Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Обвинение организаторов прошлогодней выставки "Осторожно, религия" в разжигании межнациональной и межрелигиозной розни


Программу ведет Владимир Бабурин. Участвуют директор музея и общественного центра имени Сахарова Юрий Самодуров и политолог Андрей Пионтковский.

Владимир Бабурин: Директору музея и общественного центра имени Сахарова Юрию Самодурову предъявлено обвинение в разжигании межнациональной и межрелигиозной розни. Речь идет об известной выставке "Осторожно религия". Мы связались с Юрием Владимировичем по телефону, и вот что он нам рассказал:

Юрий Самодуров: Мне и еще одному сотруднику нашего музея, руководителю выставочной группы, было предъявлено уголовное обвинение в совершении, мне лучше, наверное, процитировать: статья 282-я, часть 2-я, пункт "б" - разжигание межнациональной и межрелигиозной розни с использованием своего служебного положения. По этой статье предусматривается лишение свободы на срок до 5 лет, или штраф до 500 тысяч рублей, или, кажется, лишение права на занятие определенных должностей, тоже сроком до пяти лет. Мне просто проще процитировать один абзац, с которого начинается это постановление о привлечении в качестве обвиняемого: "В период с августа по декабрь 2002-го года Самодуров, являясь исполнительным директором международной общественной организации "Фонд Андрея Сахарова", общественной комиссии по сохранению наследия академика Сахарова, и директором Музея и общественного центра "Мир, прогресс, права человека", имени Андрея Сахарова, вступил в предварительный сговор со своей подчиненной, руководителем группы организации выставок музея Василовской, а также художниками Залумяном, Золяном и Михальчук для совместной подготовки и проведения в музее выставки, четкая концептуальная направленность которой состояла в публичном выражении в наглядно-демонстративной форме унизительного и оскорбительного отношения к христианской религии в целом, а к православному христианству и Русской Православной Церкви в особенности, а также к религиозным символам православных верующих путем публичной демонстрации в помещении музея специально отобранных экспонатов, возбуждающих ненависть и вражду, а также унижающих достоинство лиц по принципу их отношения к христианской религии в целом, а православному христианству и РПЦ в особенности".

Это вот текст того обвинительного постановления о привлечении меня в качестве обвиняемого. Единственное, что я могу сказать - это то, что вопрос этот, вообще-то говоря, касается, насколько я понимаю, не только музея, не только упомянутых в постановлении лиц, а вообще в принципе, конечно, тут будет зависеть от хода судебного процесса, к чему мы в результате придем, и что произойдет дальше, будут ли в России судить за искусство, или все-таки в России будут судить об искусстве. Все-таки, это разные вещи: судить за искусство и судить об искусстве, даже если это искусство кого-то раздражает, может, даже оскорбляет, и кому-то не нравится. Вот, собственно говоря, речь идет о том, насколько я понимаю, будет ли возможность у художников, которые работают в жанре современного актуального искусства, то есть, того искусства, которое откликается на какие-то значимые современные события, могут ли эти художники выражать свободно свое отношение к тем вопросам, которые их волнуют, к деятельности любых институтов – президент, партия, религиозные организации, общественные организации, и так далее. И могут ли художники при этом свободно использовать, и самое главное, свободно интерпретировать значимые для этих институтов символы. Понятно, что одно значение христианские символы, иконы имеют в церкви, в церковном помещении, и совершенно другое значение они могут приобретать в выставочном зале, в произведениях художников не церковных, в произведениях светского искусства, которое, в общем, часто выражает и свое критическое отношение к определенным аспектам деятельности церкви, в том числе. Для нас РПЦ, как и любой религиозный институт, это институт гражданского общества. Мы предполагаем, что этот институт не может быть как-то огражден от критического отношения или защищен от критики в большей мере, чем другие институты. По-моему, единственным табу в этом смысле является намеренное унижение личного достоинства человека, чьего бы то ни было. Но на нашей выставке художникам не приходило в голову унижать чье-либо достоинство.

Владимир Бабурин: У нас в прямом эфире российский политолог Андрей Пионтковский. Я не хочу затевать религиозно-искусствоведческий и культурологический спор, действительно тревожный сигнал. Вот Елена Боннер прислала мне письмо, она очень опасается, что это начало атаки на музей и центр имени Сахарова, и она вполне серьезно опасается, что власти просто не хотят, чтобы такой центр и музей работали, и хотят его закрыть. Я надеюсь, что все-таки Елена Георгиевна сгущает краски, и цель не такая. Поговорить я хочу о другом. Юрию Самодурову предъявлены обвинения в разжигании межнациональной и религиозной розни. Это статья, которая крайне редко использовалась в России, и люди, которых по ней пытались обвинять, всегда выходили сухими из воды и прекрасно себя чувствуют. Вот известный опять депутат Госдумы Альберт Макашов всю свою предвыборную кампанию построил на одном единственном лозунге, старом как мир и очень известном, это рецепт спасения России путем избиения одной отдельно взятой, не слишком большой нации, и - триумф, он был избран, сидит в Госдуме, и никто против него никаких статей за разжигание межнациональной и межрелигиозной розни не выдвигает.

Андрей Пионтковский: Я бы добавил, что вся предвыборная кампания Владимира Жириновского была направлена на разжигание национальной розни и оскорбление достоинства, прежде всего, русского народа. Мне кажется, все его рассуждения о том, что мы - быдло, не созревшее для демократии, и единственная адекватная России система власти - личная диктатура - это оскорбление национального достоинства русского народа. И гаранту Конституции действительно есть о чем побеседовать с прокурором. То, о чем идет речь в связи с музеем Сахарова и выставкой, которая там была, во-первых, национальной розни там просто нет. Можно с натяжкой говорить что-то о разжигании религиозной вражды, но опять же, речь идет не о вражде, а о том, что отдельные произведения искусства могли отдельными верующими или иерархами одной из конфессий - православной - рассматриваться, как оскорбляющие их чувства. Действительно, Московская Патриархия - институт гражданского общества, она может, в конце концов, отлучить от церкви авторов этих произведений и организаторов выставки, как она в свое время отлучила Льва Николаевича Толстого по тем же совершено мотивам. Но, слава Богу, мы еще живем не в теократическом государстве, и церковь у нас отделена от государства, и я не вижу никаких оснований рассматривать этот конфликт в плане уголовного преследования.

Владимир Бабурин: А вот духовность – она обязательно подразумевает религиозность? Все говорят о возрождении духовности.

Андрей Пионтковский: Ну, есть такая триада, которая политиками определенного плана нещадно эксплуатируется, духовность, соборность и православие

Владимир Бабурин: Самодержавие, православие, народность...

Андрей Пионтковский: Ну да... У нас была партия "За Русь святую", мы все это видели во время предвыборной кампании.

XS
SM
MD
LG