Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Презумпция невиновности распространяется в Белоруссии только на Лукашенко


Программу ведет Дмитрий Волчек. Принимают участие депутаты парламента Белоруссии Сергей Скребец, руководитель парламентской группы "Республика", и генерал Владимир Фролов.

Дмитрий Волчек: Суд в Минске приговорил 30-летнюю Оксану Новикову к ограничению свободы на два с половиной года за распространение листовок, в которых она, как посчитал суд, распространяла заведомо ложные сведения, оскорбляющие президента Белоруссии. После оглашения приговора Оксана Новикова заявила:

Оксана Новикова: Учитывая тот фарс, который был назван судом, этот приговор меня совсем не удивил. Он не мог был оправдательным, а только обвинительным. Презумпция невиновности распространяется в этой стране только на Лукашенко, а все остальные виновны уже по существу. Что бы они ни говорили, как бы ни подтверждали свои слова, они все равно виновны.

Дмитрий Волчек: Ранее за клевету на Лукашенко уже отбыли аналогичные наказания журналисты Микола Маркевич, Павел Можейко и Виктор Ивашкевич. В настоящее время по такому же обвинению находится в следственном изоляторе гродненский предприниматель Валерий Левоневский. Однако репрессии против диссидентов не пугают белорусских оппозиционеров. В Минске проходит необычная акция протеста - голодовка депутатов Национального собрания страны, парламента, в котором, как до недавней поры полагали власти, диссидентов нет вообще, выборы в свое время проходили под строжайшим контролем государства. Участников голодовки поддержали многие белорусские оппозиционеры, некоторые присоединились к ней. Поддержку голодающим парламентариям выразили послы стран Евросоюза и глава офиса ОБСЕ в Минске. Особое внимание к голодовке привлекло то, что среди ее участников знаменитый белорусский спортсмен, заслуженный мастер спорта, чемпион Олимпийских игр Владимир Парфенович. Сейчас на линии прямого эфира участники голодовки: депутаты Сергей Скребец, руководитель парламентской группы "Республика" и генерал Владимир Фролов.

Расскажите, пожалуйста, о требованиях, которые вы выдвигаете.

Валерий Фролов: Изменить меру пресечения Мариничу, включить в повестку дня (это сделано), рассмотреть и принять закон о внесении дополнений в избирательный кодекс, который позволит сделать выборы более прозрачными. Закон после согласования уже не в том объеме, но, тем не менее, если, не дай бог, Александр Григорьевич стремится провести референдум, для нас будет гораздо больше возможностей. Референдум рассматриваем как конституционный переворот, чтобы он провелся чище. И я думаю, шансов не допустить прихода к власти в очередной раз, на третий срок Александра Григорьевича будет гораздо больше.

Дмитрий Волчек: Первое ваше требование - освобождение бывшего министра внешнеэкономических связей Михаила Маринича. В России не очень хорошо известны обстоятельства его ареста. Сергей Николаевич, расскажите, пожалуйста, что именно ему инкриминируют?

Сергей Скребец: На сегодняшний день, то, что показало белорусское телевидение, что у него нашли 90 тысяч долларов, что у него нашли секретные бумаги с печатями государственными, и что у него нашли пистолет. Как ни странно, все обвинения отменили. Все находки при вынесении обвинения ушли куда-то в небытие, осталось только незаконное хранение оружия. Причем, что интересно, оружие, которое у него нашли, это профессиональное оружие, которое, как написано в газетах, применять может только профессионал, поскольку там такая отдача, что можно вывихнуть руку. Поэтому довольно смешно, что у Маринича нашли этот пистолет.

Дмитрий Волчек: Вы полагаете, что в Белоруссии готовятся антиконституционные перевороты. Александр Лукашенко готовится обманным путем продлить свои президентские полномочия. Сергей Николаевич, какие существуют основания так считать?

Сергей Скребец: На последнем обращении президента к парламенту и белорусскому народу, которое состоялось в апреле этого года, я задавал Александру Григорьевичу вопрос о том, что 21 июня, согласно конституции, заканчивается срок его полномочий, два срока по пять лет, собирается ли он их продлять? На что Александр Григорьевич ответил, что он еще не решил, собирается ли он продлять или нет, но, во всяком случае, как решит народ. Если его попросят, то он с удовольствием это сделает.

Дмитрий Волчек: Валерий Дмитриевич, голодовка проходит в вашей квартире. Вас не пускают в здание парламента?

