Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему правозащитники не согласны с новым законом "О собраниях, митингах и демонстрациях"?


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров и юрист Борис Золотухин – с ним беседовал Владимир Бабурин.

Андрей Шарый: Государственная Дума России приняла в первом чтении проект нового закона "О собраниях, митингах и демонстрациях". Документ запрещает пикеты и митинги на автомагистралях, у государственных зданий, иностранных посольств, рядом с нефте- и газопроводами и вблизи любых опасных и вредных производств. В среду же у здания Госдумы несколько активистов партии "Яблоко" провели несанкционированный пикет, протестуя против принятия этого закона. Все протестующие были задержаны. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров:

Мумин Шакиров: Суть принятого документа заключается в том, что он регулирует отношения, возникающие при организации и проведении митингов, как отдельными гражданами, так и общественными, политическими, религиозными организациями. По словам заместителя председателя Госдумы Вячеслава Володина, этот новый законопроект заменит прежний, принятый еще в 1988-м году.

Вячеслав Володин: В сегодняшнем законодательстве есть, что нельзя перекрывать улицы. Вы помните, это в законах еще прошлого-позапрошлого года присутствует. Поэтому в этом законе идет детализация, и в этом законе конкретизируются нормы, согласно которым люди понимают, какова причина отказа или какова причина разрешения.

Мумин Шакиров: Основные протесты бывают такие, чтобы чиновники заметили и видели, а у федеральных зданий запрещено, я так понимаю?

Вячеслав Володин: Думаю, что это неправильно по сути, по той причине, что если чиновник хочет заметить митинг и шествие, если заранее будет ясно, где это все проводится, и уведомление будет подаваться, он заметит. Там, где людям с одной стороны, можно гарантировать безопасность, с другой стороны, чтобы не срывать работу госучреждений. Это мировая норма. Если мы хотим, чтобы в России существовало броуновское движение, в этих вопросах мы говорим, что полностью копируем демократические нормы, а здесь пускай будет так, на самотек течет, такого не бывает. Давайте стандарты от А до Я исповедовать.

Мумин Шакиров: Председатель комитета Государственной Думы по безопасности, в прошлом заместитель министра внутренних дел России Владимир Васильев также на первое место ставит безопасность граждан.

Владимир Васильев: То, что сейчас не будут пикетировать. Почему? Будут, в определенных местах, тем, где будет определено. Не исключено, что определят место, которое сегодня используют, я не исключаю.

Мумин Шакиров: Вдали от глаз чиновника, так получается?

Владимир Васильев: Есть места, где всякое скопление людей - это большая угроза в плане безопасности. Это я знаю профессионально. Эти вопросы надо регулировать. Сегодня такого механизма нет, вот о чем идет речь.

Мумин Шакиров: Оппоненты этого законопроекта подвергли критике те позиции в документе, где говорится о запрете проведения публичных выступлений перед зданиями, занимаемыми федеральными органами государственной власти, представительствами иностранных государств и международных организаций. То есть там, где протестующие могут добиться наибольшего эффекта от своих акций и вызвать большой общественный резонанс. О своей открытой позиции по этому поводу заявила сегодня партия "Яблоко", организовав утром пикет у здания Государственной Думы. Рассказывает член федерального совета партии "Яблоко" Алексей Мельников.

Алексей Мельников: У нас есть 31-я статья Конституции, там четко и понятно сказано, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, демонстрации, шествия и пикетирования. При этом понятно, что никакие положения федеральных законов не могут противоречить Конституции. Что касается такого рода поправки, то, на мой взгляд, ее смысл понятен. Власть все больше и больше огораживается от людей, теперь и такими заборами. Понятно, что готовятся к принятию всякого рода непопулярных решений, дебатируется вопрос об отмене отсрочек для студентов, понятно, что предстоят, вероятно, тяжелые решения в области социальных прав людей, в области того блока законодательств, который защищает людей с социальной точки зрения. Это решение, оно стоит, к сожалению, в этом ряду. Мне вообще непонятно, почему, скажем, когда мы смотрим телевизор, где-нибудь в Соединенных Штатах люди могут ходить перед Белым домом с плакатами, высказывать свою позицию, и этого никто не боится. А почему это не должно быть в нашей стране, что здесь такого?

Мумин Шакиров: В Государственной Думе России против принятия документа выступили представители фракций ЛДПР, "Родина", КПРФ и отдельные независимые парламентарии. Наиболее жесткую позицию заняли коммунисты, и об этом журналистам заявил координатор фракции КПРФ Сергей Ришульский.

Сергей Ришульский: Мы голосовали однозначно против. Я вам должен подчеркнуть, что закон принят голосами только фракции "Единая Россия", плюс примкнувший один независимый - Невзоров. Этими голосами вводится полицейский режим на нашей территории.

Мумин Шакиров: Учитывая, что фракция "Единая Россия" обладает контрольным пакетом голосов в нижней палате российского парламента, мало кто сегодня сомневался в Государственной Думе, что документ будет принят в первом чтении. Так и произошло. Законопроект "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", внесенный правительством России еще в 2003-м году, легко прошел при поддержке 294 депутатов, против высказались 137, один парламентарий воздержался. Замглавы КПРФ Валентин Купцов надеется, что на следующем этапе ему и его сторонникам удастся повлиять на ситуацию.

Валентин Купцов: Во втором чтении мы будем стараться работать с депутатами. Потому что мы должны представить, что такой расклад сил не является окончательным.

