Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Традиции российского военно-морского флота


Анна Аракелова: Гость эфира Радио Свобода сегодня морской офицер, капитан второго ранга Черноморского флота Алексей Серебрянников. Он служит на крейсере "Михаил Кутузов". Построенный в начале 50-х годов, крейсер превращен в корабль-музей. О корабле-музее и традициях военно-морского флота с Алексеем Серебрянниковым беседует корреспондент Радио Свобода Лада Леденева.

Лада Леденева: Алексей Алексеевич, расскажите, пожалуйста, поподробнее о своей карьере.

Алексей Серебрянников: 29 лет и 7 месяцев военной службы, из них на кораблях минус шесть лет, если отсчитать, все на кораблях. Это у меня пятый корабль. Перед этим был ракетный крейсер "Москва", перед этим был противолодочный крейсер "Ленинград", на котором участвовал в разминировании пролива в Индийском океане, пролив между Красным морем и Индийским океаном. Кроме этого у меня боевые службы были на других кораблях, на "Комсомольце Украины" - это большой противолодочный корабль, две боевых службы на Средиземном море.

Лада Леденева: Сегодня вы служите на старейшем в России военном крейсере "Михаил Кутузов". Его строительство начали в 1951, еще при Сталине, а сейчас это корабль-музей с портом приписки в Новороссийске. Чем знаменит этот корабль?

Алексей Серебрянников: Крейсер "Михаил Кутузов" открыл боевые службы, начал боевые службы в Средиземном море. Это было решение правительства на постоянное присутствие наших кораблей в Средиземном море как сдерживающий фактор шестому флоту США. Это связано было с Карибским кризисом. Потом корабли сменяли друг друга, находились там, сменяя друг друга, по четыре, по шесть месяцев.

Лада Леденева: А вы на кораблях служили замполитом?

Алексей Серебрянников: Я всегда был, скажем так, комиссаром, заместителем по воспитательной, по политической работе, раньше при Советском Союзе было, потом переименовали в заместителей командиров по воспитательной работе. Вот все это время по этой линии я и работал. Закончил Новосибирское военно-политическое училище. За что человек пойдет в бой умирать? Он должен знать - за родину. Просто у каждого есть своя родина, мать, отец, брат, сыновья, дочери, они находятся там. Все вместе мы их и защищаем и должны защитить. Александр Невский сказал: кто с мечом к нам придет, на нашу родину, тот от меча и погибнет. Это заложено, мы об это даже не думаем, не подозреваем об этом, а на самом деле даже матрос простой все равно понимает, за что он идет. То есть к нему не спросясь приходят, открыв дверь мечом, то русский человек, вдруг в нем просыпается необычайная сила, необычайная воля, мужество и все остальное. Все это вместе складывается, и сколько нас пытались взять, не смогли никто.

Лада Леденева: Как складывалась история корабля-музея "Михаил Кутузов"?

Алексей Серебрянников: На этот корабль я пришел в феврале 99 года. Тогда уже известно было, что корабль готовится быть музеем. Еще только наработка документов была. Срок жизни корабля примерно 30-40 лет, потом или делают ему капитальный ремонт, всю начинку убирать и новую ставить, либо списывать. Потому что то, что старое имеется, уже становится опасным для применения, для жизни, для боя, и металл устает, и оружие устает. В резерве был, резерв третьей категории называется. И после этого его должны были расконсервировать, все снова ввести в строй, и он должен был вступить в боевой состав сил флота. Денег нет, поэтому он продолжал стоять. В принципе, даже морально по вооружению он, наверное, устарел. Дело в том, что на этом корабле ракет нет. Хотя главный калибр - это очень серьезное оружие, сейчас в российском флоте такого оружия нет.

Лада Леденева: С виду корабль производит неизгладимое впечатление. 52 метра высотой, длина около двухсот и несколько палуб.

Алексей Серебрянников: Пять палуб, но они подразделяются так: баковая палуба, ютовая палуба, первая, вторая платформа и второе дно. В районе второго дна цистерны и для пресной воды, и для мытьевой воды, для других целей, для топлива, для дизельного топлива, для мазута. Ниже трюмной палубы находились все погреба снарядные, потом уже боевые посты, помещение для машин и жилые и служебные помещения, начиная с ютовой палубы и выше. Это и кубрики, это и каюты, где личный состав проживал, где офицеры проживали, матросы.

