Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Получится ли у лидеров "Большой Восьмерки" договориться по Ираку?


Программу ведет Андрей Шарый: Участвует российский политолог Андрей Пионтковский.

Андрей Шарый: Известный московский политический эксперт Андрей Пионтковский считает, что саммит "Большой Восьмерки" в Джорджии даст возможность лидерам главных стран мира согласовать позицию по поводу иракского урегулирования. На сей раз шансы на успех велики, считает политолог.

Американская пресса насторожено встречает на этот раз президента Путина, пишут о том, что в стране возрождаются традиции авторитаризма. Андрей Андреевич, как вы считаете, такого рода настроения могут оказать какое-то воздействие на ход саммита "Большой Восьмерки"?

Андрей Пионтковский: Я думаю, что нет. Это две параллельные линии. Одно дело - оценки внутриполитического развития страны. Они в основном высказываются в достаточно резкой форме в оппозиционной демократической прессе - "Нью-Йорк Таймс", "Вашингтон Пост", "Лос-Анджелес Таймс". Для президента Буша гораздо важнее общие интересы в контексте так называемой глобальной борьбы с терроризмом и особенно в поствоенном урегулировании ситуации в Ираке.

Андрей Шарый: Как вы считаете, смогут ли лидеры стран "Большой Восьмерки" добиться консенсуса в вопросе об урегулировании в Ираке? Ведь, кажется, именно эта проблема ключевая для Буша в год переизбрания нового президента США.

Андрей Пионтковский: Встреча "Восьмерки", дни ее так удачно совпали или специально календарь работы Совета Безопасности был к этому подстроен, но как раз в эти дни окончательно отшлифовывается дискуссия и возможность руководителей обсудить все деликатные вопросы, она поможет благоприятному разрешению этой проблемы. И все последние заявления и Путина, и Буша, и французских представителей говорят о том, что великие державы в Совете Безопасности близки к согласованию текста этой резолюции.

Андрей Шарый: Как вы считаете, Россия имеет основания быть довольной своей позицией и тем, что в результате получится после голосования в Совете Безопасности, допустим, что эта резолюция будет проголосована?

Андрей Пионтковский: Я думаю, что - да. Потому что все события последнего года подтвердили обоснованность и законность опасений и сомнений, которые высказывало российское руководство перед началом военной операции. Кроме того, к достоинству политики нашего руководства, в отличие от позиции значительной части прессы, надо отнести то, что оно не поддалось соблазну такого торжествующего злорадства: "Знаете, мы вам говорили, вы получили этот урок". Политическое руководство прекрасно осознает, к каким негативным и чрезвычайно опасным для безопасности России последствиям привело просто беспорядочное бегство коалиции из Ирака, и поэтому всячески заинтересовано, чтобы новое иракское правительство, участники коалиции и те, кто возражали против операции с самого начала - Франция, Германия и Россия, нашли общий язык.

Андрей Шарый: Международная встреча в верхах в Джорджии проходит через несколько дней после другого крупного международного торжества - 60-летия со дня открытия Второго фронта, с помпой, пышно отмечавшегося в Нормандии с участием ведущих политиков западного мира. России там была уготовлена очень малозаметная роль, а немецкая пресса, например, с воодушевлением восприняла итоги поездки туда Герхарда Шредера. Есть ли, по вашему мнению, какая-то взаимосвязь в расстановке сил на большой политической шахматной доске и такого рода парадными манифестациями?

Андрей Пионтковский: Нет, я думаю, что символизм празднеств в Нормандии не был связан с сегодняшней расстановкой сил на политической арене. Что касается присутствия впервые канцлера Федеративной Республики Германии, это был очень серьезный и нужный прорыв для Германии, которая тем самым полностью закрыла послевоенную главу своей истории. И большинство комментаторов в Германии говорили, что союзники освободили, в том числе и Германию. А что касается российского присутствия, я знаю, что в нашей прессе раздавалась критика по поводу того, что присутствие Путина и российской делегации не было столь ярким. Я помню, что десять лет назад почти те же самые комментаторы возмущались, почему Россия не представлена на этих торжествах. Я думаю, что Путин принял совершенно правильное политическое решение. Понятно, что он не был женихом на этой свадьбе, но вклад России в разгром фашизма настолько фундаментален, настолько бесспорен, что не требует каких-то дополнительных напоминаний. Такие комплексы по поводу российского участия совершенно ни на чем не основаны. Да, мы внесли решающий вклад, но почему не дать союзникам отметить операцию, которая действительно была блестящей военной операцией и способствовала разгрому фашизма?

Андрей Шарый: Будьте добры, сделайте вывод, сейчас Россия в "Большой Восьмерке" - полноправный член этого клуба великих?

Андрей Пионтковский: Я думаю, что в геостратегическом, геополитическом плане - это полноправный член "Восьмерки", один из ведущих. События после иракского кризиса и роль России в его урегулировании это подтвердило. Другое дело, что наш экономический потенциал на сегодняшний день пока не отвечает уровню стран "Большой Восьмерки".

XS
SM
MD
LG