик-Трест" Вадима Фиссона, театр под названием "Смешной театрик", чьи актеры выросли из театра "Буфф", женский вокальный ансамбль "Чемпионки мира" и другие артисты. 1 апреля в клубе специальная программа Юрия Гальцева с розыгрышами, которые до вечера, естественно, останутся тайной. Как ни странно, художественный руководитель "Чаплин-клуба" Лев Немировский довольно скептически смотрит на состояние чувства юмора россиян.

Лев Немировский: В свое время Геннадий Хазанов сказал, что раньше юмор был более тонок и более профессионально высок, потому что это был юмор, который был связан с попыткой бороться с несвободой в Советском Союзе, а сейчас огромное количество изданий показывает, что юмором овладел практически любой, а мастеров юмора высочайшего уровня стало намного меньше.

Татьяна Вольтская: Михаила Жванецкого и Михаила Задорнова среди артистов, Фазиля Искандера среди писателей Лев Немировский ценит больше всего. Но вообще он считает, что Россия находится в несмеховом пространстве.

Лев Немировский: На мой взгляд, и литература в целом несколько понижена. Наверное, нужен какой-то период, когда российская литература и российский юмор опять поднимутся выше. Хотелось бы, чтобы мы этого ждали недолго.

Татьяна Вольтская: Тем более, что без чувства юмора человек вряд ли может называться человеком.

Татьяна Валович: Валерий Георгиевич, какое место юмор занимает в вашей жизни и творчестве?

Валерий Попов: Думаю, что не только в моей жизни, но и в жизни всех нас юмор - это кислород, без которого бы мы давно задохнулись. Я вот не согласен с моим другом Немировским, юмор бушует в нашей жизни необыкновенно, мы и им живем собственно.

Татьяна Валович: То есть, в любой момент нужно находить в стране и в себе какие-то смешные моменты, чтобы порадовать себя и снять стресс?



Валерий Попов: Да, эта культура у нас очень высока. У нас люди наслаждаются необыкновенно весельем, так что тут, по-моему, нет проблемы. На каждом шагу... Вот я ехал в метро, мрачные все, с работы едут, вдруг входят два типа навеселе, падают на сиденья и застывают, но через минуту весь вагон хохочет, весь ужас ушел, потому что у одного в руке журнал, он спит, а другой спит с поднятой в руке ручкой, они заполняли кроссворд и решили немножко отдохнуть от интеллектуального подвига в таких позах. Немножко отдохнут и снова начнут высокоинтеллектуальный подвиг. То есть, все пронизано таким весельем и прелестью. Так что мы этим живы. Или вот, тоже, переполненное метро, входит очень почтенный господин, довольный собой, а у него в руке такая коробка, и на ней написано "сифон бытовой", и начинает постепенно весь вагон хохотать, и сам важный господин тоже, потому что второй смысл этой надменной надписи всем вдруг явился, так что люди очень хорошо понимают, от бомжей до миллионеров, все этим живы.

Татьяна Валович: Валерий Георгиевич, а за что вам была вручена премия "Золотой Остап"?

Валерий Попов: А, ну так вообще-то за выслугу лет, потому что гротеск - мой главный инструмент. Как сказал Марсель Пруст, от литературы остается гротеск, длинный Дон Кихот и толстый Санчо Панса. И вообще за книгу "Грибники ходят с ножами", и вообще мою жизнь, нескладно-драматическо-комическую.

Татьяна Валович: А как вы считаете, можно ли по состоянию юмора оценить состояние общества?

Валерий Попов: Да, конечно, это проверка общества. Вот я могу вспомнить такой эпизод первоапрельский, точно я не помню, но где-то в эти дни год назад я жил на острове Готланд, там центр писателей-переводчиков, там были скандинавы и прибалтийцы, я вот помню, прятался, мне очень жалко было валюты, не ходил на общую кухню, где шум, гам, веселье, стал мизантропом, что вот, гуляет Европа, а мы вынуждены центы копить. Я покупал еду, такой кулечек, и держал на подоконнике за рамой. Но тогда налетел страшный ураган, утром взглянул - моего мешочка нет, смотрю на газоне около дома гора мусора, и мой мешочек там, я радостно набросился, разбросал мусор, схватил его и начал есть, и вдруг увидел, что на меня писатели всего мира с ужасом смотрят через окно кухни, до чего дошел русский писатель в своей экономии, что ест мусор с земли.

