Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

НБП: аресты, обыски, приговоры


Программу «Темы недели» ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Любовь Чижова.

Дмитрий Волчек: Из катарской тюрьмы на этой неделе были освобождены два сотрудника ГРУ, признанных виновными в терроризме – организации убийства экс-президента Чечни Зелимхана Яндарбиева и приговоренных к пожизненному заключению. В Москве их встречали как героев – даже красную ковровую дорожку при выходе из самолета постелили. Формально – по согласованию с катарской стороной - в России их судьбу должен решить суд. Нет оснований полгать, однако, что приговор будет суровым – наподобие пятилетнего тюремного срока, который теперь придется отбывать семерым членам Национал-большевистской партии, которые несколько месяцев назад провели акцию протеста против монетизации льгот в здании Минздрава. Приговора дожидаются и нацболы, захватившие на 15 минут один из кабинетов приемной администрации президента и требовавших, чтобы Путин ушел в отставку. В штаб-квартире партии Лимонова на этой неделе был проведен обыск – изъяли пять компьютеров и спортивный инвентарь. Настоящей звездой экрана стал прокурор Сергей Цыркун, выступавший гособвинителем на процессе по делу о захвате Минздрава. Устроенная им перепалка с родителями осужденных, вероятно, послужила поводом для увольнения Цыркуна из прокуратуры. За этими событиями следила корреспондент радио «Свобода» Любовь Чижова.

Любовь Чижова: Приговор по делу о захвате здания Минздрава был оглашен 20 декабря. Семерых национал-большевиков приговорили к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима. Также осужденные должны выплатить 151 тысячу рублей за испорченное в ходе акции имущество Минздрава. Гособвинителем на процессе выступал заместитель прокурора Тверского района Москвы Сергей Цыркун. После того, как был вынесен приговор, к нему кинулись матери осужденных ребят. Одна из них крикнула: «Как вам не стыдно, мой ребенок ничего не сделал!». Цыркун отреагировал неадекватно.

Сергей Цыркун: Моего прадеда его к стенке поставили как буржуя, глазом никто не моргнул. Ненавижу я вашу власть большевистскую, коммунисты проклятые. Что вы со страной делали? А когда вы беременным женщинам саблями пузо рубили, вам было жалко? Вы - борцы за классовую идею!

Любовь Чижова: Позже пришло сообщение, что Сергей Цыркун из прокуратуры уволен. Причина его увольнения не комментируется. В программе «К барьеру!» на НТВ Цыркун объяснил свое поведение тем, что по-другому вести себя с толпой хулиганов нельзя. На неделе было предъявлено обвинение нескольким активистам НБП, ворвавшимся в справочную администрации президента. Им вменяется попытка насильственного захвата власти. У одной из задержанных девушек сотрясение мозга, у молодого человека сломана нога. Им грозит от 15 до 20 лет лишения свободы. После приговора нацболам, захватившим здание Минздрава, в серьезности намерений властей мало кто сомневается. Вот как это прокомментировал лидер Национал-большевистской партии Эдуард Лимонов.

Эдуард Лимонов: Репрессивные действия государства, направленные против правозащитных по сути своей акции Национал-большевистской партии. Ни о каком хулиганстве тут речи быть не может. Власть лжет, она наказала людей за действия в защиту конституции. Граждане РФ должны защищать конституцию, вот мы ее и защищали, за это нашим товарищам дали жесточайшее наказание - пять лет каждому.

Любовь Чижова: Во вторник прошел обыск в штабе национал-большевиков в подвале кирпичной высотки на улице Марии Ульяновой, который сами нацболы называют «бункером». Из штаба изъяли пять компьютеров, много документов и спортивный инвентарь – гири и штанги. Как пошутил один национал-большевик, теперь их приобщат к делу в качестве оружия, с которым нацболы готовились захватить власть. О том, как происходил захват «бункера», вспоминает 19-летний Кирилл Ананьев.

Кирилл Ананьев: Позвонили в дверь, подошел кто-то из ребят, посмотрел в глазок. Там какая-то незнакомая девушка. «Вам куда?». «В партию». Открываю дверь, она начинает проходить, я чуть-чуть в сторону отхожу. В этот момент из подъезда выскакивает очень знакомая рожа, по-моему, Кузнецов из РУБОПа, прыгает, вытаскивает меня, девушка сразу исчезает, я даже не заметил куда. Эти люди очень любят распускать руки, но тут было как-то корректно все. Меня они только к стенке поставили. Потом Стрельцов подъехал из ФСБ. Изъяли они компьютеры, изъяли анкеты, то есть они ставку сделали не на то, чтобы найти что-нибудь по делу, а просто хотели подорвать нашу материальную базу. Они знали, что у нас самая бедная партия. И то, что они у нас стырили пять компьютеров – это была большая пакость.

Любовь Чижова: Здесь же в «бункере» я встретилась с Анатолием Тишиным, заместителем главного редактора запрещенной газеты «Лимонка», членом ЦК партии и отцом 18-летнего Гриши, которого не так давно осудили на пять лет.

Анатолий Тишин: Гришка, с ним история следующая. Он пришел ко мне, ему было 14, пришел он от мамы своей. Приходил он ко мне несколько раз. Я ему объяснял: Григорий, нужно вернуться, продолжить образование, не надо уходить из дома. И возвращал его маме раз пять. Наступил такой момент, что я понял, если я его верну, он уйдет, но уже ко мне не пойдет. Тогда я ему сказал: «Гриша, я тебя оставляю, будем жить вместе. Пойми, судьба у тебя будет такая же, как у меня». Потому что у меня вся жизнь проходит в партии, я после ареста Лимонова вынужден был уволиться. До этого я как все нормальные люди каждый день ходил на работу. С этого все началось. Гриша всегда участвовал в наших внутренних делах и на него можно было опереться. Ребенок рост. Его арестовали за десять дней до совершеннолетия, получил он пять лет, точно так же, как и все остальные. Я хочу отметить, что он был морально готов. Годом больше, годом меньше, он, в принципе, другого не ждал.

Любовь Чижова: Что же привлекает совсем юных ребят в Национал-большевистской идеологии? - интересуюсь у Кирилла Ананьева.

Кирилл Ананьев: Поверил именно в лидера - в Эдуарда Лимонова, что это честный человек. В нашей партии нет никаких обманов, никаких скрытых механизмов. Сейчас нас знает вся страна и переживает очень большое количество народа за наших ребят, за партию.

Любовь Чижова: Кирилл, а вы чувствуете себя героем?

Кирилл Ананьев: Я себя – нет. Я чувствую человеком, который делает свое дело, и который не имеет права от этого отказаться. Шумных акций, с которых я скрылся, не могу назвать, потому что это может мне повредить. Я не боюсь, я нужен партии. Из громких - захват офиса «Единой России», Большого театра, германского представительства, закидывание литовского посольства.

Любовь Чижова: жизнь у вас довольно опасная. Вот ребята получили пять лет. А вы не боитесь?

Кирилл Ананьев: Что мне бояться, что меня посадят? Это власть над телом, душу мою не сломают. Власть оказалась отмороженней, чем мы рассчитывали. Но мы принимаем любой вызов.

Любовь Чижова: Один из столов штаба национал-большевиков завален продуктами - лимоны, шоколад, конфеты, но без оберток. В фантиках, оказывается, конфеты в тюрьмы не принимают. Нацболы готовят передачи для сорока своих осужденных и задержанных товарищей. Их повезут в четыре места – в тюрьму для несовершеннолетних, в женскую тюрьму, в Бутырку и Матросскую тишину.

XS
SM
MD
LG