Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Евдокия Васильева


Ведущая петербургского часа программы "Время Свободы" Татьяна Валович: По количеству памятников федерального значения Петербург бесспорный лидер - в России их более 4 тысяч. 15 процентов городских зданий - памятники, входящие в перечень ЮНЕСКО. А вообще в Петербурге более 6 тысяч памятников архитектуры, истории и культуры. Поэтому для Петербурга вопрос охраны памятников стоит очень остро. Ведь кроме времени и неблагоприятной окружающей среды памятники разрушают вандалы. О том, как обстоит дело с охраной памятников в городе, мы поговорим с нашей гостьей, председателем общественной комиссии по реконструкции исторического центра муниципального образования "Дворцовый округ" Евдокией Васильевой.

Евдокия Алексеевна, как уже упоминалось, в Петербурге в эти дни проходит декада Международного дня охраны памятников и исторических мест. Городской комитет по градостроительству и охране памятников подготовил целую серию мероприятий. Между тем, исторический центр города продолжает страдать от уплотнительной застройки, когда при строительстве одного дома рушатся два соседних. И это толкает неравнодушных горожан проводить митинги и даже театрализованные представления. Очередное действо пройдет в четверг 15 апреля в день рождения Николая Гумилева и будет посвящено защите дома, где он жил. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская:

Татьяна Вольтская: Краеведы, историки, артисты собираются отметить день рождения поэта Николая Гумилева театрализованной акцией и митингом в защиту исторических зданий. 24 марта Законодательное собрание Петербурга приняло депутатский запрос Алексея Ковалева губернатору Санкт-Петербурга по поводу судьбы зданий на Васильевском острове, которые предполагается снести для строительства второго выхода из подземного вестибюля станции метро "Спортивная". Этот выход должен располагаться между набережной Макарова и Тучковым переулком, и Съездовской линией, из-за чего будет снесено три жилых дома, и исторический облик места будет утрачен. Говорит депутат Законодательного собрания Петербурга Алексей Ковалев:

Алексей Ковалев: При строительстве такого выхода неминуемо в зону обрушения попадают и окружающие здания, включая екатерининскую церковь и соседний дом на Тучкова 17, где жили Гумилев с Ахматовой, и где родился Лев Николаевич Гумилев.

Татьяна Вольтская: У метростроевцев нет согласования с органами охраны памятников. Но главное, считает Алексей Ковалев, этот выход вовсе не нужен горожанам, всем будет до него далеко. Даже студенты университета пойдут на Университетскую набережную, а не сюда. Этот проект повлечет за собой строительство станции метро "Адмиралтейская", тоже с уничтожением окружающей застройки.

Алексей Ковалев: Планировалась еще станция метро "Университет", которая должна была быть непосредственно рядом с территорией Государственного оптического института. Так вот, из-за противодействия оптического института эта станция не была построена. А вот она как раз для университета была бы очень важна. Сегодня Метрострой заинтересован в том, чтобы его эта работа попала в план работ на следующий год, попала в бюджет, и за счет бюджета начали бы расселять эти дома. Они, ничего не построив, могут заработать на этом жилье.

Татьяна Вольтская: Именно поэтому, по мнению Алексея Ковалева, метростроевцам важно втянуть город в новое строительство. Депутат считает, что единственное место для метро - на территории Государственного оптического института.

Алексей Ковалев: Который захватил под конец советской власти эту территорию. Теперь ей торгует. Из-за этого не построены станции метро. Деньги, которые были выделены Советским Союзом еще на оборонные цели, пошли на удовлетворение коммерческих интересов застройщиков.

Татьяна Вольтская: Алексей Ковалев говорит, что здравый смысл призывает не разрушать облик города, чтобы строить никому не нужный выход в метро.

Татьяна Валович: Евдокия Алексеевна, как вы считаете, ситуация с разрушением исторического облика Петербурга, когда не учитывается при сиюминутных каких-то моментах та значимость исторического облика города – насколько это характерно в последние годы?



