Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Елена Цветкова


Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Татьяна Валович: Одно из первых распоряжений нового премьер-министра России Михаила Фрадкова касалось судьбы Российского государственного исторического архива, расположенного в Петербурге. Как сообщили в департаменте правительственной информации, это распоряжение определяет порядок мер, связанных с включением комплекса зданий архива в перечень строек и объектов для федеральных государственных нужд на 2004-й год. Таким образом, судьба архива определена окончательно. Ему предстоит переезд из центра города на окраину. Между тем, группа петербуржцев обратилась в суд в связи с тем, что нарушается их конституционное право, так как каждый имеет право на участие в культурной жизни и использование учреждений культуры, на доступ к культурным ценностям. В связи с тем, что архив будет закрыт в связи с переездом, невозможно будет осуществлять поиск информации. Об этом мы поговорим с нашим сегодняшним гостем, директором информационно-исследовательской компании "Блитц" Еленой Цветковой.

Елена, как ваша деятельность связана с Российским государственным историческим архивом?



Елена Цветкова: Мы отвечаем на запросы информационного толка различных людей, это и генеалогия, и исследования по различным совершенно сюжетам, и обращаемся и к публикациям, опубликованным источникам, и к различным архивам. Но чего бы мы ни коснулись, конечно, ответ на любой вопрос может привести нас в Российский государственный исторический архив. Там можно найти абсолютно все, что касается деятельности различных людей, различных министерств, ведомств, комиссий, комитетов на территории всей Российской империи, взаимоотношений с другими странами, внутренней политики, и вообще, назовите мне любой сюжет, и я вам обязательно скажу, где это можно искать, в каких фондах Российского государственного исторического архива.

Татьяна Валович: Вчера в Петербурге в первый раз отмечали день архивов. Вообще-то этот праздник был установлен в прошлом году, но именно в это время разгорелся скандал в связи с выселением Российского государственного исторического архива из занимаемых сейчас зданий в центре города, поэтому в прошлом году этот день в Петербурге не отмечался, да и в этом году особой радости у петербургских архивистов он не вызвал. Я предлагаю послушать рассказ нашего корреспондента Татьяны Вольтской:

Татьяна Вольтская: Порядок, согласно которому все российские учреждения должны были сдавать дела архивариусу, был заведен при Петре Первом, который подписал соответствующий документ 28 февраля - 10 марта по новому стилю - 1720-го года. Не прошло и 300 лет, как был учрежден профессиональный праздник архивистов. Правда, в этом году в Петербурге он прошел без излишней торжественности. Оно и понятно: 5 марта Михаил Фрадков начал свою деятельность с того, что подписал документ, где сказано, что здания Российского государственного исторического архива станут объектом для федеральных государственных нужд в 2005-м году. Таким образом, судьба здания Сената и Синода решена окончательна, несмотря на данные перед губернаторскими выборами Валентиной Матвиенко заверения, что архив не выселят до решения специальной комиссии. Архиву уже спешно строят новое здание. Главный специалист Государственного исторического архива Никита Крылов характеризует место грядущей ссылки архива следующим образом.

Никита Крылов: Новое здание на Заневском 36, пока вот мы можем характеризовать его как облезлый сарай, это бывшее здание Центробанка, к которому будут пристроены еще два или три корпуса. Тоже что-то вроде короба из стекла и бетона. Матвиенко, которая приезжала в архив 12 мая 2003-го года, дала нам обещание в присутствии всех сотрудников, затем Касьянов точно так же подтвердил, что распоряжения приостановлены. Кроме того, у нас есть документ от 14 июля, в котором она еще раз подтверждает: распоряжение приостановлено, все будет решать комиссия. Комиссии нет до сих пор, решение уже состоялось, непонятно совершенно каким образом, закулисным, и здание строится. Проекта нет до сих пор. Раньше мая не будет даже технико-экономических обоснований, что грубейшим образом нарушает все существующие положения.

Татьяна Вольтская: Для архива переезд даже в идеальное здание грозит невосполнимыми потерями. Зачем государство должно идти на такие жертвы - не может сказать никто, как и то, зачем Управление делами президента хочет забрать себе многие другие особняки и дворцы. Не знает этого и депутат Законодательного собрания Петербурга Алексей Ковалев:

Алексей Ковалев: Все эти действия координируются из одного центра. Все это делает Кожин с компанией. Зачем им это делать - я не знаю.

Татьяна Вольтская: Таким образом, веселого праздника у петербургских архивистов не получилось. Пока сотрудники, читатели и пользователи архива протестуют против государственного произвола, их судьба решается там, где голоса граждан, видимо, не слышны.

Татьяна Валович: Елена, в прошлом году проходили и митинги, и писались письма президенту России, и тогдашнему премьер-министру, почему ни голос специалистов, ни голос общественности не был услышан?

