Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борьба с распространением наркотиков – точки зрения милиции и правозащитников


Программу ведет Андрей Шароградский. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Любовь Чижова и Мумин Шакиров, эксперт Института прав человека Лев Левинсон, руководитель благотворительного фонда "Колодец" Виталий Мельников.

Андрей Шароградский: Руководство московской милиции предлагает ужесточить наказания за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, считая российское законодательство слишком мягким. По словам начальника Управления по борьбе с организованной преступностью ГУВД Москвы Вячеслава Якушева, действующие уголовно-процессуальные нормы только мешают работе правоохранительных органов. На пресс-конференции в ГУВД Москвы побывал корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров:

Мумин Шакиров: То, что правоохранительным органам не удается приостановить поток наркотиков в столицу, ни для кого не секрет. Статистика говорит сама за себя. По данным экспертов ГУВД Москвы, за 10 месяцев текущего года сотрудниками Управления по борьбе с организованной преступностью зафиксировано более 14 тысяч преступлений, связанных с нелегальным оборотом наркотиков, что на тысячу больше, чем за аналогичный период прошлого года. На нелегальном рынке по-прежнему доминирует героин, на втором идут наркотики растительного происхождения, и далее - кокаин и психотропные вещества. На вопрос, что мешает перекрыть наркопоток в Москву, милиционеры на первое место ставят дефицит кадров. Другая причина - это несовершенство УПК, когда оперативникам физически не хватает времени провести дознание и открыть уголовное дело против наркораспространителей. Об этом рассказывает заместитель начальника отдела Управления по борьбе с организованной преступностью ГУВД Москвы Игорь Стрельченко:

Игорь Стрельченко: Если человек подозревается в умышленном преступлении - сбыте наркотиков и их хранении, то, наверное, время отчета должно быть другим. Потому что задержали где-то в Юго-Западном округе за хранение, пока оформили бумаги с понятыми, протокол досмотра пока напечатали, привезли сюда на Петровку, на исследование, пока с исследования привезли обратно... Как я понимаю, допрашивает следователь, но следователь не приступает к допросу, пока нет исследования. То есть, привезли, это уже прошло, как минимум, два часа. Допросить понятых и сотрудников, и задержанного, это по-хорошему 3 часа надо следователям. Итого, это уже получается минимум 5. После этого он только должен с этим материалом ехать к прокурору.

Мумин Шакиров: Прокурор, в свою очередь, согласно УПК, дает добро на возбуждение уголовного дела. По версии Игоря Стрельченко время с момента задержания человека и до первого контакта с прокурором не должно превышать 3 часов, а если не успел, то потенциальный преступник отпускается. Но так в теории. На практике у милиционеров есть возможность задержать подозреваемого на больший срок.

Игорь Стрельченко: Как правило, наркоман, если его задерживают за хранение, может подозреваться в том, что он сам употребляет наркотики. Нужно его свозить на обследование и написать рапорт об административной ответственности, о том, что он находится в состоянии наркотического опьянения.

Мумин Шакиров: По мнению начальника Управления по борьбе с организованной преступностью ГУВД Москвы полковника милиции Вячеслава Якушева, закон щадит потребителей наркотиков.

Вячеслав Якушев: Раньше, в старое время, было запрещено употребление наркотиков, определенное количество попаданий в состоянии наркотического опьянения влекло определенную уголовную ответственность. На сегодняшний день этого нет. У нас употребление разрешено, пожалуйста.

Мумин Шакиров: "Необходимы изменения законодательства", – считает Вячеслав Якушев:

Вячеслав Якушев: Необходимо привлекать за употребление. Я не говорю - сажать, но привлекать к административной ответственность. Пусть встают на учет.

Мумин Шакиров: Аргументы о том, что рядовой потребитель - нередко тяжело больной человек, нуждающийся в лечении, не производят никакого впечатления на сотрудников ГУВД. Впрочем, и общественное мнение на стороне силовиков, кроме родителей, чьи дети попали в беду, а выбраться из этой трагедии в одиночку непросто.

Андрей Шароградский: Российские правозащитники, в отличие от ГУВД Москвы, считают карательные меры малоэффективными. Проанализировав работу правоохранительных органов, правозащитники пришли к выводу, что действия милиции главным образом направлены против людей, больных наркоманией, а изготовителям и продавцам наркотиков в большинстве случаев удается уйти от ответственности. Рассказывает Любовь Чижова:

Любовь Чижова: Как говорит эксперт Института прав человека Лев Левинсон, в России борьба с наркотиками, которую проводят правоохранительные органы, становится опаснее самих наркотиков. Общий смысл предлагаемой новой политики по борьбе с наркотиками примерно таков: вместо того, чтобы сажать на длительные сроки молодых людей, несколько раз попробовавших наркотики, по всей стране нужно внедрять всевозможные программы снижения вреда от употребления наркотиков. Каковы первые шаги в этом направлении? Рассказывает Лев Левинсон:

