Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Война в Ираке еще не началась, но мир уже меняется


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Юрий Жигалкин, Сергей Данилочкин беседует со специалистом по арабскому миру Владимиром Кедровым, корреспондентом Радио Свобода в Тель-Авиве Викторией Мунблит и нашим обозревателем Джованни Бенси.

Андрей Шарый: Эксперты ООН продолжают инспекции в Ираке. В четверг они обследовали еще четыре объекта, в первую очередь их интересуют ракеты и предприятие по производству ракетного топлива. Глава военных инспекторов Ханс Бликс намерен потребовать от иракских властей уничтожить ракеты этого типа и, возможно, пусковые установки, сообщили источники в Организации Объединенных наций. Багдад продолжает утверждать, что радиус действий ракет не превышает установленных всемирной организацией пределов. О последних событиях иракского кризиса рассказывает наш нью-йоркский корреспондент Юрий Жигалкин.

Юрий Жигалкин: Судя по всему, следующий акт иракского противостояния развернется в ближайшие дни. В среду американские и британские дипломаты сообщили о том, что Лондон и Вашингтон намерены представить Совету Безопасности проект резолюции, в которой недвусмысленно будет подтвержден факт нарушения Ираком резолюции четырнадцать сорок один, где содержится требование к Багдаду полностью уничтожить оружие массового поражения и безоговорочно сотрудничать с международными инспекторами. Некоторые из постоянных членов Совета Безопасности прямо предупредили, что они не видят необходимости в обсуждении такой резолюции и готовы, если потребуется, заблокировать ее. Однако, Соединенные Штаты и Великобритания, готовы, по-видимому, расставить точки над i, считая, что это наилучшая стратегия в данной ситуации. Как сказал представитель американской делегации в ООН, пришло время Совету Безопасности рассмотреть резолюцию, подтверждающую нарушение Ираком своих обязательств перед ООН». Американские дипломаты предсказывают, что Вашингтон и Лондон затем потребуют от Совета вынести свое решение по американо-британскому проекту в течение двух-трех недель. О том, насколько серьезной в глазах обеих столиц выглядит эта акция можно судить по тому, что президент Буш и премьер-министр Блэр лично намерены обсудить формулировки проекта резолюции, которая будет исключительно лаконичной.

По словам американских и британских представителей, несмотря на оппозицию, они рассчитывают на поддержку этой резолюции большинством Совета Безопасности и рассчитывают на то, что она станет последним предупреждением режиму Саддама Хусейна о том, что только полная и безоговорочная кооперация с инспекторами поможет ему избежать военного конфликта.

США и Великобритания предлагают членам Совета Безопасности зафиксировать в новой резолюции факт, который почти невозможно оспорить: Ирак нарушил предыдущую резолюцию, не проявив готовности к безоговорочному сотрудничеству с международными инспекторами, но, как прекрасно осознают все, признание этого факта дает формальный повод Соединенным Штатам и их союзникам для принудительного разоружения Ирака, чего хотят избежать Франция, Россия и Китай. Так что без сомнения ближайшие две-три недели станут кульминацией противостояния в Совете Безопасности ООН. К чему она приведет неизвестно, но в четверг президент Буш еще раз заявил о том, что Соединенные Штаты готовы разоружить Ирак. "Война – последний вариант действий для Соединенных Штатов. Но позвольте мне сказать, чего нет среди этих вариантов. Мы не можем верить в здравомыслие Саддама Хусейна, мы не можем бесконечно ждать перед лицом растущей угрозы..."

Так что Соединенные Штаты настроены исключительно решительно накануне важной акции в Совете Безопасности ООН.

Андрей Шарый: В кризисе вокруг Ирака некоторые государства лавируют между интересами сторонников войны и ее категорических противников. В частности, именно таким образом строит свою внешнюю политику в иракском вопросе и Россия. Боевые действия против Багдада еще не начались, а политические меры уже начинают меняться. Мой коллега Сергей Данилочкин беседовал со специалистом по арабскому миру Владимиром Кедровым, корреспондентом Радио Свобода в Тель-Авиве Викторией Мунблит и нашим обозревателем Джованни Бенси.

Сергей Данилочкин: Владимир, какой, по вашему мнению, должна быть позиция России в связи с силовой акцией против Ирака?

Владимир Кедров: Вы знаете, Москва стала в последнее время проводить более прагматическую политику, это отмечают все обозреватели, это совершенно понятно. От прежних упований в основном на идеологию, на политические интересы в тех или иных регионах мы перешли к прагматическим действиям, к экономическим интересам, к национальным интересам России. Поэтому здесь Москва, безусловно, стоит перед определенной дилеммой: с одной стороны, ей не хочется терять Багдад и нынешний режим в Ираке как своего партнера по экономическим сделкам, в конце концов, как должника крупного. С другой стороны, не хочется ссориться с Соединенными Штатами, серьезно ссориться. С третей стороны, хочется остаться в хороших отношениях с основными действующими силами в Европе. Поэтому позиция у России достаточно такая щекотливая, но, тем не менее, пока президенту и внешнеполитическому ведомству России удается сглаживать все острые углы и держаться, достаточно успешно проводить свои интересы. Что будет дальше, в случае начала боевых действий, сказать трудно. Но мне кажется, что и в этой ситуации Россия сумеет каким-то образом пройти по лезвию ножа, попытаясь сохранить все те интересы, которые она испытывает в данной ситуации.

Сергей Данилочкин: Джованни, как вам кажется, удачно ли Россия ведет себя на фоне споров в Европе относительно возможностей решить конфликт, не прибегая к силе?

