Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Субботнее интервью. Анатолий Ляшенко


Александр Гостев: Гость Радио свобода сегодня – художественный руководитель московского Театра иллюзий Анатолий Ляшенко. В этом году театру исполняется 22 года. В его репертуаре 12 спектаклей, в которых принимают участие профессиональные иллюзионисты и четвероногие артисты. Анатолий Ляшенко руководит театром с первого дня его работы, он заслуженный работник культуры Российской Федерации. В мае Театр иллюзий организует в Москве международный конкурс профессионального мастерства среди магов и волшебников. С Анатолием Ляшенко на эту и другие темы беседовала наш корреспондент Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Чем отличается профессия фокусника от профессии иллюзиониста?

Анатолий Ляшенко: Вы знаете, я больше люблю слово "иллюзионист". Потому что как-то фокусничать это не всегда что-то правдоподобное. Фокусничаешь – обманываешь, а иллюзия – это все-таки владение трюком, руками, владение, как я называю, мозгами. Я считаю, что фокусы – это мелкие трюки, которые мы можем встретить и на улицах, у нас еще есть в России возле рынков с всякими стаканчиками. Иллюзия – это что-то серьезное, это магические трюки, которые показывают Дэвид Копперфильд, Загфрид и Рой.

Любовь Чижова: никогда прежде не приходилось общаться с людьми вашей профессии, с иллюзионистами. Как вы считаете, что самое главное в работе иллюзиониста – быть хорошим актером, быть хорошим иллюзионистом в плане показывания фокусов, иллюзий, как правильно их назвать, или что-то еще? Секрет вашей работы в чем?

Анатолий Ляшенко: Даже если что-то руки твои что-то не доделают, а бывает в жизни все, то все эти шероховатости должно убрать актерское мастерство. Если иллюзионист театра иллюзий, то он должен владеть и словом, и движением, и пантомимой. Кроме этого, если ты иллюзионист, то у тебя должны быть мозги, чтобы создавать трюки. Когда провожу с актерами мастер-класс, я говорю: друзья мои, обманывает правая рука, а левая рука отвлекает. Иллюзионный трюк он эффектен всегда тем, что человек не знает, что будет.

Любовь Чижова: Иллюзионист должен быть хорошим психологом?

Анатолий Ляшенко: Да, и чувствовать зал – это святое. Иногда перед началом представления тихонечко открываешь кулису и заглядываешь в зал. Если ты работаешь с публикой, ты себе ищешь "жертву" – вот я к этому подойду, к этому подойду, этот прекрасный толстый дяденька – типаж, с усами или еще лысый, в основном буду работать с ними.

Любовь Чижова: Анатолий Николаевич, я знаю, что московскому Театру иллюзий более 20-ти лет, вы наблюдаете за публикой больше 20-ти лет. Меняется ли публика, которая ходит к вам на представления, понятно, что в основном это дети, а вообще – кто люди, которым интересны иллюзии?

Анатолий Ляшенко: Я радуюсь, что с годами людей, которые любят чудеса, все больше и больше. Этому способствуют и компьютерные игры, и развитие нашей науки и техники. Хотя при всем том, нам, артистам иллюзионного жанра, удивлять или, как мы говорим, обманывать зрителей становится с каждым днем тяжелее и тяжелее.

Любовь Чижова: У вас кризис в профессии происходит?

Анатолий Ляшенко: Потому что, как только начинаешь думать: сейчас я сделаю фонтан, у меня выльется он из руки, будет снег идти из ладошки. Начинаешь смотреть наши достижения светотехники – вот тебе и снег сыпется, вот тебе и вода льется. Поэтому нужно идти в ногу с этими достижениями науки, техники, в основном сценической науки. Большинство ведь конкурсов основано на физике, на химии.

Любовь Чижова: До встречи с вами, Анатолий Николаевич, при слове "фокусник" или "иллюзионист", как мы договорились, у меня такие ассоциации – это человек с цилиндром, с палочкой волшебной, кроликом, голубями. А сейчас при слове "иллюзионист" представляется человек, сидящий за компьютером, с учебниками физики, химии. А как выглядит современный иллюзионист?