Татьяна Валович: Уметь посмеяться над собой

Валерий Попов: Да, я сначала был в отчаянии, все, уже никогда не зайти на кухню, а потом понял, что это сюжет, пришел, писателям всего мира рассказал. Они очень смеялись, и пошел такой монолог, все стали наперебой рассказывать, какие они идиоты и болваны. Литовский прозаик прелестную историю рассказал, как он тоже одинокий, говорил, тоже стеснялся, ходил по Балтийскому берегу, кидал камушки и делал блинчики, и вдруг один камешек - бац, утке в голову, и убил утку, и он убежал и прятался. Немец очень холеный и благополучный рассказал, что однажды он сел не в ту машину, приехал домой не в той машине, даже не того цвета, и как его ругала жена. То есть все люди наперебой рассказывали, какие они дураки и вообще балбесы, такое было счастье. Мы расстались просто друзьями. Дурачество - самое демократичное, самое доброе, что есть на свете.

Татьяна Валович: А вот, на ваш взгляд, сейчас то, что предлагает российская эстрада, российское телевидение, вот юмор, который должны потреблять россияне, вы удовлетворены его качеством?

Валерий Попов: Ну, так же, как и в жизни, есть разные крайности. Есть очень мной любимые вещи. Дело не в пошлости, а в талантливости, например, вот я обожал, кажется, этот дуэт распался, Нагиев и Ростов, "Модерна", по-моему, это был абсолютный блеск, это смешно, потому что ужасно. Когда мелочный смех... Юмор должен быть ужасен, страшен, преодоление ужаса - вот что такое настоящий смех.

Татьяна Валович: А пошлость в юморе – допустима ли она? Где мера? Кто должен следить?

Валерий Попов: Думаю, что она необходима. Легкая пошлость - это наше горючее. Говорить, что никогда, сбережем, сохраним – это пошлости, это люди, которые делают себе капитал на пафосе, а мой любимый Искандер сказал: не все истинное смешное, но все смешное обязательно истинное, иначе бы люди не смеялись.

Татьяна Валович: Валерий Георгиевич, а вы обижаетесь на розыгрыши?

Валерий Попов: Нет, я считаю, что это очень точный сигнал. Как правильно сказал Толстой, нет в мире зла, есть указание на твои ошибки, поэтому произошедшая с тобой смешная история - это всегда звоночек. Я помню, я так разважничался, что меня однажды выбрали председателем Союза писателей, пригласили в финское консульство, хожу, обмениваюсь визитками с какими-то незнакомыми дамами, с тремя дамами обменялся визитками. Потом идет консул, дает визитку, я даю три визитки, они их читают, и переглядываются, я дал три визитки женские, разные имена, что за тип такой. То есть всегда, когда начинаешь раздуваться, укольчик очень полезен.

Татьяна Валович: А вы сами участвуете в розыгрышах? Вот горожане говорили, что с возрастом становится уже как-то несолидно участвовать в розыгрышах?

Валерий Попов: Нет, специально нет, но радоваться им надо всегда. Потому что наша российская жизнь полна смеха. 1 апреля - не надо зацикливаться на этом дне. Еду в аэропорт, думаю, опущу письма уже в Пулково, бросаю три письма, собираюсь идти, смотрю, они лежат на полу - что такое, неужели промахнулся. Снова бросаю, и снова они лежат на полу. Начинаю снова, и снова на полу... И тут меня осеняет: смотрю, в аэропорту почтовый ящик без дна. Наша жизнь всегда как-то так нас взбадривает. Чувствовать, что жизнь смеется, это очень важно.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Наталья: Наталья, Подмосковье. Я считаю, что шутки и розыгрыши - это совершенно разные вещи. Шутки должны присутствовать в нашей повседневной жизни, потому что на серьезные нападки лучше ответить шуткой, неприятность, я не имею в виду горе и беду, лучше встретить с юмором. А вот розыгрыш, даже самый безобидный, всегда оставляет легкое чувство досады. Поэтому я никогда никого не разыгрываю.

Татьяна Валович: У нас еще звонок.

Александр: Очень приятно слышать вашего гостя, замечательного писателя, Александр из Петербурга. Вот есть разница между мужским юмором и женским? Вот недавно было 8 марта, сегодня 1 апреля... По-моему, чувство юмора свойственно больше мужчинам, как вы считаете?

