Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ксенофобия и нацизм в современной России


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Любовь Чижова и Игорь Корней.

Андрей Шароградский: Российские правозащитники говорят о процветающих в стране неонацизме и ксенофобии. По данным московского Бюро по правам человека, в стране от рук националистов погибают до 20 человек. Несколько дней назад в Санкт-Петербурге был убит ученый-этнограф Николай Гиренко, который был экспертом по вопросам национализма и ксенофобии. Его коллеги почти не сомневаются, что преступление совершили неонацисты. Над темой работала Любовь Чижова:

Любовь Чижова: Незадолго до гибели Николай Гиренко собирался в Великий Новгород на судебный процесс по делу РНЕ. Он говорил, что члены Русского национального единства постоянно грозили ему расправой, тем не менее, от участия в процессе не отказывался. Рассказывает директор московского Бюро по правам человека Александр Брод.

Александр Брод: Он неоднократно получал подобные угрозы, потому что с 93 года активно участвовал как эксперт в судах по делам, связанным с проявлением неонацизма, ксенофобии. В 93 году он делал экспертизу газеты "Русская речь", газеты "Наше время". В 94 году экспертизу по журналу "Волхв", экспертизу в отношении лидера партии "Свобода" Юрия Беляева. В 2002 году экспертиза по поводу публикации в газете "Мы - русские", экспертиза по газете "Русское вече". Николай Михайлович очень опытный эксперт, специалист по вопросам идеологии нацизма. Фашисты знали, кого они убивают.

Любовь Чижова: Убийство эксперта по вопросам фашизма Николая Гиренко накануне дня начала войны российские правозащитники называют знаковым. Говорит президент фонда "Холокост" Алла Гербер.

Алла Гербер: К сожалению, мы именно 22 июня мы вынуждены снова говорить об угрозе фашизма, совсем не далекого, не заграничного, а собственного. К величайшему сожалению, именно сегодня должны об этом говорить на пороге этого дня. Это страшно, что 22 июня, в страшный день начала войны, мы отмечаем убийством антифашиста. Ужасно то, что никто из наших сильных мира сего, наших руководителей именно сегодня не сказал о том, что 22 июня убит антифашист. Еще, действительно, нет результатов дела, но вполне понятно, что ничего другого быть не может. Потому что человек жил в коммунальной квартире, жил бедно и славен был только своей активной гражданской позицией.

Любовь Чижова: На гибель Николай Гиренко откликнулись не только правозащитники. Марк Розовский, режиссер театра "У Никитских ворот".

Марк Розовский: Мне кажется, мало возлагать венки, устраивать концерты с песнями военных лет, произносить речи, гладить по головке ветеранов. Хотя, может быть, все это тоже необходимо. Ужасны даже какие-то ликования. Потому что в какой-то газете я прочитал, что сегодняшний день хотели объявить каким-то праздником, причем в военной среде, что вообще совершенно позорно. Сегодня нам следует понять, мне кажется, другое, что фашисты, начавшие убивать нас 22 июня много лет назад, убивают и сегодня нас, точнее лучших из нас. Война идет та самая - Великая Отечественная.

Александр Брод: Мы постоянно сталкиваемся с дерзкими с беспрецедентными проявлениями доморощенных нацистов практически во всех российских регионах. Это и убийства, и избиения на почве этнической неприязни. Нами подготовлен специальный обзор "Убийства на национальной почве в 2001-2004 году". В среднем ежегодно в России совершается 15-20 убийств на почве этнической ненависти. На первом месте по нашему мониторингу Санкт-Петербург, на втором месте Москва, на третьем месте Волгоград и так далее. Помимо этих убийств издаются десятки погромных "коричневых" газет, регулярно совершаются акты вандализма на национальных кладбищах, оскверняются церкви, синагоги, мечети. Ксенофобия практически захлестнула нашу страну, и громадный процент российского общества сочувствует, солидарен с этими идеями.