Валерий Фролов: Нет, мы туда просто не ходим. Голодовка есть голодовка, и мы приняли такое решение, если голодать, чтобы всем это было понятно. Мы провели одну ночь в парламенте. Все-таки находясь там, мы лишаемся контакта с очень многими людьми. Конечно, не могли бы к нам подсоединиться представители различных партий. Вы просто не представляете картину, которая творилась вокруг парламента, когда в три ряда стояли люди из спецслужб и не пропускали даже аккредитованных журналистов. Но сидеть, согласитесь, в какой-то яме, тебя никто не слышит и не видит, это, наверное, было бы не совсем разумное решение, на мой взгляд.

Дмитрий Волчек: Валерий Дмитриевич, Лукашенко до недавних пор полагал, что он создал карманный парламент. Что вас вынудило пойти на бунт, да еще в такой крайней форме? Как вы оказались в оппозиции президенту?

Валерий Фролов: Если считать меня каким-то идиотом, который делал под козырек и все выполнял, кто знает мой жизненный путь, он совершенно так не думает. И потом, я всегда стремился себя уважать, насколько это отвечало моим потребностям. Было много всяких случаев, это отдельная тема. Но когда я просидел несколько лет в парламенте, я не понял, для чего он существует и что он делает. Все-таки всегда по жизни у меня активная позиция, наверное, это позволило стать генералом. Меня это совершенно не удовлетворяло, когда парламент, я вам откровенно скажу, там из 110 человек абсолютное большинство образованное, с большим жизненным опытом, профессионалы, и не использовать их потенциал в интересах республики, я считаю, преступно. Но у нас Александр Григорьевич считает, что он способен все вопросы решать сам, он самый продвинутый из специалистов во всех областях. Поэтому парламенту отводилась роль принимать закон об озоновом слое, о географических указателях, о дорожном движении, те законы, которые, по большому счету, не влияют ни на экономику, ни на основные сферы жизнедеятельности, которые делают государство богатым. Так, существует вроде как для мебели. Меня эта карма не устраивала абсолютно.

Дмитрий Волчек: Журналисты называют вас белорусским генералом Лебедем. Вы считаете правомерной такую аналогию?

Валерий Фролов: Мне несколько раз задавали такой вопрос. Я белорусский, российский был когда-то, генерал Фролов. Лебедь Саша, я его прекрасно знал, мы часто встречались, как генералы где-то ужинали, вместе разные были дела. Но я белорусский генерал Фролов. Журналистам всегда нравятся сравнения образные, наверное, они имеют на это право.

Дмитрий Волчек: Сергей Николаевич, готовы ли власти сейчас пойти на какие-то уступки и на каких условиях вы готовы прекратить голодовку?

Сергей Скребец: По нашим сведениям, власть не пойдет ни на какие уступки. Мы контактировали своих коллег-парламентариев, которые на сегодняшний день в парламенте работают с группой "Республика" и были на заседании 8 числа, когда рассматривался вопрос о включении в повестку дня этого вопроса. Так что, мы считаем, что одно из требований наших выполнено, вопрос в повестку дня включен. Но его рассмотрение под большим вопросом, как проголосуют депутаты - неизвестно. Но в любом случае сессия заканчивается 30 числа и принятие этого закона в двух чтениях с одобрением Совета республики, на наш взгляд, это невозможно.

Второе наше требование - освободить Михаила Маринича под подписку, изменить меру пресечения, нахождение в следственном изоляторе КГБ, у нас называют "американка". Это требование на сегодняшний день, я говорил с адвокатом Маринича, она говорит, что ее требования в суде отклонили. Во вторник будет суд другой инстанции, это была первая инстанция, сейчас будет городской суд. Само по себе понятно, что изменение меры пресечения Мариничу зависит только от одного человека - от Александра Лукашенко, который никогда не шел на компромиссы никакие, тем более под таким давлением, которое на сегодняшний день оказывает наша голодовка. Поэтому, на наш взгляд, уступки от властей ожидать не приходится, но мы будем голодать до конца, насколько хватит наших сил.

Дмитрий Волчек: Сколько человек на сегодняшний день участвует в голодовке?

Сергей Скребец: На сегодняшний день в голодовке участвует 15 человек. Это, кстати, еще одна из причин, по которой мы ушли из парламента. Кроме того, что там оцепление тройное, и люди, которые к нам пришли, не смогли к нам присоединиться, как только они расставили палатки, двое тут же были арестованы. Они сейчас в квартире у нас находятся и не могут выйти на улицу, потому что для милиции это шанс их арестовать.

Дмитрий Волчек: Я слышал, что были определенные эксцессы, что власти срывали плакаты, которые вы вывешивали на балконе?

Сергей Скребец: Ночью в 12 часов подогнали машину специальную, и с внешней стороны балкона человек в каске сорвал плакат, где написано "Нет третьему сроку. Справедливые выборы. Свободу Мариничу". Но мы, поскольку были готовы к такому варианту, вывесили новый плакат на следующий день.

XS
SM
MD
LG