Валерий Попов: Наверное, да. Сейчас наша жизнь не шибко разделяет. Я вспоминаю одну женскую шутку, вот правильно сказала Наталья перед этим, что юмор спасает нас. Гротеск - это как молния, которая атмосферу насыщает озоном. Помню, однажды мы сидим в Кузьмино, унылый пейзаж, унылая жизнь, нет продуктов, дочь плохо учится в школе, грусть, тоска, отчаяние, вдруг звонок, врывается какая-то женщина растрепанная, нас отталкивает, начинает стягивать наше белье с кровати и завязывает узлом, и идет к выходу. Я говорю: "Что такое? Уйдите. Почему вы берете наше белье?" "Это не ваше белье. По ошибке вам выдали мое белье". И с узлом уходит. И ужас уже перерастает в хохот. Когда четвертая неприятность подряд, это уже смех. Просто эта женская шутка нас спасла тогда, и дела лучше пошли. Где белье, мы до сих пор не знаем, но она нас очень развеселила. Гротеск - это наше спасение.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Слушатель: Добрый день, можно шуточную рекомендацию, но она с таким черным налетом. Я предлагаю изменить фамилию музыкального редактора "Свободы", поскольку он плохо представляет себе по возрасту людей, которые вас слушают, и передает нам всякую чепуховую попсу.

Татьяна Валович: Давайте договоримся, что мы все-таки будем более корректными и не будем обсуждать конкретных людей. Сегодня 1 апреля, день шуток, и мы говорим о том, обижаетесь ли вы на розыгрыши. У нас еще звонок.

Ольга: Доброе утро. Меня зовут Ольга, хочу поблагодарить вашего гостя за чудесный рассказ о пластиковом мешочке с продуктами за окном. Тем более, сегодня день особенный для миллионов россиян, которые узнали, что им повысят пенсии на 4 доллара, и это счастье мы будем иметь до самого августа, и хочу поздравить вас с днем смеха, и, как принято считать в России с петровских времен, что когда уже людям терять нечего, они смеются. И я пожелаю всем смеяться, смеяться и смеяться.

Татьяна Валович: Валерий Георгиевич, как вы считаете, вот в последнее время президент России, да и многие политики, стали очень часто использовать и в политических речах, и на встречах с избирателями юмор. Как вы считаете, они делают это, чтобы оказаться ближе к народу? И вообще, как можно оценить использование в политических целях юмора?

Валерий Попов: Ну, в общем-то, я думаю, что Хрущев при безумных его некоторых действиях все-таки остался любимцем народа благодаря его украинским байкам и прибауткам. Это очень человечно. Черномырдин до сих пор не сходит со страниц. Это гениальная находка, такие как бы бессвязные, но точные фразы. Есть очень удачные стилисты в политике.

Татьяна Валович: Как вы считаете, должна ли все-таки на экранах телевидения и в студиях быть какая-то цензура, в хорошем смысле слова, чтобы отсеивать пошлость от хорошего юмора, или должна быть вседозволенность, а людям самим выбирать, что им смотреть, а что нет?

Валерий Попов: Было бы хорошо, если бы это дифференцировалось по каналам. Канал интеллигентного юмора и канал хохотунов неутомимых, которые утомляют.

Татьяна Валович: У нас еще звонок от радиослушателя, вы в эфире.

Илья Петрович: Меня зовут Илья Петрович. Я хочу узнать, это не шутка, что Валерий Попов у вас, не первоапрельский розыгрыш, он действительно сидит с вами?

Татьяна Валович: К сожалению, мы радио. Мы бы могли вам показать.

Валерий Попов: Вы правы, Илья Петрович, это сидит мой двойник. Сам я, к сожалению, не смог прийти, занят работой над романом.

Татьяна Валович: Над каким?

Валерий Попов: О судьбах человечествах.

Татьяна Валович: У нас еще вопрос от слушателя.

Слушатель: Это шутка или нет, что сейчас все говорят о том, что якобы штаб масонской ложи переместился в Кремль?

Татьяна Валович: Я думаю, в этом вопросе тоже есть доля шутки.

Валерий Попов: Штаб масонской ложи находится у нас в ЖЭКе. Там водопроводчик ее возглавляет, эту секту.