Евдокия Васильева: Прежде всего, я хочу поблагодарить Радио Свобода, которое пригласило нас в такой очень серьезный момент, когда памятники города - конечно, декада это прекрасно, но они нуждаются в постоянном уходе и заботе, и круглогодичной охране. То, что сейчас происходит с памятниками – наша общественная комиссия образована в 1999-м году, когда хотели, промелькнуло сообщение о том, что должны были удалить липовую аллею на Большой Конюшенной улице. Мы все дружно собрали подписи, и с тех пор, с 1999-го года мы очень дружно действуем по защите памятников. Защищать есть что. Приведу только короткий последний пример, когда 20 февраля в "Вечернем Петербурге" была опубликована статья о том, что инвестор желает забрать больницу номер пять, это на Малой Конюшенной, госпиталь, которому 270 лет. Должны были проводиться общественные слушания по поводу того, что инвестор из госпиталя, ныне действующей больницы собирался сделать гостиницу. Гостиниц слишком и много и так, и что, жителям Дворцового округа будет лучше, если они будут в Кировском районе лечиться? А инвестор пытался внушить жителям, что здесь будет гостиница, и как это будет здорово. Естественно, мы не согласились. Затем была публикация в "Новом Петербурге" о том, что мы победим, и инвестор ушла. Не думаю, что на этом поставлена точка, борьба будет продолжаться, но всего за один день до общественных слушаний мы по телефону собрали 40 наших жителей, и таким образом действуем и впредь по тому, что собирается отнять администрация у жителей города, потому что именно жители города являются теми хозяевами, кому принадлежит город, и именно им дано право решать, как поступить в том или ином случае.

Татьяна Валович: То есть, Евдокия Алексеевна, все-таки общественное мнение как-то может противостоять тому произволу чиновников, который творится в городе? Но насколько тяжело вам организовать это противостояние?

Евдокия Васильева: Противостояние огромно. Потому что наши интересы не пересекаются, вот у администрации как бы свой интерес, а общественность всеми силами, как может, защищает то, что нам принадлежит по праву. Примеров очень много. Вот я хотела бы сказать об Академической капелле.

Татьяна Валович: Но там проведена реконструкция, в средствах массовой информации этот вопрос освещался. Дворы капеллы к 300-летнему юбилею города были приведены в порядок. Вас это не устраивает?

Евдокия Васильева: Все это так. Надежды были именно такие, когда Всемирный банк занимался реконструкцией, и когда 11 сентября 2002-го года очень представительная комиссия проходила по дворам капеллы, это был действительно праздник, потому что мы очень страдали и более 50 лет мы ждали этого ремонта. Дворы еще пахли краской. Играли струнные оркестры, очень уважаемая комиссия рассказывала, как будет здорово, что будут мемориальные доски композиторов, различные бутики по рекламе капеллы, прославлению ее деятельности. Ведь хор государевых певчих был привезен Петром Первым для здравицы города, и то, что сейчас закрыта была на 300-летие капелла - никакой, конечно, аварийности не было. Это было преднамеренно. Сейчас новый руководитель Евгений Колчин, не имея ни музыкального образования, ни желания, просто переписав устав под себя лично, изъяв оттуда художественного руководителя и вписав строчку "коммерция", он выполняет это с таким рвением, что от капеллы фактически ничего не останется.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Слушательница: Я хочу напомнить о том не очень значительном памятнике, который был помещен в зелени Политехнического института. Он напоминал об источнике воды, которым пользовались блокадники. Сейчас он очень в запущенном состоянии, если еще цел. Я там правда давно не была...

Татьяна Валович: Евдокия Алексеевна, а как вы считаете, у нас в городе действительно очень много вот таких малых форм скульптурных, и они действительно находятся в очень плохом, мягко говоря, состоянии, и, к большому сожалению, до сих пор нет единого реестра, который бы отвечал за состояние памятников. Я знаю, что специалисты Петербургского государственного университета предлагали ВГИОПу организовать такой реестр, но на это так и не было выделено денег. И я знаю, и должна рассказать слушателям, что, можно сказать благодаря вашей деятельности, деятельности вашей комиссии с большим апломбом в январе этого года была открыта ограда у Александринского столпа, или как ее принято называть Александровской колонны на Дворцовой площади. Какое количество времени вы затратили на то, чтобы все-таки эта ограда была восстановлена, и какие препятствия на своем пути вы имели?

