Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Олег Бодров


Ведущий петербургского часа программы "Время Свободы" Виктор Резунков: 18 лет назад, 26 апреля 1986-го года, на Чернобыльской АЭС произошла самая крупная в истории техногенная катастрофа. Насколько сегодня безопасны АЭС, почему европейские экологи протестуют против их строительства? Об этом и о многом другом мы поговорим сегодня с председателем российской экологической организации "Зеленый мир" Олегом Бодровым. На днях в петербургском отделении Института региональной прессы выступили представители нескольких европейских экологических организаций, протестующих против строительства новых АЭС в Европе и продления жизни реакторов, выработавших свой ресурс. Давайте прежде чем начнем нашу беседу, послушаем репортаж корреспондента Радио Свобода Татьяны Вольтской:

Татьяна Вольтская: Представители "Гринпис", российской организации "Зеленый мир", норвежской "Молодежь за экологию", "зеленой" партии Швеции, французской антиядерной сети, немецкого отделения организации "Международные врачи за предотвращение ядерной войны", австрийского "Атомстопинтернационала", Всемирной энергетической информационной службы и других экологических организаций собрались в Петербурге, чтобы обсудить проблемы безопасности объектов атомной энергетики в Европе. Говорит представительница финской организации "Женщины против атомной энергии" Улла Клотцер:

Улла Клотцер: Мы очень обеспокоены планами финского правительства построить в Финляндии самый большой в мире ядерный реактор. Он подвергался очень серьезной критике, с разных точек зрения. Китайское и французское правительства отказались от строительства такого реактора. Кто-то говорит, что эта модель устарела, и можно построить лучшую. Но мы не хотим никаких реакторов. Мы будем продолжать до самой смерти нашу кампанию против любых реакторов в Финляндии и мире.

Татьяна Вольтская: Улла Клотцер сказала также, что приехала в Петербург потому, что очень обеспокоена планами российского правительства возобновить в августе работу старого реактора в Сосновом Бору:

Улла Клотцер: Я была в Сосновом Бору, и я абсолютно убеждена, что он должен быть закрыт, а Россия должна получить финансовую помощь для вложения средств в щадящие окружающую среду альтернативные источники энергии. Мы также протестуем против строительства в Финском заливе двух гаваней для радиоактивных отходов.

Татьяна Вольтская: Все участники встречи были согласны в том, что Финский залив очень уязвим, и что строить в нем такие гавани недопустимо, тем более, что мониторинги показали, что рыба в Финском заливе стала не менее зараженной, чем в Ирландском море - самом неблагополучном в Европе водоеме с точки зрения радиоактивного загрязнения.

Виктор Резунков: Олег, у меня к вам вопрос, почему все-таки экологи, европейские и российские, так решительно выступают против строительства новых АЭС? Ведь наука шагнула так далеко вперед, что говорить о глобальной опасности АЭС, по-моему, уже не приходится. Или - что происходит?



Олег Бодров: На самом деле, постоянно происходят технические усовершенствования ядерных опасных объектов. Это так. Но на самом деле жизнь значительно многообразнее, и могут появиться новые факторы, которые влияют на эти объекты, и они не становятся столь безопасными, как на то рассчитывали их создатели. Например, до атаки террористов на Нью-Йорк 11 сентября 2001-го года никто и не думал, что на атомную станцию могут упасть тяжелые самолеты с полными баками горючего, а если такой самолет окажется на атомной стации или хранилище ОЯТ в Сосновом Бору, это будет катастрофа в десятки раз масштабнее чернобыльской, потому что на сегодняшний день по радиоактивности 40-50 "чернбылей" находятся во временном хранилище ОЯТ Ленинградской АЭС. Эта проблема не решена, и это источник серьезного беспокойства для жителей Соснового Бора, Петербурга и всей Европы. Она не решена нигде в мире.

Виктор Резунков: А каким образом вы, экологи, предлагаете решать энергетическую проблему, если не строить новые АЭС?

