Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Экстремизм в Петербурге процветает благодаря попустительству властей

  • Ольга Писпанен

Программу ведет Ольга Писпанен. Гость программы – эксперт Александр Винников.

Ольга Писпанен: Сегодня у нас в гостях член группы по правам национальных меньшинств Александр Винников.

В прокуратуре Петербурга рассматривается несколько версий убийства вьетнамского студента, совершенного вчера ночью. Одна из версий – национальная рознь. К сожалению, такое в Петербурге уже не редкость. Хроника роста межнациональной розни в репортаже корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина.

Дмитрий Казнин: В сентябре 2002 года группа скинхедов избила насмерть торговца арбузами Мамеда Мамедова. В декабре 2003 года были убиты кореец Ким Хеник и студент-нанаец Сергей Бельды. В сентябре того же года группа скинхедов насмерть забила таджикскую цыганку - пятилетнюю Нилуфар Сангбоеву. Широчайший резонанс получило убийство 9 февраля 2004 года таджикской девочки Хуршеды Султановой. 13 марта этого года пьяные футбольные фанаты столкнули под поезд студента из Сирии. Подросткам не понравилось, что их метрополитеном пользуются иностранцы. 19 июня неизвестный застрелил Николая Гиренко - ученого, эксперта по национальным и расовым вопросам. По просьбе прокуратуры он постоянно принимал участие в наиболее громких судебных разбирательствах, связанных с расовой нетерпимостью и, как уверены его коллеги, был убит именно из-за этого.

По мнению Ольги Цейтлиной, адвоката Российской Комиссии адвокатов в защиту прав человека, часто защищающей интересы иностранцев в Петербурге, экстремизм процветает в городе также благодаря и попустительству властей.

Ольга Цейтлина: Всем известно, что милиция не знает об этих экстремистских организациях. Там указы телефоны, адреса. Почему не ведется эта проверка?

Когда избивают афганца, он обращается к милиционеру, а ему говорят: «Ну что мы можем сделать? Мы не побежим за ними. Нам и так денег мало платят, чтобы мы еще бегали и их догоняли».

Дмитрий Казнин: Вечером 13 октября, скинхедами был убит еще один иностранный студент, 20-летний вьетнамец Ву Ань Туан. Это произошло в день, когда начался суд над убийцами 5-летней таджикской цыганки, и накануне начала судебных слушаний по делу молодежной экстремистской группировки "Шульц-88", руководителю которой, 24-летнему Дмитрию Боброву, впервые в России предъявлено обвинение в разжигании национальной вражды.

Сразу после убийства вьетнамского студента, высокопоставленные городские чиновники заявили, что берут дело под свой личный контроль. То же самое говорилось и после убийства таджикской девочки, и после убийства Николая Гиренко.

В тех немногочисленных случаях, когда подозреваемые выявлялись, убийства эти часто квалифицировались как "совершенные из хулиганских побуждений", что позволяло городским властям до последнего времени заявлять, что экстремизма в Петербурге нет, а людей другой национальности и с другим цветом кожи убивают расшалившиеся школьники.

Ольга Писпанен: Александр Яковлевич, вот такая достаточно страшная картина. Кажется, слепым нужно быть, чтобы заявлять о том, что экстремизма и межнациональной розни и ксенофобии в Петербурге нет. Почему, как вы думаете, власти до сих пор так усердно пытаются доказать, что, действительно, это случайности, это хулиганство?

Александр Винников: Это добрая советская традиция – не буди лихо, пока тихо. Это позиция властей.

Ольга Писпанен: Уже будить не надо, уже проснулись.



Александр Винников: Есть множество у нас в органах правопорядка и во властных структурах людей, которые считают, что если не говорить о том, что у нас в стране есть фашизм, то его как бы и нет, его как бы и не будет. Такая позиция, к сожалению, насчитывает многолетнюю историю.

Что касается межнациональной розни в Санкт-Петербурге. Я вспоминаю одно из высказываний Николая Михайловича Гиренко. Когда я приехал в свое время из Карабаха, я обсуждал с ним то, что я там видел в этом центре межнационального конфликта. Так вот, никакого конфликта между азербайджанцами и армянами, которые друг с другом каждый день переговаривались, встречались, не видел. Там был совершенно другой процесс. Николай Михайлович мне сказал, что межнациональных конфликтов не бывает, потому что люди разной национальности, люди, которые в принципе отличаются только своими культурными корнями, они, как правило, не испытывают друг к другу неприязни в связи с различиями культурными. Но эти культурные различия можно очень активно использовать, для того чтобы эту неприязнь разжечь, развить и затем, после того как она уже вспыхнула, говорить, что ничего не поделаешь. Конфликт в Карабахе связан с тем, что азербайджане не любят армян, а армяне азербайджанцев. Вот такая логика.

