Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Очередное заседание по делу физика Валентина Данилова, обвиняемого в шпионаже


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Лиля Пальвелева.

Андрей Шароградский: В Красноярском краевом суде состоялось очередное заседание по делу физика Валентина Данилова, обвиняемого в шпионаже. Многие российские ученые и правозащитники настаивают на полной невиновности Данилова. Слово корреспонденту Радио Свобода Лиле Пальвелевой.

Лиля Пальвелева: Дело Валентина Данилова тянулось долго. Началось оно в мае 2000 года, когда сотрудники Красноярского ФСБ впервые предъявили ученому обвинение в шпионаже в пользу Китая.

Специализация Данилова - физика космической плазмы. Согласно контракту Китайской аэрокосмической корпорации, он должен был работать над изготовлением стенда, моделирующего электризацию поверхности твердых тел в вакууме. «Все сведения, связанные с такой работой, - давным-давно открытые, несекретные, их даже в учебниках разных стран можно найти», - утверждает член общественного Комитата защиты ученых, академик Юрий Рыжов.

Юрий Рыжов: Эксперты из ведущих научных учреждений как Академии наук, так и промышленности. Назову эти организации - это Центральный научно-исследовательский институт машиностроения, это головная организация ракетно-космической промышленности, находящейся в Подлипках рядом с КБ Королева, дал заключение, что никаких секретов нет. В Москве Институт космических исследований, специалисты в этой области тоже сказали, что никаких секретов нет. Академик Кругляков, физик высочайшего класса, тоже дал заключение, что нет секретов.

Лиля Пальвелева: То ли к мнению ученых прислушались, то ли по иным причинам, но в декабре 2003 года суд с участием присяжных заседателей полностью оправдал Данилова. Однако минувшим летом Верховный суд, прислушавшись к аргументам спецслужб, отменил оправдательный приговор по формальным причинам.

Новый судебный процесс ответственный секретарь Комитета защиты ученых Эрнст Черный называет «нелегитимным».

Эрнст Черный: Дело продолжается с настырностью, достойной лучшего применения. Федеральная служба безопасности и прокуратура продолжают обвинять Данилова даже не в разглашении государственной тайны, а в шпионаже, то есть в государственной измене в форме шпионажа в пользу Китая. Процесс осенью этого года закончился тем, что 10 ноября, я был в Красноярске в это время, Данилову изменена мера пресечения, и он взят снова под стражу, на этапе, когда должны были определить - а является ли то, что ему инкриминируют, секретом? Это не установлено судом. Ведь процесс идет заново с нуля. Его вдруг берут и сажают за решетку. Я оцениваю это таким образом. Конечный результат уже был предопределен. Нет смысла человека сажать за решетку, если ему через неделю будет вынесен оправдательный приговор.

Лиля Пальвелева: Не устраивает Эрнста Черного и нынешний состав присяжных.

Эрнст Черный: Закон говорит о том, что состав кандидатов в присяжные - основной и дополнительный - должны быть опубликованы в печати. Стало быть, если не исполнено это, состав присяжных, избранный из таких списков, каких-то недоступных гражданам, он не является легитимным. Это первое.

Второе. Все присяжные, участвовавшие сейчас в этом процессе, избраны только из дополнительного списка. Что, исчерпан основной список? Нет, не исчерпан. Тогда вопрос - почему все присяжные отобраны из этого списка?

Следующий момент - статус. Это все люди с неким положением в обществе. Они бросили все свои дела и пришли работать в коллегию присяжных? Так не бывает. Если они отобраны случайным образом, я никогда не поверю, что 12 человек при самых разных точках зрения вдруг вот так единогласно голосовали. Я говорю об этом, пользуясь делом Сутягина, которое сейчас совершенно очевидно доказано, что, по крайней мере, один человек, сейчас ясно, что не один, но доказано, что один человек был просто штатным сотрудником ФСБ. Половина присяжных в деле Данилова имеют допуск к государственной тайне. Значит, они в той или иной мере зависимы от Федеральной службы безопасности. Допуск каждого человека согласовывается с этой службой.

Лиля Пальвелева: А вот наблюдение Виктора Некрутенко, ответственного секретаря Федерального политсовета СПС.

Виктор Некрутенко: Во всем мире присяжные выносят вердикт - виновен подсудимый или не виновен. В нашем же случае присяжным задали вопрос - а передавал ли он какие-то сведения или нет? А какие сведения, вам знать не положено, это сведения секретные (заведомо суд решает, что эти сведения секретные). Присяжные, совершенно не зная о том, какие это сведения, отвечают на один единственный вопрос - да, он эти сведения передавал. Так и Валентин Владимирович этого не отрицает. Действительно, он эти сведения передавал в соответствии с тем контрактом, который у него был с китайской стороной. А вот дальше даже вот этот нелегитимный состав присяжных больше никто не спрашивает и принять решение о том, составляли ли эти сведения государственную тайну или нет, предоставляется единолично фактически судье.

Лиля Пальвелева: Академик Рыжов так оценивает случившееся с красноярским физиком.

Юрий Рыжов: Дружественный Китай попросил, видимо, через свою государственную компанию заключить договор. Сейчас таких договоров в Московском авиационном институте полно, и не только с китайцами. И то, что мы можем, мы делаем. За этот счет выживают научные группы, иначе они давно бы умерли, потому что заказов внутри страны нет, скажем, такого профиля, которым занимается Московский авиационный институт. А так подпитывается, в том числе и моя группа. Такие контакты очень сильно расширились в конце перестройки и сейчас бурно развиваются. Никогда не возникало никаких проблем.

Второе. У нас есть такое замечательное свойство, у россиян, если мы что-то берем из заграничного опыта, то мы всегда это искажаем до неузнаваемости, но даже и из собственного российского опыта времен конца 19 века. Взяли суд присяжных, прогрессивное совершенно дело. И мгновенно мы его изуродовали до неузнаваемости. Мы стали привлекать в качестве присяжных, если первые опыты привлечения присяжных показывали, что они умнее и либеральнее, чем прокуратура, чем следователи, более объективно судят, но это не понравилось власти. Значит, мы управляемая вертикаль? Тогда было решено, совершенно цинично, что будем в нарушении всех писаных нами же законов менять состав присяжных тогда, когда он не подлежит изменению, всовывать туда тех людей, которые не были в списке, вводить туда людей, которые являются верными слугами власти, а еще более точно сказать - спецслужб.

Лиля Пальвелева: А теперь слово председателю Московской Хельсинской группы Людмиле Алексеевой.

Людмила Алексеева: Никто из нас не стал бы защищать Данилова, если бы у нас было хотя бы малейшее сомнение, что он действительно нанес вред нашей стране. Поэтому мы будем биться за освобождение Данилова, за освобождение Сутягина. Я просто не позволяю себе подумать, что тот срок, который назначили Сутягину, это срок, который, скорее всего, назначат Данилову, они действительно отсидят. Мы тогда, гражданское общество, не существуем, как не существовали в советское время.

Лиля Пальвелева: Утверждает известная правозащитница Людмила Алексеева.

XS
SM
MD
LG