Евдокия Васильева: Ограда, будем так говорить, 3,5 года жизни потрачены только на то, чтобы эта ограда была восстановлена. Дело в том, что при реконструкции Александровской колонны, она вообще, кстати, была пропущена, и спасибо огромное Надежде Николаевне Ефремовой. Это заместитель директора по науке, которая настояла на том, чтобы сама Александровская колонна была реставрирована, она нуждалась в этом, и была пропущена ограда. Это совещание было 17 апреля 2001-го года. Ограда была просто не учтена, что она, как таковая, была. Значит, понадобилось более 20 писем, в том числе и президенту Путину. Мы писали во все абсолютно места, мы раскачали общественное мнение до такой степени, что сначала она 11,5 миллионов стоила, эти документы уже были у главного специалиста Владимира Григорьевича Сорина. А раскачали мы общественное мнение настолько, что должна была состояться пресс-конференция, это 2003-й год, и Владимир Яковлев поднялся, были леса вокруг Александровской колонны, он поднялся наверх, и Владимир Григорьевич говорит ему: "Как же так? Мы восстановим Александровскую колонну, и что же это будет без ограды – полпамятника?" Владимир Яковлев говорит: "Сколько надо?" 16,5 миллионов. В 16 часов был подписан документ, и пресс-конференция не состоялась. Ограду выполнила с блеском фирма "Интарсия". С ювелирной точностью, более 200 мелких деталей. Все то что мы видим сейчас – ограда вокруг Александровской колонны – это достойно, наверное, гораздо большего, чем то что мы сейчас видим в Эрмитаже. Гораздо большую ценность представляет. О том, что ее нужно охранять, мы обращались и во ВГИОП, и, кстати, Вера Анатольевна Дементьева, на которую мы так возлагали надежды, буквально сказала следующее: "Вот ограда должна крыть". Мы были на личном приеме 20 декабря. Она буквально сказала следующее: "Да, мы думаем к весне, значит, поставить у памятников императорам посты или охрану". Я говорю: "Простите, а к весне может вообще памятника не быть". Так оно и получилось. Но, по крайней мере, был декабрь, было еще время, мы обратились в Эрмитаж, поскольку вся Дворцовая площадь - это действительно принадлежит жителям города, тем не менее говорят о том, что Дворцовая площадь должна принадлежать Эрмитажу

Татьяна Валович: Но это, к сожалению, еще вопрос в стадии решения, он не решен, как мне вчера сказали в пресс-службе.

Евдокия Васильева: Но сказали, что как бы переговоры состоялись, и вроде дано добро. Кстати, я очень хочу сказать насчет ГИОПа: само слово это, аббревиатура, говорит об охране, но никакой охраны, конечно, нет. Вчера я тоже была в Эрмитаже, наши три письма переданы Лукину. О том, как собираются Эрмитаж охранять, ограду тоже, фактически когда передадут, тогда будем думать, несмотря на то, что Велинбахов нас заверил, что будет будка, охрана. А потом все это он полностью передумал, в результате от вандализма не смогли защитить.

Татьяна Валович: Как раз 25 февраля, после очередного акта вандализма, когда были сняты некоторые элементы декора решетки, ведь у Александровской колонны появился милицейский пост, и это очень хорошо было озвучено в средствах массовой информации, он сейчас есть? Мне, к сожалению, вчера не удалось выяснить это ни у пресс-службы Эрмитажа, ни в отделении милиции, к которому относится Дворцовая площадь – продолжается ли наблюдение, или нет?

Евдокия Васильева: У нас всегда имеет место эпизодичность, чтобы в средствах массовой информации прозвучало, а на самом деле никаких машин этих нет. Был момент, когда стояло по две машины и там сидело почти 8 сотрудников. Я живу рядышком, у меня есть возможность контролировать, куда бы я ни пошла, я прохожу через Дворцовую площадь. Я беседовала с этими сотрудниками о том, что же вменено в их обязанности. Они просто сидят в машине...

Татьяна Валович: Ну, хотя бы наблюдают.

Евдокия Васильева: Но их 8 человек. Этих 8 человек если в штат ввести, они бы один человек, вот то, что мы просили, гвардейца, как это было Монферраном задумано, мы имели круглосуточную охрану и теплую будку в северо-восточном углу Александровской колонны. Сейчас никаких машин нет. Красивейшая ограда историческая обнесена желтой транспортной оградой, и я не хочу и говорить о том, что такой степени неухоженность, мотоциклы, и так далее... Главный памятник мира. Нигде в мире колонны такой красоты нет, причем ее отполировали настолько, что там Эрмитаж виден. Но этому всему почему-то не дается той цены, которой она стоит.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Слушатель: Я старый петербуржец. Центр города для меня - сердечная боль. Я помню Ленинград 1944-го года, весна, и у меня ребяческое такое ощущение красоты этого полуразрушенного города. А сейчас он настолько испохаблен рекламой – мама родная... Просто мне иногда противно выйти в центр города, где я всю жизнь жил. Испохабили рекламой, выстроили какие-то безумные железные щиты, и прочее. Ради чего? Ради денег? Но ведь деньги можно зарабатывать по-другому. Дело в том, что исторический центр города - это же светский храм для жителей. Прийти туда, чтобы отдохнуть душой.

Татьяна Валович: У нас есть еще звонок.