За что убивают иностранцев? Ну, не любят их русские, вот и убивают - это совершеннейшая чушь.

Ольга Писпанен: Получается, что на самом деле все равно кого убивать? Просто не русской, не славянской внешности.

Александр Винников: Это способ управления людьми, способ очень древний – разделяй и властвуй.

Но если говорить конкретно о ситуации в России, о ситуации в Петербурге, то она насчитывает длительную историю. Если уж начинать с самого начала, то надо вспомнить, что Россия в 19 веке была империей, где вообще такого понятия как «национальность» не было. Все были подданными, подданными разных вероисповеданий. И только начиная с Александра Третьего появилась у властей тенденция опираться на консолидацию по национальному признаку. Тогда в начале 20 века появились националисты русские – «Союз Михаила Архангела», «Черная сотня» печально известная, были сфальсифицированы «Протоколы сионских мудрецов», которые стали как бы идейной основой ксенофобии. Кончилось это революцией и национальной катастрофой.

Ольга Писпанен: Петербург всегда славился своей терпимостью. Это плохое слово «терпимость», хотя только на одном Невском существуют храмы всех конфессий.

Александр Винников: Петербург, вообще, был окном в Европу. Здесь всегда было наличие многих языков – национальные слободки, национальные кварталы. До революции выходило больше сотни газет на иностранных языках.

Ольга Писпанен: Почему же тогда сегодня как раз Петербург становится настолько нетерпимым?

Александр Винников: Тому много есть конкретных причин. Очень активны политические группировки нацистского толка. Эти политические группировки уже лет 20 серьезно занимаются агитацией и пропагандой.

Ольга Писпанен: Но должны же были они на чем-то вырасти?

Александр Винников: Выросли они оттуда, откуда выросли все – из Советского Союза. В Советском Союзе, начиная с последних 5-6 лет правления Сталина, русский национализм тоже стал основой политики. Если говорить об этой тенденции, которая выражалась в концепции «Старшего брата», то именно эта политическая тенденция привела к развалу СССР в 1991 году. Если будет продолжаться тот процесс, который идет сейчас, который проявляется так ярко в Петербурге, то, я боюсь, что дело кончится очень плохо для целостности России, потому что в России очень много национальных территориальных образований.

Если власти будут заниматься выстраиванием своей вертикали и забудут про то, что какая бы вертикаль не была, если начнется внутренняя склока, то от этой вертикали и следа не останется, как это случилось с Советским Союзом, то мы еще одну катастрофу переживем.

Ольга Писпанен: Александр Яковлевич, очень примечательно то, что за последний год-два каждый раз, когда происходит такое резонансное действо в Петербурге (мы говорим сейчас о Петербурге и не трогаем другие города), тут же власти заявляют очень громко на всех практически конференциях, что берут это под личный контроль, создаются специальные группы экспертные, даже иногда доходит до суда – кого-то ловят, кого-то начинают судить. В конце концов все оказывается хулиганством, ребята просто пошалили - случайно так 18 раз пырнули ножом. Почему тогда так громко об этом кричится, что берется под личный контроль? Это же настолько явно смехотворно получается.

Александр Винников: В действительности это один из методов манипуляции. Нацисты и фашисты выполняют у нас в современной России, да и в Советском Союзе выполняли, роль такой явно отрицательной, негативной альтернативы. Она должна быть. С ней нужно все время бороться, но ее нельзя уничтожать окончательно. Они должны быть для того, чтобы в любом случае те русские националисты, которые сейчас у власти реально, я имею в виду партию «Родина» и так далее, чтобы они могли сказать: «Мы не эти. Это экстремисты, а мы нет. Мы хорошие». Вот такую функцию они выполняют.

Вообще говоря, еще в начале 20 века и сейчас эти крайние националисты рассматривались властями, бюрократией, я имею в виду, как некая альтернатива либералам. Все время пытаются либералов с националистами противопоставить, столкнуть, сказать, что и те, и другие крайние, а мы хорошие, мы по серединке.

Ольга Писпанен: Так и либералов почти не осталось.

Александр Винников: Их просто задвинули подальше. На самом деле количество людей, которые приходят к либеральным убеждениям растет, и среди них очень много молодежи. Русский либерализм хоронить еще рано.