Татьяна Валович: У нас еще вопрос от слушателя.

Владислав Иванович: Меня зовут Владислав Иванович. Я родился 1 апреля, а так как это было в 23 часа с минутами, акушерка была занята серьезными делами и спросила потом маму, записать 1 или 2 апреля, и мама в паспорте записала меня 2 апреля. Но отпечаток юмора до сих пор остался в моей жизни.

Татьяна Валович: Валерий Георгиевич, вот все-таки юмор помогает выжить в любой ситуации, нужно уметь смеяться над собой, это может помочь даже в самые тяжелые моменты, не зря же есть даже специальные разработки врачей, смехотерапия... На сегодняшний день в России, как вы считаете, умеют люди посмеяться над собой?

Валерий Попов: Да, конечно, думаю, вообще улица у нас очень улыбчивая, идешь по улице, почти 90 процентов людей гогочут, рассказывая друг другу о своих злоключениях. Недавно видел объявление: проводятся озорные экскурсии по Русскому музею. "Обзорные" кто-то написал с опечаткой. Одна буква отделяет нас от счастья. Одна буква, и смешно.

Татьяна Валович: А в молодежном сленге сейчас присутствует слово "прикол", именно им называют шутки, анекдоты, то, что способно вызывать смех. Между тем, еще другое значение этого слова ведь пошло от употребления наркотиков. К большому сожалению, мало кто это знает. Способны ли молодые люди без употребления какого-то допинга уметь шутить, смеяться, причем добро?

Валерий Попов: Вот это для меня пока загадка. Как вырастал наш юмор, это я чувствую хорошо. У меня в книге "Запомните нас такими" есть такая новелла - "Советская литература - мать гротеска". Весь мой юмор пошел, вот я читал такую книгу-детектив на работе, там такая была фраза: "Раздался выстрел, Петров взмахнул руками и упал замертво, Сергеев насторожился". И я придумал сразу случай на заводе молочном, где ловят шпиона в горе творога, а потом он влетает в гору масла. Советская литература и жизнь - такая мать гротеска, так мы виртуозно все научились шутить.

Татьяна Валович: Потому что была цензура?

Валерий Попов: Да, цензура, и вообще очень зловеще смешно вокруг. А сейчас как бы плотина, которую надо перепрыгивать с шуткой, непонятна. То есть действительно сатира обеззубела, и на чем будет новый юмор расти - я не знаю.

Татьяна Валович: Вам приходится общаться с молодыми писателями, тем более теперь, когда вы стали председателем Союза писателей, вам приносят книги на рецензии? Как вы вообще может описать состояние литературы в юмористическом направлении? Приходилось вам сталкиваться с молодыми талантливыми писателями?

Валерий Попов: Да, недавно как раз мы вместе с директором "Чаплин-клуба" открывали в кафе "Муму" памятник Муму. И там выступала группа молодежная "Зимовье зверей", и ее лидер Константин Арбенин подарил мне свою книжку стихов. Очень острые и горькие, и смешные стихи. Так что, в принципе, не поколениями делятся люди, а стайками. Стайка талантливых есть. Хоть молодежи труднее, нас объединял иронический стиль жизни, а сейчас мы вроде идем к победам, и смеяться не надо.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Слушатель: Валерий Георгиевич, у меня к вам скорее комплимент: вы относитесь к очень редкому типу и людей, и писателей, которые являются не просто мастерами чего-то, юмора, гротеска, но являетесь поразительным носителем самоиронии, причем в таком изысканном виде, в каком она далеко не всегда доступна. Я вообще лично считаю, что человеку нужно присудить звание мастер самоиронии, как гроссмейстер в шахматах.

Валерий Попов: Спасибо. Это, конечно, немножко трудная честь. Я много раз горел на этом. Однажды, помню, на юбилее звезды рассказал такую шутку, как такой был инструктор райкома, который очень хорошо служил, но время от времени писал в водосточную трубу, напившись, его все время после этого повышали, а потом раз, и убрали. И кто-то сказал, видимо, нашел водосточную трубу, достающую до неба. Я читаю эту новеллу, вдруг вижу, как два инструктора райкома напротив меня сидят, поднявшихся на высокую должность. И я лишился премии за эту шутку. Шишек много, но я их описываю, потом еще получаю за это деньги, работа такая.

XS
SM
MD
LG