У меня есть очень интересный ответ от Генеральной прокуратуры Российский Федерации по запросу депутата Государственной Думы Петра Шелеща, с которым мы сотрудничаем. Он сделал запрос в Генеральную прокуратуру в отношении дел по 282 статье за последние годы. И вот такая статистика: в 2000 году было зарегистрировано 17 преступлений, 8 уголовных дел направлено в суд; в 2001 году 32 преступления, 6 уголовных дел направлено в суд; в 2002 году 74 преступления, 19 уголовных дел направлено в суд; в 2003 году 72 преступления, 11 уголовных дел направлено в суд. Самое интересное, как реагируют наши суды. В большинстве случаев обвиняемый получают либо приговоры условные, очень мягкие, на один-два года, либо оправдываются, либо амнистируются в соответствии с постановлением о 55-летии Великой победы. Доморощенные нацисты амнистируются в соответствии с постановлением о 55-летии победы.

Любовь Чижова: Коллеги Николая Гиренко намерены обратиться к Генеральному прокурору Владимиру Устинову, чтобы он взял расследование убийства эксперта по фашизму под особый контроль. Но в том, что это убийство будет раскрыто, сомневаются.

Андрей Шароградский: В июне 1941-го Белоруссия первой среди союзных республик приняла удар фашистской Германии. По статистике, каждый третий житель республики погиб за годы Великой Отечественной войны. Практически во все белорусские дома приходили похоронки с фронта. Рассказывает Игорь Корней:

Игорь Корней: 22 июня 1941 года Белоруссия одной из первых республик СССР приняла удар армии вермахта. Потери в первые дни войны были огромные, ветеранов тех лет остается все меньше. Сегодня картины прошлого восстанавливают их дети и внуки. Вспоминает сын Николая Купрейчика, рядового пехотинца в 41-м.

Николай Купрейчик: Для моего отца война длилась всего несколько часов. Часть стояла под Барановичами, это чуть более двухсот километров от Бреста. Рассказывал, что даже сообразить не успели, отец увидел, как ползут танки. Запомнил только, как по приказу лейтенанта они стали стрелять. Очнулся отец в госпитале. Вот и вся война. Позже отец всегда комплексовал, когда его называли ветераном, приглашали на пионерские собрания.

Игорь Корней: 3 июля Белоруссия отметит 60-летие со дня освобождения республики от немецко-фашистских войск. Власти по этому поводу планируют глобальные мероприятия. А какие воспоминания о событиях Великой Отечественной сохранили люди, которые ее пережили? 72-летний Семен Быков земляк и друг детства знаменитого писателя-фронтовика Василя Быкова. Во время войны был подростком, но работать был вынужден как взрослый мужчина.

Семен Быков: Тяжело было. На женщинах плуг тягали, огороды пахали. В нашей деревне было два коня и две коровы. Все пережили и все в памяти это.

Игорь Корней: Для жителей западных областей Белоруссии война началась почти двумя годами раньше - в сентябре 39-го. В соответствии с пактом Рибентропа-Молотова, 17 сентября восточную территорию Польши, белорусские земли, заняли советские войска, поэтому многие здесь восприняли события лета 41 как надежду на освобождение. Я разговариваю с учителем школы в Гродненской области Казимиром Андриевским.

Казимир Андриевский: Когда в 41 году пришли немецкие оккупанты, то наши крестьяне встречали их хлебом-солью, потому что с неба летели листовки, в которых немцы обещали, что разгонят колхозы. От партизан тоже белорусам доставалось. Проходило время, и как-то сжились и с партизанами, и с оккупантами. Даже ходили на танцы, партизаны, полицейские все вместе танцевали, друг друга знали.

Игорь Корней: Кстати, именно за такой взгляд на войну Министерство культуры запретило к показу в Белоруссии художественный фильм молодого режиссера Андрея Кудиненко "Оккупация. Мистерия", который в эти дни показывается в конкурсной программе "Перспектива" Московского международного кинофестиваля.

XS
SM
MD
LG