А что касается нацизма, расизма русского разлива, то он сейчас приобретает чрезвычайно опасные формы. В частности, те факты, которые перечислял корреспондент, говорят о том, что по существу идет террор в стране, идет целенаправленный террор. Цель этого террора не просто запугать иностранцев, они как бы удобная мишень, для того чтобы продемонстрировать людям, как мало стоит человеческая жизнь, как сильны и агрессивны нацисты, что они никого не боятся, как они свободно действуют. Вот это, по-моему, доминирующая тенденция, такая наглость и безнаказанность.

Ну, вот поймали группу «Шульц-88». Сами следователи говорят, что таких групп, по меньшей мере, 17. Они знают. Остальные группы что, занимаются чтением Евангелия что ли? Они читают «Майн Кампф» и время от времени совершают убийства. Чем занимаются следователи прокуратуры, если Бобров сидит вроде бы или отпущен под подписку, не знаю, а остальные-то убийства производятся членами группы Боброва, которая распущена и сидит тихо, или другими группами? Кто занимается остальными группами-то?

Ольга Писпанен: Александр Яковлевич, получается, что иностранцы самые уязвимые. Но, тем не менее, например, не дай Бог, конечно, но из сильных держав не убивают иностранцев. Это в основном страны третьего мира.

Александр Винников: Безусловно, процесс, который идет, он управляется, в этом нет сомнения, у меня лично. Существует хорошо развитая современная террористическая сеть. Скинхеды, совершающие эти акты, это всего лишь инструмент в руках политиков, рвущихся к власти такими средствами. Это все уже история проходила. В Германии перед приходом фашизма было то же самое, но сейчас ситуация усугубляется тем, что эта форма терроризма она очень современной формы, они использует современные информационные технологии, как «Аль-Каида».

Правоохранительные органы, с моей точки зрения, не готовы, во-первых, воспринимать эту ситуацию серьезно, а во-вторых, они не готовы бороться с этой ситуацией, не готовы ни морально, ни физически, да и законодательная база хромает.

Ольга Писпанен: Александр Яковлевич, как вы думаете, осудят ли все-таки того самого Боброва из группировки «Шульц-88», которому впервые в России предъявляется обвинение в разжигании межнациональной розни?

Александр Винников: Задача нашей группы состоит не в том, чтобы гадать на кофейной гуще, а в том, чтобы все-таки действовать. По этому делу выступают наши эксперты. Я надеюсь, что результаты экспертизы будут приняты во внимание судом.

Но я хотел бы сказать вот о чем. Власть недооценивает фашистскую угрозу, не обладает достаточными средствами, чтобы адекватно ей противостоять. Задача противостояния угрозе становится одной из задач гражданского общества.

Ольга Писпанен: Вы считаете, что есть гражданское общество в России?

Александр Винников: А куда оно делось? Дело в том, что гражданское общество, которое начало возникать еще до 90-х годов, в конце 80-х, оно никуда не делось, оно трансформировалось, оно растет. Не замечать этого невозможно. У нас действуют структуры гражданского общества, причем действуют достаточно эффективно. Наша группа по правам меньшинств – это структура гражданского общества. Почти за 20 лет с момента возникновения мы провели огромную работу. Было произведено изучение феномена русского фашизма, накоплен огромный массив материалов, ведется журнал «Барьер» и, самое главное, были выработаны эффективные меры противодействия этой угрозе. Такой критерий эффективности оказался очень печальным. Гибель Николая Михайловича Гиренко говорит о том, что наша деятельность существенно ограничила возможности фашистов продолжать свою агитацию и пропаганду.

Так вот, вывод – у нас есть гражданское общество, и оно действует вопреки всему. Я глубоко убежден, что ростки этого гражданского общества невозможно в России уничтожить. Мы прорастем сквозь асфальт. Единственное, на что может рассчитывать Россия – только на саму себя. А что такое общество гражданское? Это сама Россия. Это граждане, объединившиеся и решающие свои проблемы. Я предлагаю каждому гражданину Санкт-Петербурга осознать свою ответственность за рост ксенофобии, за рост национализма и за жертв этих страшных преступлений. Именно для того, чтобы помочь людям выразить свою позицию, мы предлагаем 31 октября, в день рождения Николая Михайловича Гиренко, собраться недалеко от его дома и пройти маршем по Большому проспекту вплоть до площади Сахарова.

Ольга Писпанен: Недалеко от его дома – это где?