Олег Бодров: Анализ показывает, что на сегодняшний день на Северо-Западе России очень неэффективно используется уже производимая энергия. Так вот, если неэффективные технологии использования энергии заменить на более эффективные, то экономия окажется такой, что не нужно будет производить электроэнергию на АЭС в Сосновом Бору и Кольской АЭС. Можно говорить, что вся электроэнергетика Северо-Запада России работает только на отходы, и в то же время сама производит ядерно-опасные отходы, которые могут представлять опасность в течение тысяч лет. Логично ли двигаться в этом направлении? Самое эффективное сейчас решение энергетических проблем, на котором мы предлагаем сфокусироваться в ближайшее время - это энергоэффективность. Кроме того, второй этап - возобновляемая энергетика, использование других источников энергии, солнечной, ветровой. Кстати, Россия обладает самым лучшим в Европе потенциалом ветроэнергетики, но процент его использования равен нулю на сегодняшний день практически. Мне кажется, это просто иррационально. Нам, на сегодняшний день, нужно двигаться в этом направлении. Энергоэффективность и возобновляемая энергетика - это и будет решением проблемы.

Виктор Резунков: Недавно в Финляндии было принято решение о строительстве новой АЭС, что вызвало достаточно негативную реакцию в России у руководства Минатома, и было принято решение построить еще одну АЭС в Сосновом Бору, так ли это?

Олег Бодров: Да. Это было решение финского парламента - построить у себя в стране франко-германской новый реактор. Россия принимала участие в тендере и не выиграла его, а выиграл франко-германский консорциум Siemens-Framatom. С политической точки зрения это был проигрыш России, и Минатом решил тут же отыграться - "раз финны решили построить самую крупную в мире АЭС мощностью 1 миллион 600 тысяч киловатт, то почему бы нам не продемонстрировать, что мы тоже можем делать такое". Уже сейчас известно, выбрано даже место, в 20 километрах к западу от Соснового Бора, где планируется построить самый крупный в России атомный энергоблок мощностью в 1,5 миллиона киловатт, в полтора раза больше, чем действующий сегодня один энергоблок на Ленинградской АЭС. Но это будет реактор другого типа - водо-водяной. Такое решение Финляндии привело к тому, что опасность развития атомной энергетики фактически сконцентрировалась в восточной части Балтийского моря. Нас это очень беспокоит.

Виктор Резунков: Олег, вот такие решения должны приниматься все-таки, наверное, после какого-то обсуждения хотя бы с гражданами, которые живут в этом регионе, или проведения референдума. Действия власти, по вашему мнению, выходят за рамки приличий?

Олег Бодров: Мне кажется, происходящее в Сосновом Бору можно назвать беспределом. То, что уже сейчас продвигается новый проект реактора ВВР-1500, это не единственный случай. Могу сказать, что два года назад был построен без государственной экологической экспертизы, без общественных слушаний крупнейший в Европе завод по переплавке радиоактивных металлических отходов "ЭКОМЕТ С". Он запущен в эксплуатацию. Сейчас продолжается строительство сухого хранилища ОЯТ на берегу Балтийского моря. Здесь же, на территории АЭС, строится завод по разрезке тепловыделяющих сборок, чтобы разместить их в металло-бетоновых контейнерах в сухом хранилище. То есть все объекты строятся, игнорируя российские законы, игнорируя мнение общественности, это очень тревожный факт.

Виктор Резунков: Олег, российское правительство решило продлить жизнь старейшему в мире реактору чернобыльского типа – на Ленинградской АЭС. Это, по вашему мнению, представляет угрозу безопасности петербуржцев?

Олег Бодров: Конечно, как физик и эколог я воспринимаю это как серьезную опасность. У меня есть опыт работы с ядерными реакторами, опыт экологической работы в региональной экологической лаборатории. Как любой старый объект – старый автомобиль становится более опасным, но когда речь идет о ядерном реакторе, то здесь может пострадать не только владелец автомобиля, не только случайный прохожий, но и весь балтийский регион, потому что Ленинградская АЭС находится на берегу Балтийского моря и каждую секунду берет 200 кубометров балтийской воды для охлаждения. Практически это часть Балтики. Стало быть, это рыба, это чистая вода и безопасность около сотни миллионов человек, которые живут на берегу Балтики. Думаю, это очень серьезная опасность, и проблема в том, что вот это решение правительство приняло, 1 августа оно намерено запустить вновь остановленный самый старый в мире энергоблок без государственной экологической экспертизы, без общественных слушаний, без реального анализа того, насколько это необходимо, того, насколько нам нужен этот реактор, потому что я уже неоднократно говорил, что эффективность потребления электроэнергии в Северо-Западном регионе такова, что мы могли бы закрыть атомную станцию. Конечно, это серьезные социальные проблемы, которые нужно решать. Но с энергетической точки зрения нам нужно поменять стратегию и заниматься энергоэффективностью и возобновляемыми энергоисточниками, и тогда бы эта опасность могла бы у нас постепенно сойти на нет.

