Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Встреча Михаила Ходорковского с журналистами


Программу ведет Владимир Бабурин. Участвует обозреватель Радио Свобода Михаил Соколов, побывавший на пресс-конференции главы компании "ЮКОС" Михаила Ходорковского.

Владимир Бабурин: Глава "ЮКОСа" Михаил Ходорковский встретился в понедельник с журналистами. Со времени начала атаки на "ЮКОС" со стороны Генеральной прокуратуры это первый публичный контакт Ходорковского с прессой. Напомню, что об очередном обыске а он прошел в минувшую пятницу, Ходорковский узнал на экономическом форуме, который быстро покинул, даже не дождавшись выступления на нем президента России Владимира Путина. И многие предположили, что очередная акция прокуроров была специально приурочена именно к форуму с участием Путина. И еще одно совпадение: именно тогда было объявлено об окончательном завершении слияния "ЮКОСа" с "Сибнефтью", и акции компании как раз в пятницу достаточно быстро пошли вверх.

Такое совпадение не первое. Прокуратура уже и раньше подгадывала очередные обыски к повышению котировок "ЮКОСа", и, как и раньше, вслед за сообщениями о новых обысках рост котировок прекращался. Так, в пятницу акции "ЮКОСа" упали на два процента. А обыск, напомню, прошел в лицее-интернате. Это, пожалуй, самый далекий от юкосовского бизнеса объект. Интернет-издание Газета.Ру предположило, что обыск был обусловлен тем, что благотворительное учреждение возглавляет отец главы "ЮКОСа" Борис Ходорковский, и это обстоятельство позволяет делать уже нетрадиционные выводы о том, что все обыски, связанные с делом "ЮКОСа", пишет интернет-издание, не имеют никакого отношения к хозяйственной деятельности компании, и представляют собой целенаправленную войну против нее.

Дело в том, что даже среди тех субъектов экономической деятельности, которые принято деликатно называть авторитетными предпринимателями, категорически не принято в ходе действий друг против друга угрожать родственникам, которые вообще не принимают непосредственного участия в делах. А тех, кто все-таки так поступает, указанные предприниматели из круга авторитетных людей исключают.

И самое последнее: на 7 октября намечено заседание суда, на котором будет решаться вопрос об изменении меры пресечения для Платона Лебедева. Ситуацию вокруг "ЮКОСа" анализирует побывавший на встрече с Михаилом Ходорковским обозреватель Радио Свобода Михаил Соколов:

Михаил Соколов: Представляю, какими будут полосы завтрашних газет. Портрет Михаила Ходорковского.

Хозяин "ЮКОСа" сидит потупясь, прикрывая глаза рукой, да так что на фото видно будет лишь половину лица, остальное будет спрятано рядом микрофонов. В это время руководители детского лицея рассказывают про результаты визита автоматчиков, обыскивавших лицей в поисках, цитирую прокуроров "компьютерной информация и финансовой документации о движении средств за рубежом, как самой компании, так и частных лиц". "Это нам сейчас, педагогическому коллективу, бороться с ночным энурезом, простите, бороться с болячками и неврозами, и возвращать их к нормальной жизни", - говорит директор лицея.

Главному акционеру крупнейшей российской компании "ЮКОС" – "Сибнефть" с капиталом этак в 45-50 миллиардов долларов было тошно. Апеллируя к энурезу, нелегко отбиваться от прокурорской стаи. Даже наивным людям понятно, что свору следователей натравили на "ЮКОС": сначала обвинение одного охранника в убийстве, потом взяли – совладельца, акционера Платона Лебедева за дела времен приватизации, теперь боссов компании клеят неуплату налогов. Вопреки декларируемой законом неприкосновенности обыскали офис депутата Государственной Думы Владимира Дубова.

Заявление Ходорковского выдает искреннее волнение:

Михаил Ходорковский: Я вполне доступен, и я не собираюсь становиться политэмигрантом. Если задача стоит меня выпихнуть из страны или посадить, ну, тогда надо сажать. Потому что я, конечно, политэмигрантом не буду.

Михаил Соколов: Прокуратура накатила на "ЮКОС" с автоматчиками прямо в разгар экономического форума в Москве, именно в момент выступления Владимира Путина, и завершения сделки по слиянию с "Сибнефтью" не из простой и бескорыстной любви закону. Был дан сигнал: в России управляема не только демократия, но и экономика. Без высочайшего соизволения по крупному не ходи. Но Михаилу Ходорковскому приходится лояльно рассказывать истории о моральной девственности обманутого боярами, то есть, прокурорами президента:

Михаил Ходорковский: Я не считаю, что президент давал какие-то отмашки. Я считаю, что Генеральная прокуратура, как президент, собственно говоря, и сказал, уверила его в том, что речь идет не об экономических преступлениях, а о многочисленных убийствах, и, соответственно, в таком случае президент не должен и не может останавливать прокуратуру в ее расследовании. Другое дело, что если прокуратура арестовывает человека по неким обвинениям в многочисленных убийствах, то она уже к этому моменту должна была бы иметь какие то доказательства.