Александр Винников: Сегодня я подаю заявку. После того как нам разрешат или не разрешат, будут коррективы, вы законы знаете, нам предстоят еще некоторые очень интересные вещи. Я думаю, что через некоторое время я смогу сказать точно, о чем мы договорились с властями и как будет выглядеть этот марш. Но я хочу подчеркнуть, что это марш против ненависти, это гражданская акция, призванная объединить людей, не приемлющих злобу, национальную рознь, не приемлющих убийства людей по национальному признаку, не приемлющих тех политиков, которые стремятся поставить разжигание межнациональной розни на службу своим политическим амбициям, объединение людей, которые хотят жить в мире многоцветном, в котором каждый человек, независимо от своей культуры, религии, веры, этнической принадлежности, может жить в единой стране, которая называется Россия. Вот что мы предлагаем.

Ольга Писпанен: У нас звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: У меня такой вопрос. К блокадникам меня не приравняли, хоть я и инвалид. У меня два сына – 34-х и 32-х лет. Они у меня официально не работают. И я из своей пенсии должен им еще и помогать. Народ вымирает, а вы защищаете иностранцев. Нечего к нам ехать. Мы сами голодные ходим.

Ольга Писпанен: Вот мнение. Кстати, очень многие так говорят: «Нечего к нам ехать».

Александр Винников: Вот это и есть результат пропаганды. Виноваты в этом не те, кто не может обеспечить достойную жизнь, то есть не власти, которые поставили блокадников и стариков на грань выживаемости, не власти, которые платят нищенские пенсии, а иностранцы во всем виноваты, а власти могут так отдыхать.

Ольга Писпанен: Которые приезжают сюда и платят деньги за свое обучение.

Александр Винников: Я сейчас не говорю о том, что они делают. Разные люди приезжают с разными намерениями, не об этом речь. Я говорю, вот прекрасный пример того, какова функция этой фашистской пропаганды. Есть виновный во всех бедах. Вот убили вьетнамца, пенсия повысится у человека сразу же на следующий же день.

Ольга Писпанен: Замечательно вчера выступил вице-губернатор Виролайнен. Стоя среди вьетнамских студентов, которые пытались получить хоть какое-то обещание от властей о своей защите, он сказал: «Ребята, это я от вас жду ваших предложений. Давайте, пойдите, сядьте где-нибудь в комнате и напишите мне несколько предложений, как мы должны вас защищать, оградить от таких, на самом деле, жутких случаев».Вы когда рассказывали о деятельности своей группы по делам нацменьшинств, вы сказали о том, что вы выработали какие-то принципы, способы противодействия росту фашизма. Можете поподробнее рассказать?

Александр Винников: Об этом рассказывать подробно достаточно сложно, потому что это достаточно специальная схема. Речь идет о методиках экспертизы текстов, об анализе законодательства. Сейчас у меня нет возможности коснуться этих вопросов подробно. У нас есть книги на соответствующую тему.

В настоящий момент мы заканчиваем брошюру, посвященную методике социогуманитарной экспертизы. Эти книги мы пишем вместе с юристами, с людьми из юридического института Генеральной прокуратуры нашего санкт-петербургского. Не только мы это делаем, есть много ответственных и квалифицированных людей, которые занимаются этой проблемой и занимаются ею добровольно, а не по заданию государства. Это и есть функция граждан. Мы не должны давать манипулировать собой и другими людьми, как мы только что видели на примере.

Вы только что сказали про Виролайнена. Он действительно может ничего не делать. А зачем ему что бы то ни было делать? Нужны эти убийства для того чтобы люди, которым не хватает хлеба на жизнь, которых надо ущемить каким-то образом, знали кто виноват, что виноват не Виролайнен, не виновата власть, а виноваты иностранцы. Замечательный прием, использовавший неоднократно.

Ольга Писпанен: История знает.

Александр Винников: И приводившая уже известно к каким результатам. Еще раз повторяю, что Германия, которая на определенном этапе винила во всех своих бедах евреев, устроила Холокост, потом примерно 50 лет жила разделенной на две части, а до этого еще лет 15-20 страна была разделена на оккупационные зоны. Замечательно получилось, нашли виноватого.

Вы что, такого же хотите для России? Упаси Бог. Но ведь это же уже было, уже были распады – распалась царская Россия, распался Советский Союз. Причина всегда была одна – национальные амбиции, использование национальных амбиций в политических целях. Фашисты сейчас опять подталкиваем страну к этому рубежу.

Вы видели карту Русской республики, которую рисуют нацисты? Это впечатляющее зрелище.

