Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Радиоактивные отходы на дне Охотского моря


Программу ведет Владимир Бабурин. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Михаил Горбунов и журналист и эколог Григорий Пасько.

Владимир Бабурин: Почти 16 лет на дне Охотского моря недалеко от острова Сахалин лежит контейнер с радиоактивными отходами. Подробности неизвестны, подробности покрыты тайной, причем самой страшной тайной в России, которая называется "военная тайна".

Михаил Горбунов: Со дня на день в Охотском море близ острова Сахалин может разразиться катастрофа, по последствию равная атомному взрыву в Хиросиме - так сегодня считают многие жители Дальнего Востока. До сих пор опасную тайну морских глубин российские военные хранили не только от них, но даже от властей дальневосточных территорий России. Рассказывает депутат Магаданской областной Думы, рыбопромышленник Михаил Котов.

Михаил Котов: Первое известие поступило десять лет назад о том, что в 87-м году в районе мыса Лопатки, это остров Сахалин, была сброшена с вертолета радиоизотопная установка, которая использовалась в качестве источника питания на отдаленной пограничной заставе. Вот с того времени этот вопрос витает в облаках, потому что серьезнейшее дело и для народного хозяйства, и для рыбаков, в первую очередь, связанное с тем, что если у установки нарушится корпус, то будет выброшено огромное количество радиоактивности. Я думаю, что это будет действительно трагедия не только для Дальнего Востока, но и для определенной части Тихого океана.

Михаил Горбунов: В соответствии со статьей 7 нового российского закона "О государственной тайне", не подлежат засекречиванию сведения о чрезвычайных происшествиях, угрожающих безопасности и здоровью граждан. Именно поэтому 4 года назад магаданский отдел инспекции радиационной безопасности Дальневосточного территориального округа Госатомнадзора России передал эти сведения депутатам Магаданской областной Думы, не забыв упомянуть, что в 1997-м году в Охотском море утонула еще одна военная установка. Тревога специалистов понятна. По их данным, опубликованным уже в "Российской газете" 30-го июля и в магаданской газете "Колымский тракт" 1-го октября этого года, суммарная паспортная активность обеих утерянных в Охотском море установок около полутора миллионов кюри, что в десть раз, примерно, больше, чем в реакторной зоне атомной подводной лодки "Комсомолец", в апреле 1997-го года затонувший в Норвежском море. Суммарная же активность нуклидов, выпавших на землю в результате аварии на Чернобыльской АЭС около 50 миллионов кюри - величины вполне сравнимые. Между Москвой и Магаданом началась оживленная переписка. Северяне требовали от военных разыскать и обезвредить опасных "утопленников", военные пытались успокоить северян. Последнее письмо в Магадан из досье, которое мне пришлось собрать по этой проблеме, и Главного штаба военно-морского флота России датировано 23-го июня 2003-го года. Исходящий номер 708/26/61: "Ваше обращение рассмотрено. Главный штаб разделяет вашу озабоченность экологической ситуацией в Охотском море, связанную с аварийными сбросами РЭУ. Составлен план. Общая стоимость работ продолжительностью один месяц оценивается в 7 миллионов сто тысяч рублей. Необходимой для проведения работ суммой военно-морской флот не располагает. Проведение комплексных поисковых работ возможно не ранее июля-августа 2004-го года после проработки вопроса об определении дополнительных источников финансирования. Сообщается в порядке информации. Начальник Главного штаба военно-морского флота Кравченко". К середине августа на территории Чукотского автономного округа новое обследование имеющихся там установок провели две межведомственные группы, в которых работали и специалисты магаданского отдела Госатомнадзора. Первая группа, организованная по решению администрации Чукотского округа, признала состояние безопасности и физической защиты приборов крайне неудовлетворительным. Вторая группа, созданная при командовании Тихоокеанского флота, разбиралась с конкретным фактом - вышедшим из строя аналогом подводных установок, находящемся на навигационном пункте флота в одном из районов Чукотки. Подчеркну тут несколько существеннейших моментов, зафиксированных в акте проверки. Переводя со специальных терминов на общедоступный язык, установка лопнула в результате некоего, точно пока не установленного по природе воздействия изнутри. При этом разгерметизировались полости внутри прибора., содержащие радионуклеидные источники тепла, а также вышла из строя сверхнадежная биологическая защита. Выявлено радиационное загрязнение корпуса установки и почвы вокруг него. Все вышесказанное отмечает в письме № 04-05/1603, направленного руководству Минатома Российской Федерации 20-го августа текущего года генеральной директор Всероссийского научно-исследовательского института технической физики и автоматики того же Минатома Кузелев и ответственный чиновник Министерства обороны Кунаков. Напомню так же: свежевыявленный аварийный прибор близнец тех, что годы и годы лежат на дне моря близ Сахалина, но он-то саморазрушился на суше, в штатных условиях эксплуатации, а два его сверстника постоянно подвергались воздействию повышенного давления и химически агрессивной морской воды. И посему у специалистов Госатомнадзора уже есть основания утверждать: оба "утопленника" тоже разгерметизировались, и в Охотское море из них поступает стронций-90. И это в свою очередь дает рыбопромышленнику Михаилу Котову и землякам-северянам серьезные основания для опасений.