Анатолий Ляшенко: У нас в театре есть совершенно русская программа, чисто национальная, с нашим фольклором, с нашим колоритом. В этой программе меняется один костюм русский на другой, у девушки меняется 15 костюмов. Есть программы, где есть и кролик, и цилиндр, и иллюзионная трость. Эта трость может исчезать в руке, может появляться, может менять цвет, она может гореть, трость может летать вокруг человека. Это я говорю только то, что есть у нас в программах, а ведь у иллюзионистов мира есть тоже свои какие-то авторские эффекты, которыми они удивляют зрителей. Есть у меня, например, интересный трюк, когда на ладошке держишь кролика, накрываешь его платочком, был белый кролик, а становится черным.

Любовь Чижова: Как он становится черным – объясните мне?

Анатолий Ляшенко: Если я расскажу секреты фокуса, то зрителям будет неинтересно ходить на спектакли. И самое главное, поверьте мне, годы проходят, чтобы создать конкурс, а рассказать его можно, проболтать за одну-две минуту. В этом и эффект, и сила иллюзиониста, что то, что делаем мы, другие не могут делать.

Любовь Чижова: В московском Театре иллюзий есть какие-то свои фирменные "корючки", как вы сказали?

Анатолий Ляшенко: Да, у нас есть много номеров, которые мы создали сами. Сжигаем девушку в огне, и появляется шестиметровый питон. Все видят пламя, видны ноги, ее голова, она завернута в одеяло, все это горит, висит на цепях, и только голова и ноги. И вдруг все это сгорает, выходят молодые люди, обволакивают большим одеялом, разворачивают одеяло, девушки нет, а там тигровый питон.

Любовь Чижова: Как публика на все эти превращения реагирует?

Анатолий Ляшенко: Но ведь люди знают, на что они идут. Многим нравятся эффекты неожиданности.

Любовь Чижова: Анатолий Николаевич, а как реагируют на ваши фокусы зрители, и не бывает ли, что кто-нибудь из них во время представления вдруг вскрикивает: "А я знаю этот фокус!"?

Анатолий Ляшенко: Бывает, и бывает очень часто. Нет такого спектакля, особенно детского, где ты только начинаешь показывать трюк, а из зала слышишь: "А я знаю! Я это уже знаю!". Мы делаем вид, что мы не слышим, потому что в конце номера ребенок всегда понимает, что он ошибся. Но я вам должен сказать, есть дети, мы были в Германии на гастролях, были в Китае, были в Японии, есть дети в каждой стране, с которыми общаешься после представления, и у них есть свое видение фокуса. Иногда у них есть даже свои секреты того, что ты показываешь. У меня был трюк: я показывал маленький цилиндр, заворачивал его в бумагу, разворачивал, а там был голубь. И ребенок, разговариваю с ним: как ты думаешь, как это делается? Он мне говорит: я знаю как. Вы когда берете цилиндр с бумагой со стола, то там у вас в столе сделана небольшая коробочка, из которой голубь переходит в цилиндр, и вы разворачиваете. У меня было совершенно по-другому, у меня было настолько сложнее, что я думаю: Господи, какой же я дурак.

Любовь Чижова: Как вы думаете, сколько детей после представления московского Театра иллюзий хотят стать иллюзионистами, хотят стать магами?