Мумин Шакиров: Особое мнение у председателя комитета Госдумы по законодательству Павла Крашенинникова. Бывший член фракции СПС, который ныне состоит в рядах "Единой России", голосовал за этот документ, но в то же время он считает, что отдельные либеральные поправки можно внести во втором чтении.

Павел Крашенинников: Как раз про административные здания, я считаю, что эту норму надо убирать, я против нее.

Мумин Шакиров: Ее можно будет убрать во втором-третьем чтении?

Павел Крашенинников: Думаю, что можно. Мы же из закона "Об экстремизме" убрали, убедили в том числе Кремль, что это делать нельзя. А что касается других ограничений - магистрали, мосты и так далее, считаю, что такие ограничения нужны. Слава Богу, что теперь мы это выводим на федеральный уровень, а это не регулируется местными властями. Там-то вообще, что они хотели, то и делали.

Мумин Шакиров: Уведомительный будет носить характер или разрешительный?

Павел Крашенинников: Я думаю, что здесь смешенная природа, смотря, что вкладывать. Если речь идет о митинге, то, наверное, это будет к ближе к разрешительной системе, потому что дан перечень документов. Обязанность появляется у властей рассмотреть, и обязанность, если они решили отказать, указать причины. В противном случае это будет незаконное действие.

Мумин Шакиров: В случае, если этот документ будет окончательно принят законодателями, то отдельные независимые депутаты намерены обратиться с запросом в Конституционный суд. Об этом сообщил независимый депутат Владимир Рыжков. На это заявление отреагировал один из лидеров "Единой России", председатель комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев.

Владимир Васильев: Я думаю, что Конституционный суд примет правильное решение, законное. Я надеюсь, все вместе в Думе, во всяком случае наш комитет, как исполнитель работает, мы главное видим сейчас - это безопасность общественных скоплений людей в городах. Это очень важный вопрос.

Мумин Шакиров: Одним словом, на этом этапе документ дает широкие права исполнительной власти, у которой появится возможность географически перемещать митингующих и пикетчиков подальше от публичных мест, тем самым заметно снижая эффективность таких мероприятий.

Андрей Шарый: Российские правозащитники считают, что закон о собраниях, митингах и демонстрациях противоречит Конституции. По словам главы правозащитного центра "Мемориал" Олега Орлова, этот закон является шагом к авторитаризму. Глава московского представительства организации "Human Rights Watch" Анна Нейстадт считает, что этот закон нарушает права граждан на проведение митингов и пикетов. Представители "Яблока" и КПРФ, которые устраивали утром пикет у здания Государственной Думы, как раз ссылались на статью Конституции, которая разрешает свободу митингов и шествий. Как соотносится принятый Думой в первом чтении закон с основным законом России? За разъяснениями мой коллега Владимир Бабурин обратился к известному юристу Борису Золотухину.

Владимир Бабурин: Борис Андреевич, в 70-е годы вы были адвокатом на нескольких известных процессах по делам диссидентов, если несколько утрировать или упростить их требования, то сводились они к одному: они требовали от советского правительства, чтобы оно соблюдало собственные законы и Конституцию. Я бы хотел получить ваш комментарий, как юриста, как соотносится записанное в Конституции право, в данном случае на проведение митингов и собраний, и тот закон, который в первом чтении приняла Государственная Дума.

Борис Золотухин: В первую очередь, я хочу подчеркнуть, что вы совершенно справедливо отметили разницу между Конституцией, которая существовала в Советском Союзе, и действующей сегодня Конституцией. Те советские Конституции были актами, не рассчитанными на применение. Это были чисто декларативные документы, которые должны были демонстрировать, якобы, демократическую сущность строя, который существовал в СССР. Сегодняшняя Конституция действующая отличается от них тем, что она рассчитана на применение, так и принималась она - как Конституция прямого действия. И в 31-й статье этой Конституции написано, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование. Это универсальная норма. И развивать эту норму можно только усиливая гарантии прав, провозглашенных 31-й статьей. А ограничивать ее, в общем, невозможно. Хотя имеется 55-я статья Конституции, которая предусматривает случаи возможного ограничения конституционных прав, но в ее третьем пункте написано, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других людей. Перенесение митингов, демонстраций, пикетов на значительное расстояние или вообще запрет их проведения у правительственных зданий вовсе не связано с защитой основ конституционного строя, нравственности и других оснований, которые перечислены в 55-й статье Конституции. Мне представляется, что принятый в первом чтении Думой законопроект - это наступление на конституционные права граждан, это антиконституционные действия, которые должны быть подвергнуты рассмотрению в Конституционном суде. Надеюсь, что Конституционный суд признает этот закон не соответствующим Конституции.

Владимир Бабурин: Борис Андреевич, то есть, если я вас правильно понял, вы советуете Алексею Митрохину, другим активистам "Яблока" и КПРФ, которые сегодня пикетировали Государственную Думу и были задержаны, обратиться в Конституционный суд на Государственную Думу?

Борис Золотухин: Когда этот закон будет принят, и если он будет принят, хотя вероятность велика. Кроме того, вы знаете, я сегодня видел по телевидению выступление Митрохина, мне не нужно ему советовать обращаться в Конституционный суд, он об этом и сам говорит.

Владимир Бабурин: Это находится в компетенции только Конституционного суда, ни в какой другой подавать нельзя?

Борис Золотухин: Да, это находится только в компетенции Конституционного суда.

XS
SM
MD
LG