Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вменяемость полковника Буданова как политический вопрос


Ведет программу Петр Вайль. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Олег Кусов и Елена Рыковцева, которая беседует с корреспондентом газеты "Московские новости" Санабат Ширматовой.

Петр Вайль: В Ростове-на-Дону военный суд Северокавказского военного округа сегодня возобновил слушания уголовного дела полковника российской армии Юрия Буданова, который обвиняется в убийстве чеченской девушки Эльзы Кунгаевой. Буданов признан невменяемым в момент совершения убийства Эльзы Кунгаевой. Результаты четвертой по счету психиатрической экспертизы были оглашены при закрытых дверях и в отсутствии подсудимого. Согласно выводам медицинской комиссии, Буданов рекомендован к принудительному лечению. Судебный процесс по делу Юрия Буданова, на взгляд наблюдателей, преследует цель увести российского полковника от ответственности. Слово Олегу Кусову.

Олег Кусов: Ход судебного разбирательства над полковником Будановым показывает, что политики во всей этой трагической истории гораздо больше, чем права. Правовых оснований для осуждения российского полковника уже достаточно, к тому же Юрий Буданов сам признался в убийстве чеченской девушки. Элементарная логика говорит о том, что командовать полком длительное время умалишенный человек не способен. Но, несмотря на это, процесс затягивается на неопределенное время, появляются все новые и новые спасительные для Буданова факторы. В данном случае в признании Буданова невменяемым сильно заинтересованы российская власть и генералы. За процессом внимательно следит армия. Офицерам на войне не до справедливости, поскольку такие понятия, как право, справедливость и война не имеют между собой ничего общего. Процесс по делу Буданова - это своеобразный закодированный диалог между властью и армией, долгожданный сигнал военным со стороны власти, мы, мол, вам доверяем, мы вас не продадим, мы готовы закрывать глаза за ваши преступления. Таким образом, власть пытается купить армию доверием, сделать армию послушной и к тому же союзницей на предстоящих выборах. Другими способами – повысить, например, зарплату офицерам, гораздо сложнее и, видимо, непосильно на сегодня Кремлю. Процесс по делу Буданова, увы, стал одной из многих пропагандистских акций официальной Москвы. Потерпевшая сторона, на мой взгляд, тоже выбрала определенную тактику: раз уж Буданова не получается осудить, как могут рассуждать близкие Кунгаевой, то остается любой ценой максимально долго продержать Буданова в камере следственного изолятора. Затянувшийся процесс по делу Буданова это еще и сигнал российских властей чеченскому обществу. Чеченцам словно дают понять, что их сопротивление федеральным военным бесполезно, что в конечном итоге право остается за сильным, и они могут даже не мечтать о будущих судебных процессах в отношении российских генералов и офицеров в Чечне. Судебный процесс по делу Буданова порождает все больше вопросов в адрес российских судебных и правоохранительных органов, но отвечать на них, как создается впечатление, никто из них не спешит. Много непонятного остается и в смерти бывшего полевого командира Салмана Радуева. Как считает обозреватель газеты "Московские новости" Санабат Ширматова, Салман Радуев никогда не был влиятельным в Ичкерии. С Санабат Ширматовой беседует наш корреспондент Елена Рыковцева.

Санабат Ширматова: Это миф о таком непримиримом борце, террористе, который в общем-то приводил в ужас. Он пошел в поход в Дагестан, это было в 96-м году. Отряд, в котором он был, совершил поход в Дагестан, захватил свыше трех тысяч заложников, это было сделано по заданию Дудаева. На самом деле Радуев был только участником, был рядовым бойцом. После того, как был ранен руководитель отряда, встал во главе отряда и его показывали, тогда Россия впервые узнала эту фамилию. Я разговаривала с его одноклассниками, и они говорили, что никогда Радуев не пошел бы в Кизляр, не пошел в такой опасный поход, если бы он не знал, что получит полных гарантий, что он вернется живым и невредимым домой. Неожиданно таинственным, загадочным образом Радуев вместе с заложниками и чеченские бойцы исчезли оттуда. Тогда много говорили о том, что для них был открыт коридор. То есть это одна из тех загадок Радуева, которые он унес с собой.

Елена рыковцева: Точно также, мы помним, загадочно возродился, всплыл из небытия, его давно похоронили в сознании россиян, и вдруг он снова появился. Санабар, какие тайны он унес с собой в могилу?

Санабар Ширматова: Радуева на самом деле считали, насколько это верно, я не могу судить, человеком российского МВД, то есть человек, который поддерживает тесные связи с российским МВД, то есть агентурой милиции. Очень часто ему этот вопрос чеченцы в разговорах задавали, что ты с русскими вместе. Радуев отвечал, что нет. Мы помним его такие яркие антироссийские выступления, когда он перед телевизионными камерами показывал шагающих солдат, говорил, что это мои солдаты, которые будут бороться с Россией. На самом деле он был неким телевизионным боевиком. Сделали его тем, кем сейчас его считают в России, я думаю, что средства массовой информации и, возможно, какие-то силы в России, которые хотят доказать, что они взяли крупную фигуру, крупную птицу.

Елена рыковцева: То есть вопрос, был ли Радуев "засланным казачком", остался открытым?

Санабар Ширматова: Остался открытым, чьи задания он выполнял и даже загадочным является его арест. В Чечне говорят о том, что он пришел в марте 2000-го года, на самом деле он приехал на встречу со своим патроном, скажем так, для того, чтобы получить новые документы, которые давали бы ему возможность просто выехать из Чечни, и был арестован, задержан. Затем объявили о том, что он задержан в результате спецоперации, крупный полевой командир.

Елена рыковцева: Санабар, вы говорите, что он был человеком не крупного масштаба, но опять же в представлении общества это была фигура, одна из первых фигур среди чеченских боевиков. И вот когда случается гибель такого персонажа как Салман Радуев, никто не верит в естественные причины его смерти. Может быть, я ошибаюсь, но, мне кажется, что его гибель была выгодна чеченским сепаратистам, поскольку Генеральная прокуратура похвалялась перед датскими властями, что именно Салман Радуев дал веские показания против Ахмеда Закаева и чуть ли не должен выступить свидетелем на суде против Ахмеда Закаева.

Санабар Ширматова: Мне трудно судить об этом, поскольку я не знаю его показаний, насколько они были серьезные против Ахмеда Закаева, и были ли они вообще. Но настолько эта фигура какая-то очень значная, что тут возможен любой вариант ответа. Я не удивлюсь совершенно, если, скажем, его убрали его же хозяева после того, скажем так, если он действительно был агентурой МВД, после того, как он, возможно, огласил какие-то тайны конкурирующей службе, ФСБ, которая его арестовала и держала в Лефортово, или пригрозил раскрыть эти тайны. Вполне возможно. Учитывая, что Радуев был мифической фигурой, совершенно неудивительно, что если он на самом деле умер от совершенно прозаической болезни, такое тоже возможно.

Елена рыковцева: Но вы лично допускаете, что причины его гибели могут быть неестественные?

Санабар Ширматова: Какова его жизнь, такова его и смерть.

Елена рыковцева: Сейчас, когда мы с вами разговариваем, еще не знаем о той реакции, которую вызовет в Чечне гибель этого человека – Салмана Радуева. Как вы считаете, какой может быть эта реакция и будет ли она вообще?

Санабар Ширматова: К нему относились скорее отрицательно, чем положительно. Потому что он себя никак не показал, кроме того, что пошел в Дагестан, захватил больницу, захватил заложников. В глазах настоящих чеченцев он был человеком, который себя запятнал позором.

XS
SM
MD
LG