Елена Цветкова: Под эту непонятно откуда взявшуюся нужду неизвестно кого освободить эти здания подбилась аргументация о том, что архиву необходим ремонт. Архиву, конечно, необходим ремонт, это известно, это известно было и прежде, только денег на это не было, и архивисты каким-то образом существовали в этих зданиях, и продолжают существовать. Но разговоры и просьбы о финансировании ремонта и реконструкции сейчас выползли наружу в таком извращенном виде. Потому что существует возможность ремонта, реконструкции архива без вывоза архивных фондов. Во дворе Сената есть заброшенное здание бывшей типографии, подходящее для временного складирования части архивных фондов на то время, пока идет ремонт в соответствующем помещении. Таким образом, ремонт возможен абсолютно без потерь, я не говорю даже о том, что архив может не прекратить своей работы, но без потерь материальных, без потерь самих документов. Вы понимаете, что такое 7 миллионов дел, этот архив хранит 7 миллионов дел, представить себе это невозможно. Достаточно только сказать, что в нашем городе нет ни одного здания, перекрытия которого могли бы выдержать вес всего этого, это совершенно точно. Что такое перевести все это, расставить на место, потому что если одно из дел, папка, в которой хранятся документы, если одно из дел не будет поставлено на место, то можно считать, что оно уже потерялось. Его уже будет никогда не найти. Так вот что такое все это складировать так, чтобы не попортить. Каждый документ уникален, каждый документ - это ценность. Оценить материальную ценность всего, что хранится в Российском государственном историческом архиве, не представляется возможным. И эту колоссальную ценность нужно складировать так, чтобы ничего этого не попортить. Перевезти - а каким образом осуществить перевозку? Если даже вывозятся эти документы куда-то на выставку, это же нужна и специальная охрана, и страховка. Колоссальную ценность представляет и любая часть этого всего. Семь миллионов дел, нужно их куда-то перевезти и расставить по местам. Вместо этого нужно ремонтировать архив со значительно меньшими материальными затратами.

Татьяна Валович: По-моему, как раз в 1996-м году комиссия ЮНЕСКО, которая обследовала Российский государственный исторический архив и хотела помочь государству в его ремонте, они предлагали финансирование 50 на 50, рассматривала эту возможность, но почему-то решение не было принято.

Елена Цветкова: Более того, комиссия ЮНЕСКО заключила, что в зданиях Сената и Синода сложился уникальный климат, благоприятнейшим образом сказывающийся как раз на условиях хранения документов. Собственно говоря, эти здания и были построены с учетом того, что в них будут храниться документы. Это же все было рассчитано, сделано, и перекрытия, и условия внутри, толщина стен, все прочее, это все благоприятнейшим образом сказывается на хранении

Татьяна Валович: Но сейчас техника шагнула далеко вперед. Наверное, возможно создание и в новом здании подобного микроклимата.

Елена Цветкова: Я не знаю, насколько это возможно, и, в общем-то, и знать не могу. Потому что не было никаких комиссий для этого, никаких конкурсов, ничего никому не объяснятся. Просто вспоминается старая, немножко подзабытая формула: "Есть мнение признать решение целесообразным". На этом обосновании все и делается. Как это все возникло? Вы сказали правильно, что весной были протесты, митинги и прочее. Но тогда-то что обсуждалось? - Одним из вариантов было складирование, даже не строительство. Это было настолько спешно, что колоссальный объем материалов нужно было складировать, а поскольку нет в городе зданий, перекрытия которых могут выдержать, рассматривался вариант разбрасывания в разные здания - вот сюда немножко отгрузим, туда немножко сгрузим. Можете себе представить, что это такое?

Татьяна Валович: Сейчас от этого отказались?

Елена Цветкова: Слава богу, да. И возможно именно благодаря тому, что было очень много возмущения, причем не только внутри страны, но и со стороны иностранных исследователей. Это же катастрофа глобального масштаба. Нашему городу посчастливилось действительно как культурной столице, быть тем самым местом, где хранится Российский государственный исторический архив. Это одно из крупнейших и ценнейших хранилищ мира, это касается далеко не только Петербурга, это архив всей империи, но это касается вообще всего мира. Он очень востребован исследователями зарубежными, он очень востребован исследователями тех стран, которые прежде являлись частью Российской империи, и это просто катастрофа, которую трудно оценить.

Татьяна Валович: Елена, на ваш взгляд, в будущем будет ли с кого спросить за ситуацию с архивом, если произойдет такое, что часть документов будет потеряна при переезде или испорчена?

Елена Цветкова: Будет ли с кого спросить? Мне кажется, что люди, затеявшие все это, стяжают себе государственную славу и не представляют себе ее масштаба, на сколько веков. Ведь то, чем мы сейчас по непонятным причинам должны рисковать, наработано поколениями наших предков. Теперь потеряли куда-то национальную идею. Какие-то комитеты создают, комиссии, чтобы ее создавать. Так что же ее создавать? Она давным-давно создана и наработана. Как же можно так не уважать свое прошлое и поколения своих предков?! А насчет того, с кого спросить – как спросить? Что значит, спросить, если они даже сейчас не объясняют мотивов и резонов, почему все мы с вами должны рисковать нашим достоянием, почему мировая общественность должна оказываться в состоянии риска потерять такую колоссальную часть мировой культуры.

Татьяна Валович: Елена, вы подали в суд иск, как и ряд граждан Петербурга. Как вы обосновываете обращение в суд?