Лада Леденева: Чем вооружен "Михаил Кутузов"?

Алексей Серебрянников: 72 ствола различного калибра. Два вида малой зенитной артиллерии, МЗА, ближнего боя, универсальный калибр, шесть башен универсального калибра и двухорудийное с дальностью стрельбы 26 километров по горизонту и зенит 23. Главный калибр - это четыре башни трехорудийные, две в носовой части и две в кормовой части, с дальностью стрельбы необычайной - 31 километр. На сухопутных частях войск в армии таких орудий с такой дельностью стрельбы нет.

Лада Леденева: Насколько мне известно, в Советском Союзе 14 кораблей были построены по такому же проекту, что и "Михаил Кутузов". Но на сегодня он единственный, уцелевший из всех. Какова судьба остальных?

Алексей Серебрянников: Четыре из них - "Дзержинский", "Ушаков", "Жданов" и "Михаил Кутузов" прошли службу свою в Севастополе в главной базе. Корабли эти ушли, они списаны, этот оставлен, чтобы быть музеем. Статус музея придан был 12 мая прошлого года. Ветераны крейсера выступили с идеей о его сохранении для будущих поколений. Подключались и многие другие моряки флота Черноморского. Идею эту подержали многие из действующих начальников. Эту директиву отменили. Сумели обратиться к президенту, тогда еще Ельцин был, сумели обратить его внимание.

Лада Леденева: А судьба остальных 13?

Алексей Серебрянников: Часть разрезали на металл, а часть продали в другие государства.

Лада Леденева: Как металл, разумеется?

Алексей Серебрянников: Как металл продали.

Лада Леденева: Во сколько "Кутузов"-музей обходится государству?

Алексей Серебрянников: Есть план переоборудования, там примерно по плану до 20-22 миллионов рублей для того, чтобы удобные трапы сделать для посетителей. Понятно, что здесь служили матросы, которые обучались, они сливались, можно сказать, с кораблем. Впервые приходящие люди разные, дедушки, бабушки, дети. Едут отовсюду, отдыхают здесь отовсюду в Новороссийске, в Анапе, в Геленжике, потому что домов отдыха много по побережью. С туристическими фирмами у нас дирекция музея наладила контакты, заранее созваниваются. Даже, в принципе, уже не созваниваются, экскурсии у нас проводятся с утра до вечера. Есть кому проводить, энтузиасты этого дела. Привлекаем и экипаж для этого дела. Это все с разрешения командира, потому что на корабле кроме музея имеется еще и команда, то есть воинская часть под командованием командира. Ее основное назначение - охрана корабля и следить за безопасностью корабля. В то же время поддерживают внутренний порядок. Видели сейчас - покраска корабля. В принципе численность, тайны особой нет, 40-45 человек.

Лада Леденева: Скажите, на чем основываются слухи о непотопляемости этого корабля?

Алексей Серебрянников: Его можно потопить, конечно же, можно. Но живучесть у этого корабля очень высокая. 23 отсека непроницаемых, три палубы, две платформы, второе дно.

Лада Леденева: Однажды точно такой же корабль был использован инженерами-испытателями в качестве мишени. Но потопить его так и не удалось.

Алексей Серебрянников: Снаряд такого калибра, как главное орудие нашего, 152,4 миллиметра, способен разрушать броню сто миллиметров толщиной, начиная с 16 километров он уже способен разрушать. И такими снарядами расстреливали. Экипажа не было внутри корабля, то есть вести борьбу некому было за живучесть корабля. Отсеки, все было задраено, тем не мене, его потопить не удалось.

Лада Леденева: Конечно, на сегодняшний день корабль нуждается в реставрации, а это очень большие деньги, которых, понятно, нет у государства. Ветераны с огромным трудом его спасли и оставили на балансе Черноморского флота. А не лучше ли было передать крейсер в частные руки?