Виктор Резунков: У нас в эфире слушатель.

Николай Понтюхов: Майор запаса Понтюхов Николай Николаевич, город Ленинград. У меня вопрос к Олегу Бодрову: вы, как физик и эколог, должны знать, что в 1988-м году был создан Институт атомных технологий, где Лев Максимов открыл ториевый цикл, запатентовал, он пробивался очень долго, но наши власти ничего не предпринимали. Институт разгромили по чьему-то указанию. Его жизни угрожает опасность. Американцы практически захватили эти данные, и ждут только одного: чтобы прошел срок действия патента. А смысл такой, что ториевый цикл производит практически революцию в атомной энергетике, позволяет делать АЭС совершенно безопасными, увеличивает срок перезарядки теплоэлементов, 30-40 лет электростанция может работать, не перезаряжаясь. Потом отходов опасных практически нет. Эта станция не опасна и в смысле террористов, от взрыва там не будет никаких ядерных выделений.

Олег Бодров: Я знаком с Львом Максимовым, мы общались на семинарах и конференциях. Это действительно интересная идея, она засуживает внимания с теоретической точки зрения, но проблема в том, что это потребует необходимости создания целой инфраструктуры, которая бы обслуживала это новое направление. С одной стороны, это гигантские капиталовложения, а с другой, на мой взгляд, проблема не в том сейчас, ториевый цикл или урановый будет использован, а проблема в том, насколько эффективно мы используем эту энергию, с одной стороны, а с другой, на сегодняшний день, по оценкам экологов, сейчас в мире потребляется в несколько раз больше энергии, чем это возможно с точки зрения обеспечения стабильности и безопасности воспроизводства среды обитания в планетарном масштабе. Известно, что если на Земле будет потребляться примерно 1 процент той энергии, которая поступает от Солнца, экосистема земная сможет устойчиво воспроизводить воздух и воду, которыми мы пользуемся. Но сейчас примерно 4 процента энергии мы добываем из недр Земли, и при этом не используем солнечную энергию. Это разрушает баланс. Таким образом, предложение, о котором вы говорите, интересно с технической точки зрения, но в то же время не позволяет решить глобальные проблемы устойчивости существования планетарной системы.

Виктор Резунков: У нас еще один звонок.

Владимир: Добрый день, меня зовут Владимир. Меня просто удивляют рассуждения о солнечной и другой энергии, когда есть атомная. Нефть была основой в ХХ веке для индустриального общества, атомная энергия - для постиндустриального, она везде развивается. Кто противодействует этому – страны-производители нефти и газа. У нас в стране ОПЕК и ТЭКи наши имеют очень сильные позиции, и в политике, и в СМИ. Поэтому никакой положительной оценки атомной энергетики у нас почему-то не дается, кроме как на "Свободе" что-то началось...

Виктор Резунков: Как я понял, слушатель считает, что мы не можем выступать против атомной энергетики, потому что это явление постиндустриального общества.

Олег Бодров: Мне кажется это странным, потому что если обратиться к опыту европейских стран, то сейчас многие, я бы сказал даже, большинство этих стран начали менять энергетическую стратегию. Та же Германия, крупнейшая европейская страна, сейчас уже закрывает второй энергоблок ядерный и гигантскими темпами развивает ветроэнергетику, возобновляемую энергетику, энергоэффективность. Такое же решение ранее на референдуме было принято в Швеции – отказ от дальнейшего развития атомной энергетики. Дания вообще отказалась в принципе, имея потенциал достаточный для этого, отказалась развивать этот вид энергетики. На самом деле, вся Европа сейчас движется в этом направлении, в то же время, существует ядерное лобби, которое нуждается в том, чтобы где-то себя реализовать. В условиях, когда центр Европы отказывается от этого, оно устремляется в Финляндию, как сейчас, или другие развивающиеся страны. Это значит, что эти страны приобретут те гигантские проблемы, с которыми сейчас начнем сталкиваться мы все. Вот, в частности, Ленинградская АЭС, первый из реакторов РБМК-1000 - половина энергии производится на этих реакторах в России - достигла выработки своего ресурса. И здесь накопились гигантские проблемы, которые нужно будет решать всем нам, и все общество вынуждено будет платить многие десятки и сотни лет за то безумство, с моей точки зрения, которое было реализовано 30 лет назад на берегу Балтики.