Сергей: Здравствуйте, Сергей беспокоит. Я с большим уважением отношусь к усилиям общественников, но думаю, что надо заниматься профессионалам. По поводу восьми сотрудников, которые сидели в машинах у этой колонны - это были просто сотрудники вневедомственной охраны. Эти машины время от времени стоят в разных точках города, эти точки меняются. Естественно, в Центральном округе если начальник отдела вневедомственной охраны был бы как гражданин заинтересован в сохранности памятника, он бы учредил там постоянную точку, и одна хотя бы там машина стояла. Но я немножко о другом. Вот, очередная авария.... Мне кажется, что наши власти исключительно несерьезны, и пора говорить, что родина в опасности. Действия властей в отношении бюджета напоминают плавание в сухом бассейне. Наверное, вы были перед плаванием в настоящем бассейне, вас заставляли где-то проделывать похожие движения. Так вот, сейчас все наши руководители субъектов, в том числе правительство, расставили ванночки в огромной, дырявой, пустой цистерне, которая называлась в советские времена бюджетом. И вот они изображают, что в этих ванночках будут плавать.

Татьяна Валович: Евдокия Алексеевна, прозвучало мнение, что должны заниматься профессионалы охраной памятников. Но вы же как раз к профессионалам и обращались?

Евдокия Васильева: А как же. Я повторяю, что более 20 публикаций было, пожалуйста, читайте "Новый Петербург", "На островах и рядом", "Петроградская Аврора"... Мы не только обращаемся. Я три письма отдала лично Пиотровскому. И вот его мнение, правда, это было на улице, было начало января, был северный ветер, он что-то делал на улице, я шла с депутатом Агейчик Еленой Васильевной, и говорю, вот, у нас случай попросить еще раз, потому что через две недели открывается ограда, мы подошли, представились, она говорит, "я - депутат Елена Васильевна Агейчик", я говорю, что я - председатель комиссии. Я говорю, вот, открывается вот эта ограда, и как ее защитить? Его слова нас просто повергли в ужас, что называется, он сказал: "А зачем она вообще нужна?" Поэтому если такое мнение, извините, нашей интеллигенции, людей, которые ее представляют, то как иначе?

Все, что мы делаем – у нас есть конкретные результаты. Например, была совершенно жуткая реклама, как раз вернемся к рекламе, когда на одной стороне ворот Академической капеллы прославляли ресторан, я называю это надгробиями, прославлялся ресторан "Певческий мост" а с другой стороны теми же буквами Владислав Александрович Чернышенко, это святой человек для нашего города. Вы понимаете, слава Богу, наше письмо сработало, и эти позорные доски сняли, но в ответ не установили надпись о том, что это капелла имени Глинки...

Нам кажется, очень многого можно добиться. Почему я и призываю общественность. Да, нам нужно прежде всего составить реестр памятников малых и больших, и проявить заботу о них. Я обратилась в земельный комитет по поводу того, что стоянка у Конюшенной площади, а там, глядя мне в глаза, сотрудник говорит, что это незастроенный земельный участок, вот поэтому она и сдана в аренду. Я говорю: простите, это площадь петровских времен, 1720-го года, она потому и площадь, что на ней ничего не построено. Вот понимаете, поэтому нужен кадастр. В Псковской области есть кадастр, где перечислен каждый миллиметр земли, что на нем построено, когда построено, и так далее. Мы поднимали этот вопрос. Почему нет кадастра в Петербурге? Почему на это у нас всегда не хватает денег?

Татьяна Валович: То есть чиновники воспринимают каждое незастроенное пятно как участок для инвестиций денег?

Евдокия Васильева: Да, совершенно верно. Поэтому я говорю, призываю жителей по всему городу: пожалуйста, мы - хозяева этого города, и мы не должны... Понимаете, с чиновниками мы идем по параллельным линиям, мы не пересекаемся. У них одни интересы сиюминутные, а нам жить, нашим детям, нашим внукам, нужно передать город не хуже, чем он был. Я понимаю боль человека, который позвонил по поводу растяжек, это мерзко и гадко. Реклама такой степени достигла... Вернемся к капелле: господин Колчин открывает ресторан, гордится тем, что там туристские группы будут кормиться, ресторан "Капелла", "оргазм" можно было там купить за 80 рублей. Это какой-то напиток. Был там в меню. "Оргазм" под святым именем капеллы. Я это озвучила 5 декабря в ИТАР-ТАСС, они, правда, это из меню убрали...

Мы хотим жить, работать, любить, учиться. Не вмешиваться нельзя. Во что превращены дворы капеллы – они отданы на откуп бренчащим подросткам, которые пристают. Нужен закон об охране памятников. Нужно финансирование. Пусть занимаются профессионалы, но они же этого не делают. Вот почему общественность и выкладывается так, что иной раз прост диву даешься этому. Город без памятников - это уже будет другой город, не тот наш святой Санкт-Петербург, которым все восторгаются. А восторгаться этими растяжками, всем тем, что творится в городе, это просто сиюминутное выкачивание денег и потеря Санкт-Петербургом лица.

XS
SM
MD
LG