Алексей Серебрянников: Попытки такие имелись, но почему-то не получилось. Если, допустим, частные руки, у них есть деньги, они способны сделать более того, что делается. Постепенно делается что-то силами личного состава, какие-то средства идут вырученные от проведения экскурсий, и командующие обращают внимание, силы выделяются, средства для этого. Фирма была такая, которая хотела основную часть работы проводить своими силами здесь. Но у них в плане было построить казино, построить бары, рестораны, что-то в этом роде, питейные заведения, чуть ли не в башне столики развернуть. Сама идея корабля военного, она полностью была бы смазана такими действиями. Ради бога, беретесь-беритесь, но я против этого. Я за что? Кинозал какой-нибудь сделать, игровые автоматы, морские бои, которые тоже о флоте говорят, к примеру. Это возможно, это даже, может быть, и хорошо. Но только против ресторанов, против баров я конкретно говорю.

Лада Леденева: Если есть военные корабли, значит есть и военно-морские традиции. Какая из них самая главная?

Алексей Серебрянников: Самая главная то, что российские корабли ни при каких обстоятельствах своего флага перед врагом не спускают, предпочитают гибель сдаче врагу. Эта традиция со времен петровского флота. Моряки в плен не должны сдаваться, и в корабельном уставе в нынешнем современном это жирным шрифтом прямо так и обозначено - в плен не сдаются. В бой идут в чисто, даже об этом Розенбаум поет: "Оденьтесь, братишки, по первому сроку". "По первому сроку" - это означает, что одевается форма, роба чистая, первая, она называется "по первому сроку", естественно, белье тоже чистое. Попадая в воду, неравное сражение морское, попав в воду, троекратное "ура", песня "Варяг". Яркий пример - крейсер "Варяг" в бою с японской эскадрой, 1905 год. Флага не спустил, врагу не сдался.

Лада Леденева: То есть погибают с песней "Врагу не сдается наш гордый "Варяг".

Алексей Серебрянников: Троекратное "ура".

Лада Леденева: Расскажите, пожалуйста, о подвиге "Михаила Кутузова" в Севастопольской бухте. Об этой истории ходят легенды.

Алексей Серебрянников: 55 год, 29 октября, гибель линкора "Новороссийск". Возле Госпитальной стенки Севастопольской бухты произошел неизвестный взрыв, до сих пор споры идут, какого он происхождения. Необычайной силы в носовой части линкора. Пробил насквозь его. Воронка где-то была около пяти метров. Огромное поступление воды внутрь корабля. Это было ночью, многие были в отпусках, причем чуть ли не выходные дни. Приступили к спасению теми силами, которые были на корабле. На флоте, если какой-нибудь корабль терпит аварию, серьезную, несерьезную, стоящие в это время корабли в базе выделают свои аварийно-спасательные группы для помощи экипажу, который борется за живучесть своего корабля. И вот такую аварийно-спасательную группу, 92 человека было, наш крейсер послал. Линкор принял большое количество воды, конструктивные характеристики его были такие, что он не днищем шел вниз, а стал переворачиваться. В это время часть личного состава успели отойти, а последний баркас не успевал, надстройка накрыла этот баркас. И 27 человек под настройкой так и погибли, ушли на дно. Внутри линкора осталось более 600 человек. Он перевернулся, но еще воздушная подушка внутри была. Люди оказались внутри. Он постепенно стал погружаться в воду, воздух выходит. Все-таки беседку сделали, герметичную беседку с тем, чтобы поставить, она должна быть герметичной, внутри этой беседки, она же на днище закрепляется, вырезается дно, людей выводят по порядку, вывели, подняли, это дно закрыли, беседку открыли, людей вывели, таким образом это решили так сделать, но не успевали уже. Вода подошла. Переговаривались, первый раз испытали звукоподводную связь, связь с подводными лодками. Люди себя вели великолепно, мужественно, пели песню "Варяг", погибая. Погибло более 600 человек. Наших "кутузовцев" 27. Сейчас в Севастополе на братском кладбище имеется мемориал линкоровцам. В центре стоит скорбящий матрос с опущенным флагом и огромного размера он построен. Там рядом обелиск "кутузовцам". Он построен на пожертвования ветеранов, экипажа крейсера. Там обелиск с якорем, с якорной цепью, 27 звеньев этой цепи символизируют 27 человек. В крейсере даже сами переборки дышат судьбами тех моряков. Они сами рассказывают о флоте, о кораблях, о военно-морском оружии, о флотоводцах. Такой музей нужен России.

XS
SM
MD
LG