Анатолий Ляшенко: Очень много. К нам приходит много писем с тем, что дети хотят учиться фокусам, заниматься. Нам, так как мы театр единственный в СЕГ, в России, думаю, в мире таких нет, учитывая, что у нас маленькое помещение, и правительство Москвы сейчас якобы обещает нам передать кинотеатр "Янтарь", в котором мы будем творить чудеса, переоборудовав по последнему слову техники под иллюзионный театр. Тогда, когда у нас это будет, это моя мечта – создать в Москве детский театр-студию. Всего в труппе 42 человека, 380 животных всех пяти континентов, которые участвуют в фокусах и имеют свои номера. Это и верблюд, который появляется из рисунка, оживает рисунок, это и попугаи, и обезьяны. У нас есть номер, где показывать фокусы шимпанзе: выходит, снимает перчатки, цилиндр с головы и начинает. Есть крокодил, который появляется из ниоткуда, на пустом месте, полутораметровый крокодил.

Любовь Чижова: Анатолий Николаевич, я знаю, что в планах вашего театра проведение беспрецедентной акции, мероприятия. Расскажите, пожалуйста, об этом.

Анатолий Ляшенко: Мы хотим в следующем году в честь своего 15-летия со дня рождения государственного Театра иллюзий провести в Москве международный магический фестиваль, фестиваль-конкурс магии. У нас будет раздел авторской магии. Поэтому, если меня слышат фокусники, иллюзионисты. Волшебники мира, и вы имеете авторскую иллюзию, вы имеете комическую иллюзию, вы имеете манипуляцию – это трюки, которые показывают наши руки, пожалуйста, мы с радостью примем вас в Москве, вышлем вам приглашение. Для этого в наш адрес: 111538, город Москва, улица Вешняковская 16-а, Театр иллюзий, отправьте видеоматериал своего номера и, если можно, краткую аннотацию того, что вы делаете, секреты не описывайте. Я надеюсь, что в Москву, а это планируется в мае месяце, приедут иллюзионисты из других стран, увидят нашу Москву.

Любовь Чижова: Сразу же представилось, что маги, которых вы приглашаете в Москву, не приезжают, а слетаются на метлах как в "Гарри Поттере". Как вам вообще книги о "Гарри Поттере", с точки зрения профессионала?

Анатолий Ляшенко: Думаю, что в перспективе будет и "Гарри Поттер", потому что это как говорится, произведение, специально для иллюзий. Я надеюсь, что это будет в репертуаре театра. Сейчас у нас есть спектакли иллюзионные поэтического направления, где, например, художник рисует принцессу, но злые силы выкрадывают это полотно. Это полотно оживает, и счастливый финал, естественно, художник находит ее. Это детское произведение, они очень реагируют, они кричат: "Принцесса! Она туда ушла, ее утащили злые. Принцесса, почему ты молчишь?". Причем, вы знаете, реакция детей во всем мире одинаковая. Казалось бы, где-то детей чересчур забивают компьютеры, где-то дети приближенные к литературе. И везде и в Германии, и в Латвии, и в Чехии, где бы мы ни показывали эти работы, я всегда смотрю на реакцию зрителя, потому что это мне профессионально чисто интересно, и я вижу, что волнения, переживания у всех людей мира одинаково.

Любовь Чижова: А у вас есть кумиры среди иллюзионистов мирового уровня, если есть, то – кто, и любимое представление вашего кумира?

Анатолий Ляшенко: Очень люблю работу Зигфрид и Роя, с надеждой посетить их театр. Рад знакомству с Саркаром, это индийский иллюзионист, он живет в Калькутте. Я с симпатией отношусь особенно к актерскому мастерству Дэвида Копперфильда. И то, что у нас в России прозвучало, что нашелся какой-то дурачок, который раскрывает его трюки, это не от большого ума. Сейчас имеет достижения нашей видеотехники, прокручивая медленно пленку, можно все разгадать, но стоит ли выносить на суд народа то, что создается годами и имеет возможность удивлять людей?

Любовь Чижова: Анатолий Николаевич, возможно ли представить фокус по радио?

Анатолий Ляшенко: У меня в руке шарик, большой шарик зеленого цвета, стоит мне взмахнуть рукой над этим шариком, как вы видите, цвет его красный, а стоит взмахнуть еще раз, и шарика нет. Вы скажете – почему? Потому что его не было, это вам просто показалось.

XS
SM
MD
LG