Джованни Бенси: Я думаю, для России было бы трудно занять другую позицию, эта позиция, которую она занимает сейчас, это фактически единственно возможная в данной ситуации. Когда сейчас говорят о России и иракской проблеме, говорят, что есть такой фронт – Россия, Германия, Китай и Франция, это фронт критический по отношению к Соединенным Штатам, и есть фронт проамериканский – это Великобритания. Испания, Италия. Конечно, это немножко упрощенно, потому что и внутри этих "фронтов" существуют тоже разные нюансы. Германия выступает против войны в Ираке и по внутриполитическим мотивам. Потому что, мы знаем, Шредер благодаря этому еще раз выиграл выборы в канцлеры. Германия будет обеспечивать Соединенным Штатам использование военно-технических устройств и возможности на территории Германии. Испания, быть может, стоит ближе к Соединенным Штатам. Потому что у Испании тоже свои интересы. Между прочим, Испания стремится стать членом Большой Восьмерки. У Италии более нюансированная позиция, потому что Сильвио Берлускони, премьер-министр, хотя он выступает как близкий друг Соединенных Штатов, он был в Вашингтоне, был принят Бушем, но он старается вести как можно более широкую посредническую деятельность. И вот по инициативе Берлускони, и тоже к этому делу подключен Папа Римский, он старается найти какой-то компромисс, действуя через Ливию, через ливийского лидера Кадафи, через Саудовскую Аравию, через Лигу арабских стран с тем, чтобы убедить Саддама Хусейна уйти из Ирака, уйти в добровольное изгнание, что будет нелегко, конечно, но эта линия проводится. И, говорят, что миссия, которую совершил в Багдаде посланник Папы Римского, тоже якобы шла в этом направлении.

Сергей Данилочкин: Высказывается мнение, что боевые действия в Ираке еще не начались, а в мире уже произошли изменения, сопоставимые с последствиями крупной войны. Виктория, согласны ли вы с такой точкой зрения?

Виктория Мунблит: По сути любая война ведет к переделу, к крушению уже существующих союзов и возникновению новых. Это обычно является следствием войны. В данном случае мы уже это видим, здесь говорилось совершенно верно и о кризисе в НАТО, и о противоречиях в Евросоюзе, но я бы еще хотела отметить колоссальный кризис внутри арабского мира, связанного Ираком. Посмотрите, если сравнить ситуацию с 91-м годом, тогда роль участников, я имею в виду ближневосточных участников, были четко распределены. Была четкая позиция Саудовской Аравии, поддерживающая США, была четкая позиция Кувейта, являющегося жертвой, четкая позиция Сирии, предупреждавшая, что немедленно вступит в конфликт на стороне Ирака, если Израиль ответит на ракетный обстрел. Короче, роли были очень четко обозначены. И посмотрите на сегодняшнюю зыбкость позиций в арабском мире. Позиция Саудовской Аравии – вообще-то да, но при условии. Позиция Сирии – вообще-то мы против войны в Ираке, но вмешиваться не будем ни в каком случае и так далее. Я хочу обратить ваше внимание на то, что месяца полтора тому назад Саддама Хусейн воззвал ко всему арабскому миру, говоря о том, что если удар по Ираку будет нанесен, любая из арабских стран может стать следующей мишенью. Арабский мир с этим согласился, но отнюдь не так, как этого ожидал Хусейн, никто не сплотился, чтобы защитить Ирак, а сплоченно предложили Саддаму Хусейну уйти в отставку, покинуть Ирак, и ряд стран готовы были предоставить ему для этого убежище.

Владимир Кедров: Мне бы хотелось добавить несколько слов к тому, что сказала Виктория. Дело в том, что противоречия среди антииракской коалиции, которые сейчас складываются, были еще и в 91-м году. Дело в том, что Франция, которая участвовала на сторон Соединенных Штатов в те годы, как-то заняла уже тогда особую позицию. Более того, интересный момент: ведь уже тогда арабские страны не хотели ни в коем случае заходить на территорию Ирака и их действия ограничились только освобождением Кувейта.

Сергей Данилочкин: Противники войны с Ираком говорят, что уже сейчас удалось добиться от Саддама Хусейна значительных уступок. Руководители Соединенных Штатов и Великобритании однако предупреждают, что отступать нельзя, серьезную угрозу надо обязательно приводить в действие, иначе впредь им никто не поверит. Как вы считаете, достаточно ли того, чтобы просто припугнуть Саддама Хусейна или все же нужны решительные действия?

Виктория Мунблит: Вопрос в том, нужна ли военная акция, зависит от того, какие цели в данном случае преследует каждая из стран, настаивающая или наоборот отрицающая необходимость военной акции. В любом случае, мне кажется, что США, может быть и невольно, зашли слишком далеко, чтобы оставить себе возможность к отступлению. Я уж не говорю ни о чем другом, сейчас я не говорю ни о чем другом, ни о Саддаме Хусейне, ни об Ираке. В регионе сконцентрировано такое количество вооруженных сил, на эту переброску и на эту переброску и на эту подготовку потрачены уже такие невероятные средства, не в самой стабильной ситуации в США сегодня, что я не думаю, что у Америки остается другой выход.

Владимир Кедров: Я согласен в принципе с Викторией, но тут дело в том, что, мне кажется, тут прав Григорий Явлинский, который недавно сказал, что американцы, сконцентрировав гигантские силы вокруг Ирака, уже сделали многое из того, к чему они, собственно, стремились. Саддам пошел на колоссальные уступки, и можно считать, что миссия американских войск уже выполнена, можно им тихо уйти, потому что большего им вряд ли удастся добиться даже путем военной операции.

XS
SM
MD
LG