Михаил Котов: То, что дает атомнадзор, что мощность одной установки превышает тот разрушительный эффект, который был в Хиросиме. То есть мы боимся, что все живое в Охотском море в этих местах погибнет.

Михаил Горбунов: По последним данным, на поиск и обезвреживание "сюрпризов" со дна Охотского моря потребуется от 10 до 12 миллионов рублей. В проект федерального бюджета России на 2004 год эти расходы пока не включены.

Владимир Бабурин: И сейчас к обсуждению этой темы подключается Григорий Пасько, журналист и эколог. Григорий, коллег-журналистов очень часто обвиняют в нагнетании. Дважды прозвучала оценка что то, что может разразиться в Охотском море близ Сахалина, сравнимо с Хиросимой, это не преувеличение?

Григорий Пасько: Вы знаете, я занимался этими потерянными радиоизотопными энергетическими установками в свое время довольно тщательно и конкретных данных о том, что мощность установок такая или такая, я нигде не нашел. Насколько я понял, речь в данном случае идет об очередной утере радиоизотопной энергетической установки, так называемые электрогенераторы на радионуклидах. Какой по счету, я уже сбился, потому что их так много теряли. Например, об одной утере я писал еще в конце 80-х, когда вертолетчики Ми-8 у мыса Низкий возле берега Сахалина сбросили установку такую. Вообще надо отметить то, что военные, как только начинают учиться родину защищать, что-нибудь да натворят. То ракеты теряли в Татарском проливе возле Сахалина, то втихаря затапливали ядерные реакторы с невыгруженным ядерным топливом, то лодки атомные топят, об этом и говорить уже, видимо, надоело. То есть очевидно, что за военными нужен глаз да глаз, причем, желательно глаз общественности, а не мальчиков по вызову из разного рода прокуратур. Что касается энергетических установок, то ими, похоже, никто уже давно не занимается. Формально отписка вечно одна - нет денег. Реальный повод, я думаю, такой, что вместе сброса существенно радиационный фон не повышается, там действительно эти таблетки радионуклеидные запаяны очень прочную защиту. Кстати, я не нашел конкретных данных по мощности этих установок. Например, в журнале "Энергия" за 92-й год, где подробно описано эти установки, сказано, что начальная активность радионуклеидных источников тепла у разных типов установок очень маленькая от 100 до 550 кюри, не больше, никаких миллионов, тем более полутора миллионов кюри там нет. Может поэтому еще никто не шевелится, ни российские власти, ни даже щепетильные в этих вопросах японцы. Я думаю, что реально найти свежесброшенные установки можно было бы при желании, а вот старые вряд ли, потому что их затянуло песком, илом и временем. Всего за 35 лет, может быть около сорока лет эксплуатации, было несколько десятков случаев пожаров, затоплений, разрушений и даже обстрелов из ружей этих установок. Насколько мне известно, Тихоокеанский флот, в гидрографической службе которого находятся эти радиоизотопные установки, флот несколько раз обследовал районы затопления и ни разу не обнаружил повышения уровня радиации. Но не обнаружил фактически или не захотел обнаружить - трудно сказать. Но поскольку доверия к руководству военно-морского флота в целом давно ни у кого нет, то, я думаю, что не мешало бы принять целевую государственную программу по изучению сомнительных в радиационном отношении районов морей и океанов, где военные сбрасывали реакторы, радиоактивные отходы и прочий мусор. Только после тщательного анализа полученных данных можно будет говорить что-то конкретное об уровне опасности или безопасности в том или ином регионе.

Владимир Бабурин: Григорий, то о чем рассказывал наш магаданский корреспондент, произошло в 87-м году, как многие, наверное, помнят, это пик эпохи гласности, и, тем не менее, известно об этом стало только сейчас. По вашим данным, сколько еще подобных случаев, по крайней мере, на Дальнем Востоке было?

Григорий Пасько: Корреспондент называет мыс Лопатка, я называю мыс Низкий. Сбросили они в 1987-м году вертолетчики действительно между двумя мысами, но Низкий - это точно. Идет ли речь об очередной утере, поэтому что это действительно было 16 лет назад, или об одной и той же - трудно сказать именно в силу тотальной засекреченности всех этих данных. Мы постоянно сталкиваемся до сих пор с тем, что военно-морской флот, в частности, регулярно нарушает закон Российской Федерации "О Государственной тайне", который запрещает засекречивать данные, относящиеся к жизни людей и к экологии. Я думаю, что такую практику нужно менять давным-давно уже, может быть даже снятием руководства военно-морского флота за систематическое нарушение законов.

Владимир Бабурин: То есть это либо один и тот же случай, о котором говорите вы и наш корреспондент, или это два разных случая. А вот два случая или один случай для жизни Охотского моря это имеет значение?

Григорий Пасько: Я неоднократно видел, обследовал вместе со специалистами, и даже делал фильм. И мое впечатление такое, что защита настолько надежда у этих установок, что говорить о каком-то реальном воздействии на окружающую среду даже еще через десять лет нереально. Надо, чтобы коррозия сожрала всю эту защиту, тогда будет действительно какой-то мощный выброс. Но волнует и должно волновать в первую очередь то, что нет никакого мониторинга, никакого наблюдения за объектами, которые находятся на дне морском.

XS
SM
MD
LG