Лев Левинсон: Изменение карательных подходов. Переориентациия государственной политики на медикаментозные методы, на методы профилактики, лечения, сдерживания, реабилитации, приоритет общественного здравоохранения и прав личности над чисто полицейскими методами. Сейчас весь антинаркотический бюджет уходит в одном направлении – в правоохранительные органы, которые теперь раздвоились: была одна милиция, теперь появился еще Госнаркоконтроль. Они занимаются одним и тем же, дублируют друг друга. Потребление наркотиков падает, это объективный факт, рост числа наркоманов в последние полтора- два года прекратился. Предпринимаемые меры неадекватны. Куда действительно надо вкладывать ресурсы, какие инициативы надо поддерживать? - Инициативы по профилактике, и наркомании, и связанных с нею опасностей. Наркомания, на сегодняшний день - свершившийся факт, и сегодня зависимые люди есть, и завтра никуда не денутся. Следовательно, опасности, связанные с потреблением, надо предотвращать, и здесь приоритет - программы снижения вреда от употребления наркотиков. Те программы, которые работают в России уже в 70 городах, и которых, к сожалению, пока нет в Москве. Государству необходимо их поддержать, поскольку приоритет должен быть отдан защите общества от неизлечимых болезней - ВИЧ, гепатиты... Говорят, что наркомания неизлечима, и ВИЧ неизлечим, и, дескать, пусть они в собственном соку и варятся. Но мировой опыт подтвердил, что если не сдерживать распространение ВИЧ-инфекции в замкнутой среде, в группе потребителей наркотиков, коммерческих секс-работниц, гомосексуалистов - сдержать это там невозможно. На определенном этапе это вырывается в открытую среду, в социум.

Любовь Чижова: Виталий Мельников руководит благотворительным фондом "Колодец". Он не скрывает, что у него есть проблемы с наркотиками, но изгоем Виталий себя не чувствует. Опыт работы в программах по снижению вреда от наркотиков показывает, что и наркоман может быть полноценным членом общества:

Виталий Мельников: Есть две важные вещи. Первое - гражданская позиция потребителя наркотиков, которую мы пытаемся создать, развить и продвинуть в массы, чтобы люди чувствовали себя защищенными, независимо от того, где бы они ни находились – в кабинете врача, милиционера, чиновника, в общении с родителями, с учителями. Потребители наркотиков - мало того, что вне закона, их постоянно репрессируют, они не могут за себя постоять. Это одна из наших основных задач – поднять дух потребителей. Как мы это делаем - берем на себя роль дипломатов между двумя сторонами. Первая сторона - люди, принимающие наркотики и допускающие, что наркотики есть в жизни, и вторая сторона – это те, кто не употребляет, не принимает и считает, что они могут это искоренить. Исходя из этого, стратегия работы такова, что, обращаясь к потребителям наркотиков, мы говорим: "Ударим по лицу наркомании, повышая культуру употребления". Это значит, что если люди возьмут на себя ответственность и будут заботиться о том, как и что они делают, и зачем это делают, то рано или поздно они смогут начать теми проблемами, которые их окружают, образно говоря, жонглировать, и в итоге, я надеюсь, в один прекрасный момент, если для кого-то это реальная проблема - употребление наркотиков, они смогут это взять и отложить на заднюю полку, и начать новую жизнь.

Что касается обращения к тем, кто против наркотиков, то во всех странах государство - это основа основ, и мы говорим: наркотики под контроль государства, а не мафии - часть проблем будет снята. Снижение вреда - более сложный вопрос. У нас в стране всегда было два подхода для решения проблем наркомании, у нас всегда осуществлялась первичная и третичная профилактика наркомании. Первичная подразумевает профилактику наркомании в целом и обращена к тем, кто еще не употреблял наркотики, чтобы защитить людей, чтобы они не попробовали. Наркотики обладают таким свойством - один раз попробуешь, и потом очень тяжело с этим расстаться. Это не секрет ни для кого. И третичная профилактика - это программы реабилитации и помощь наркозависимым, уже тем, кто сильно "угорел" на наркотиках, и им предлагается вылезти, предлагается лечение, все такое. Вторичная - как раз вот этим вопросом у нас никто не занимался. Это и есть снижение вреда, вторичная профилактика, то есть, работа с теми, кто сегодня "зависает" на наркотиках. Хотелось бы нам, не хотелось, но именно сейчас, именно сегодня вот сейчас даже в нашем городе очень много людей, они уже стоят на "стрелках", ждут свои наркотики, и их "кумарит"... Они болеют. Им очень сложно обратно вписаться в свои общественные возможности, которые они имели, скажем, до того пока они не употребляли наркотики. И этот факт надо принять, что наркотики были, есть и будут, и с этим надо что-то делать. И вот снижение вреда - это как бы один из вариантов, которые могут помочь нам устоять. Это обучающие программы, равные обучают равных. Набираются потребители наркотиков, они проходят обучающие курсы и проводят такие тренинги, семинары для тех же потребителей, о безопасном поведении, что касается потребления и секса, решаются юридические вопросы... Второе - обмен шприцов, это как бы сервис такой: изымаются из оборота грязные, использованные шприцы и меняются на новые. То есть, это не выглядит, как распространение шприцов, как на улице раздают рекламу шоколадок - "попробуйте, и будете покупать наши". Здесь нет такого, что мы раздаем шприцы - "колитесь, ребята". Нет, обмен шприцов делается для того, чтобы не распространились, прежде всего, ВИЧ-инфекция и гепатиты.

Любовь Чижова: Противники нынешней российской государственной политики по борьбе с наркотиками считают, что нужно серьезно изменить многие статьи УК, предусматривающие изменение законов об ответственности за хранение и употребление наркотиков, в сторону их смягчения. Речь, конечно, не идет о наркодельцах. Кроме того, нужно законодательно закрепить анонимность лечения от наркомании в государственных наркологических учреждениях. По словам Льва Левинсона часто информацию о наркоманах передают в милицию их лечащие врачи.

XS
SM
MD
LG