Виктор Резунков: У нас звонок.

Ольга: Доброе утро, Ольга беспокоит. У меня два вопроса к вашему собеседнику. Первый: он так легко отмахнулся от технологии, о которой говорил майор запаса, ссылаясь на то, что это большие затраты. Это странно, потому что все большие затраты. Жить вообще затратно. Действительно ли всерьез он считает, что альтернатива новым технологиям в ядерной энергетике для таких стран, как Россия, ветряные мельницы? Что, назад к капитализму, назад к ветряным мельницам? Солнечная энергия? В стране на кусочке территории, на котором мы остались, прижатом к Северному Ледовитому океану? Или он рассчитывает, что это будет Московское княжество.

Олег Бодров: Спасибо, Ольга, хорошо, что вы упомянули о прижатости к северным территориям. Вы знаете, как раз эти территории обладают самым большим в Европе потенциалом ветроэнергетики. Сейчас удалось с большой кровью пробить первый ветряк в районе Мурманска. Потенциал только экономически оправданный ветроэнергетики в этом районе, на берегу Баренцева моря, в несколько раз превышает те мощности, которые сейчас дает атомная энергетика. Этот потенциал совершенно не используется. С другой стороны, есть возможность использовать и солнечную энергию. На той же широте, что и Петербург, я не так давно был в Швеции, целый городской шведский район большую часть года отапливается за счет комбинации солнечной энергетики и энергии, получаемой из отходов деревообрабатывающей промышленности. На самом деле, проблема не в том, чтобы создавать крупные мощности, как это делалось до сих пор, как Ленинградская АЭС и другие подобные объекты, а речь идет о том, чтобы в каждом конкретном месте использовать все доступные человеку виды энергии. Немножко ветра, немножко солнца, немножко отходов и очень высокая эффективность. Вот решение проблемы.

Виктор Резунков: Олег, у меня к вам такой вопрос: вы, кроме того, что вы председатель экологической организации "Зеленый мир", вы также представитель экологических организаций в международной коалиции "Чистая Балтика". Вот относительно разрешения использовать порты в Усть-Луге и Высоцке для транспортировки радиоактивных материалов. Вы неоднократно говорили о том, какая это экологическая опасность, какие могут проблемы?

Олег Бодров: Во-первых, в прошлом году правительство Касьянова, на мой взгляд, приняло очень неудачное стратегическое решение, когда порты Усть-Луга и Высоцк были объявлены портами, через которые из Европы в Россию могут ввозиться радиоактивные материалы. С учетом поправок уже ранее принятых Думой, может ввозиться ОЯТ из других стран, и Россия становится местом, где скапливается ядерная смерть. С другой стороны, сейчас в Сосновом Бору построен крупнейший в Европе завод по переплавке радиоактивных металлических отходов. А стало быть, можно с помощью разного рода юридических ухищрений ввозить не только ОЯТ, которое многими российскими ядерными экспертами расценивается как ресурс, но и ввозить металлические радиоактивные отходы для переплавки на берегу Балтики. Я считаю, это позор России. Она демонстрирует себя как отхожее место для всей Западной Европы.

Виктор Резунков: Эти заводы, о которых вы говорили, по переработке отходов - кто стоит за ними?

Олег Бодров: Очень хороший вопрос, потому что в одночасье граждане, живущие в Сосновом Бору, два года назад с удивлением обнаружили, что на территории государственного предприятия "Ленинградская АЭС" построен частный завод по переплавке радиоактивных металлических отходов мощностью от 5 до 8 тысяч тонн в год. Этот завод инвестировался "Газпромбанком". Такие инвестиции должны осуществляться после прохождения государственной экологической экспертизы. Таковой не было. Не было и общественных слушаний, как того предусматривает российский закон о государственной экологической экспертизе. Объяснение довольно простое. За этим стоят довольно серьезные деньги, довольно серьезные люди, заинтересованные в том, чтобы завод строился. Например, строителем завода была компания "Титан-2", владельцем которой является ныне здравствующий представитель Ленинградской области в Совете Федерации господин Ногинский. Так что его подпись, кстати, стоит в акте ввода эксплуатацию этого завода без госэкспертизы. У нас власть и бизнес фактически стали одним и тем же. Стало быть, совершенно наплевать на то, что думают по этому поводу жители. Вот, власть и деньги делают свое дело.

XS
SM
MD
LG