Ольга Писпанен: У нас есть звонки. Давайте послушаем мнение наших слушателей. Говорите, пожалуйста.

Слушатель: Вы сравнивали в своей бурной деятельности сколько русских ребят в Питере за это же время перестройки проклятой убито? Это ни в какое сравнение не идет, но это тихие убийства, об этом молчат. Родители бьются и не могут найти концов. А убивает та же шпана. Ни одно убийство не может быть оправдано. Мы в шоке оттого, что происходит. Русских убивают в 10, в 20 раз больше, но об этом молчат.

И еще одно. Как не стыдно порочить Советский Союз? Как не стыдно? Вы взрослый человек. У нас был великий этнос, не было розней и не было убийств. По улицам в белую ночь мы ходили без всякой охраны. Что вы все время говорите ложь про Советский Союз? Стыдно в вашем возрасте.

Александр Винников: Этот великий этнос Советского Союза выселял целые народы, в частности, были выселены в течение одной ночи все чеченцы в степь, в Сибирь, в снег, были выселены татары из Крыма, был произведен еще целый ряд таких же акций. Я не знаю, я не собираюсь обвинять в этом русских. Это были акции коммунистического режима, который правил Советским Союзом. Если вы считаете, что эта страна и эта политика заслуживают подражания, то я с вами не согласен.

Теперь относительного того, что русских убивают больше, чем иностранцев. Я говорю сейчас не о том, что есть убийства хорошие и убийства плохие. Когда убивают любого человека, это преступление. Я говорю о другом, что есть преступления, которые совершаются с целью разобщить общество, есть убийства, которые являются преступлениями против общественной стабильности. И вот на эти преступления должны граждане, прежде всего, обращать внимание для того, чтобы не было тихих убийств. Потому что если в обществе не будет стабильности и будет разрушена солидарность, связывающая людей друг с другом, то нас ждет рост не только ксенофобии, но рост тех тихих убийств, о которых вы говорите.

Ольга Писпанен: Давайте еще дадим высказаться слушателям. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Вы сейчас правильное слово произнесли «стабильности». Надо хорошо знать историю, ведь в конце 19-го начала 20-го века были погромы, были убийства студентов, были отдельные убийства евреев. Они были организованы людьми, которые были заинтересованы в том, чтобы ликвидировать эту стабильность. Это были провокации. Я не знаю, чтобы русские люди вот так убивали вьетнамцев, лаосцев, корейцев. Сколько училось у нас этих людей в Советском Союзе. Это похоже именно на провокацию. Давайте подумаем с этой стороны. Это первое.

Второе. Пожилой человек задал тоже проблему. У него беда социальная, а вы на этот вопрос совершенно не реагируете, что это тоже боль. Вы реагируете именно на эту провокацию.

Александр Винников: Боль этого старика мне понятна. Здесь я сейчас не для того, чтобы обсуждать проблемы пенсионеров, которые существуют и которым надо посвящать отдельные передачи. Здесь я сейчас для того, чтобы говорить о проблеме тех провокационных убийств, которые совершаются в Петербурге все чаще и чаще. Это другие вещи. Они, разумеется, связаны, поскольку все в жизни связано. И чем больше будет таких провокационных убийств, чем больше будут разжигать межнациональную рознь в стране, тем хуже будет, в том числе и пенсионерам. Вот это я хочу сказать.

Ольга Писпанен: Александр Яковлевич, можно ли назвать сегодняшнее состояние обычных граждан латентностью?

Александр Винников: Латентная ксенофобия существует всегда и везде, но весь вопрос в том – существуют ли люди, стремящиеся ее активно использовать? Вот об этом идет речь. Да, существуют сейчас политические движения. Эти движения не просто активные, они имеют доступ к средствам массовой информации, они пропагандируют свои идеи по радио и телевидению. Смысл всех идей заключается в том, что Россия окружена врагами.

Ольга Писпанен: Давайте дадим еще возможность слушателям. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Хочу спросить вашего гостя. Почему он обыгрывает эту выигрышную тему убийства таджикской девочки и не замечает множества убийств русских парней азербайджанскими, таджикскими группировками, которые так красиво обосновались в нашем городе?

И потом, неужели вы не понимаете, что количество незаконных эмигрантов, количество вот всех этих преступных группировок оно уже зашкалило в городе. Убийства будут, как это не прискорбно, потому что люди, коренные жители, не хотят мириться с приехавшими сюда.

Александр Винников: Отвечу сразу, что одним из краеугольных камней фашизма является идея очищения социума от инородцев как средство улучшения жизни.

XS
SM
MD
LG