Елена Цветкова: Во-первых, очень обидно, что нас не спрашивают. Причем не спрашивают ни специалистов, ни просто людей, жителей не только нашего города, но и всей страны, которые, конечно, все зависят от существования такого колоссального культурного наследия, потому что это объект особо ценный. Это признано указом президента России от 1991-го года, но даже если бы ни один президент этого не признал. Мы все понимаем, что это особо ценный объект, и жизнь каждого человека и его культурное развитие зависят, даже опосредованно, если он сам никогда в архиве и не был, от существования этого. Это и учебники, и культура, и история, и любая область техники. Возьмем экологию. Та же территория реки, земли, это же все когда-то измерялось, и все абсолютно там. Конечно, все мы имеем право не только иметь к этому допуск, но и право быть уверенным, что все это будет сохранено, и хотя бы знать резоны, по которым все это можно подвергнуть риску.

Татьяна Валович: Что требуете вы в своем иске, который передали в суд?

Елена Цветкова: Мы требуем отмены решения. Конечно, никто из нас не надеется, что получив такое заявление, скажут: "Раз мы ущемляем права Елены Цветковой, конечно же, мы не будем перевозить Российский государственный исторический архив". Ясно, что это не так. Но хотя бы привлечь внимание...

Татьяна Валович: Какова судьба исков на сегодняшний день?

Елена Цветкова: Очень вялотекущая. Ковалев, депутат Законодательного собрания, взял на себя труд аккумулировать наши иски, отправлять их в Московский суд, и в дальнейшем выступать от нашего лица. Он отправил уже десятки - сначала 50, а сейчас уже приблизительно 70 исков отправлено, еще десятки готовятся к отправке. Но уже на первые иски, которые были отправлены в феврале, пришли отказы в рассмотрении, и он уже посылает апелляции. Такой поток, туда-сюда.

Татьяна Валович: То есть, иски к рассмотрению просто не принимаются.

Елена Цветкова: Нет.

Татьяна Валович: У нас в эфире слушатель.

Николай Понтюхов: Здравствуйте, майор запаса Понтюхов Николай Николаевич. Я очень возмущен этими действиями, я бы сказал, просто варварскими по поводу перевоза архива. Такой уникальный, единственный в мире архив. Я понимаю это просто как уничтожение этого архива. Оно нацеленное, это уничтожение. Меня удивляет, Елена Цветкова, вы все-таки мягко выражаетесь, и не называете имена. А я назову имя, это прежде всего гарант Конституции, я бы сказал, гарант, несущий горе и смерть нашей стране, это Путин, который за 4 года зарекомендовал себя как разрушитель всего национального, затопил космос, лодку подводную, отдает географию страны в море на суше, НАТО уже заняло наши близлежащие страны, бывшие советские республики. Это все нацелено.

Татьяна Валович: У вас есть какой-то конкретный вопрос?

Николай Понтюхов: У меня конкретный вопрос: Елена Цветкова, расскажите пожалуйста, как был сохранен архив в тяжелые годы блокады?

Елена Цветкова: Действительно, этот архив сохранялся во все войны, революции, беды, которые случились в нашей стране и нашем городе. В блокаду этот архив сохранили, не сожгли, замерзали и сохраняли этот огромный массив документов, являвшихся в то же время, как вы понимаете, горючим материалом. 14 попаданий бомб было, перекрытия архива их выдержали - это к вопросу о прочности. Все это быстро сотрудниками архива и ленинградцами латалось, приводилось в порядок. И все это хранилось. Никому в голову не пришло, что это можно куда-то сложить и вывезти.

Татьяна Валович: У нас еще вопрос от слушателя, вы в эфире. Слушательница: Не первый раз по голосу Радио Свобода проводятся дискуссии приблизительно в таком же стиле, не по поводу архива. Я хотела бы спросить: благо Путин ленинградец, нельзя ли его пригласить так вот побеседовать лично с вами, или в тот же архив пригласить его, и побеседовать, что он объяснит конкретно сотрудникам? Почему этого нельзя сделать?

Татьяна Валович: Спасибо за вопрос. Дело в том, что Радио Свобода неоднократно, не только петербургское бюро, но и московское, посылало приглашения господину Путину. Как нам сообщали из Департамента информации, этот вопрос был в обсуждении, но пока своего согласия прийти в студию и ответить на вопросы господин Путин не дал. Елена, у меня к вам вопрос еще по поводу сохранения документов. Ведь сейчас есть информационные технологии для сохранения документов, для будущего. Понятно, что бумага ветшает. Проводятся ли в архиве такие работы, выделяются ли средства?

Елена Цветкова: Вы имеете в виду микрофильмирование?

Татьяна Валович: Да, в том числе.

Елена Цветкова: Да, такие работы проводятся, но в том объеме, на который средства выделяются, так я отвечу. Чтобы все это перенести на какие-то носители - для этого нужна соответствующая аппаратура, соответствующие средства. Ну вот, какие-то средства поступят – часть фондов отмикрофильмируют. Вот так скажем.

XS
SM
MD
LG