Михаил Соколов: Михаил Ходорковский явно влип в мутную паутину, расставленную повсюду, кем - глава "ЮКОСА" уходит от прямого ответа на вопрос:

Михаил Ходорковский: Все заявления, за подписью, с одной стороны, господина Белковского, а с другой стороны - господина Павловского - были сделаны. Желающие их прочитали.

Михаил Соколов: Пострадавший отсылает к концепции свары у престола "семейных" и "новых питерских", использующих и против него созданные первым кланом - "семьей" - авторитарные механизмы. Ради чего – остается гадать:

Михаил Ходорковский: А вот этот вопрос я сейчас задаю через вас им – что они хотят? Если они хотят, чтобы я стал политэмигрантом - я не стану, если они хотят, чтобы я сел в тюрьму - при сегодняшней системе поведения, которая сейчас нам демонстрируется, это легко, пожалуйста, могут сделать. Речь о деньгах как таковых не идет. Потому что когда компания в год платит 4 миллиарда долларов налогов, то вопросы об изъятии или не изъятии тех или иных дополнительных средств решаются с помощью налоговой системы, с соответствующим, соответственно, отражением всего этого на темпах экономического развития, но это не тот вопрос, который сейчас стоит.

Михаил Соколов: Все сегодня объяснил сам Владимир Путин в интервью "Нью-Йорк-Таймс". Президент России сообщил, что он ничего не имеет против продажи западным инвесторам части пакета акций "ЮКОСа-Сибнефти", но, Путин говорит - "будет правильно, если будут проведены предварительные консультации с правительством Российской Федерации". Похоже, Ходорковским недовольны и потому, что он вовремя кого надо не спрашивает, как это уже было во время слияния его компании с "Сибнефтью" Абрамовича.

Так что речь идет не о легальных, а других деньгах, и о доле, и цене если не ухода с рынка, откуда ускользает Роман Абрамович, то о той цене, которую надо уплатить, чтобы остаться на нем. Например, цене политической - известно, что "ЮКОС" не слишком активно помогал "Единой России", разместил своих людей по разным думским предвыборным спискам. Михаил Ходорковский неохотно переходит к конкретизации темы. Да, идеологический заказ им просматривается:

Михаил Ходорковский: Одну позицию выражает премьер и президент, другую позицию выражает Генеральная прокуратура. Я бы в данном случае говорил о тех людях, которые заинтересованы в том, чтобы у нас в стране не было гражданского общества. Так получилось, к сожалению, что после нашей тысячелетней истории у нас очень мало людей, способных и готовых занимать гражданскую позицию. И да, эти люди в основном состоялись в крупном бизнесе. Хотя и не только. Есть и журналисты, есть и люди других профессий, готовые занимать гражданскую позицию, их очень немного. И существуют вполне понятные силы, которые бы не хотели, чтобы этих людей было... Они хотели бы, чтобы страна так и продолжала жить в режиме психологической готовности к авторитаризму, психологической готовности к тоталитаризму. Это не то, что хочу я для себя и для своих детей.

Михаил Соколов: Михаил Ходорковский признает, что инвестирует в околополитическую деятельность немало. Через фонд "Открытая Россия" из личных средств тратит от 100 до 200 миллионов долларов в год на различные благотворительные акции. Сумму своих вложений в политические партии миллиардер не назвал. Спрашиваю, так может быть Ходорковский должен от этого отказаться, и своим коллегам посоветовать выйти из партсписков "Яблока" или компартии:

Михаил Ходорковский: Оказывать влияние на своих сотрудников компании - законной возможности не имею, а незаконных действий предпринимать не буду. То, что касается моей личной позиции, которую я также неоднократно высказывал - моя позиция неторгуемая.

Михаил Соколов: Лицо Михаила Ходорковского исчезает за рядом микрофонов. Эта стена - символ того, что защитой "ЮКОСа" становится лишь гласность, пресса, в основном западная, но не государственная.

Михаил Ходорковский: Я, как руководитель компании, естественно, воевать со своим государством не буду.

Михаил Соколов: Это государство, в самом деле, было для Ходорковского своим, когда он с коллегами Гусинским и Березовским строил ельцинское поле. Ныне путинская власть, пока глава" ЮКОСа" подавал на гражданское общество и проводил через Думу законодательство, выгодное нефтяникам, - поодиночке схарчила самых амбициозных и публичных политических игроков бизнеса, и добрались до грамотных лоббистов, объявив и их труды сугубо антигосударственным делом. Запустив механизм диктатуры, строители либеральной империи занялись приручением империи Ходорковского. Для того, чтобы бизнесмену остаться в России, главе "ЮКОС-Сибнефти" с ее 35 процентами российской нефти придется ходить консультироваться под кремлевскую крышу. Путь туда ему торит прокуратура, а неблагодарный олигарх все восклицает:

Михаил Ходорковский: Так не играют...

Михаил Соколов: А они и не играют. Не 1996-й год. В эпоху, пародирующую имперскую реставрацию, сохраниться в нынешнем качестве самодостаточного игрока, не присягнув цезарю, Михаилу Ходорковскому вряд ли дадут.

XS
SM
MD
LG